Творим историю - Сергей Александрович Плотников

Встретившись взглядом с Октавой Сильвер подавился словами и закашлялся.

— Наторевшая в заблуждениях душа, — голос жрицы вдруг приобрел объем, заполнил помещение, перегороженное решеткой. — У тебя еще есть шанс отринуть скверну…

Тут женщина вернула себе обычный голос.

— … Если расскажешь все без утайки.

— Лорд Талик, вы что за монстра по мою душу притащили? — наконец откашлялся Джон.

— Ты что-то напутал, — попенял я ему. — Окатава — фея. Монстры у меня в гареме.

— Уж простите дурака, — сделал что-то вроде па-де-па с воображаемой шляпой в руке главарь шайки морских бандитов. Быстро, собака такая, оправился. — Осознал, исправлюсь! Прелестная фея, я — у ваших ног!

Пока мы расшаркивались, я все смотрел на своего «гостя». Виделись мы ровно один раз, знал я собеседника откровенно плохо. Но мне чем дальше, тем сильнее казалось: жизнь морского волка с тех пор изрядно укатала. Появились заметные темные круги вокруг глаз, куда-то делась показательная ленца, да и остальные эмоции как будто пеплом припорошило.

— Полагаю, капитан Сильвер, вы мне не адмиральскую треуголку привезли, как ранее обещались? — я решил, что пора сворачивать балаган.

— И рад бы выполнить обещанное, только вот больше нет Круга Достойных, — на мой взгляд довольно искренне развел руками Сильвер. — Да и я, если уж по чести, в капитаны не гожусь. Вот в юнги на побегушках — это пожалуйста.

Я переглянулся с Октавой и Муратом. Те синхронно обозначили пожатие плечами. Ага.

— И как же сия несомненно печальная метаморфоза случилась? — вкрадчиво поинтересовался я.

— На место встречи Круга заявился некий Колибри — знаете такого? — и убил все, кого не смог заставить себе служить. Меня вот смог, — просто и бесхитростно признался пират. — А теперь вот прислал на переговоры. Рассудив, что вы меня сначала выслушаете, и только потом, может быть, на рею вздерните. Я, кстати, не так чтобы против. Находится с этим чудовищем на одной палубе пытка почище, чем немного покачаться в петле!

— Колибри, значит, — в наступившей тишине повторил я. — Вот где он всплыл. Только почему я про него ничего до сих пор не слышал? Такие, как он, смирно не сидят. Особенно заполучив под контроль несколько пиратских фрегатов.

В списке попаданцев, кому я бы без зазрения совести свернул бы шею лично, теперь красовалось два имение: Колибри и Игорь. Причем если относительно второго я бы еще поколебался, то в отношении легендарного убийцы и разбойника — вообще нисколечко.

— Я слышала это имя, — нахмурившись, сообщила нам Октава. — Колибри… самые отпетые головорезы его боятся! Неуловимый, безжалостный. Говорят, он подмял под себя половину нелегальной торговли наркотиками по всей Ойкумене!

— Так вот чей корабль увидел самолет-разведчик у Стены Края света, — понял я.

Так-так, кажется, я понимаю, что произошло. Благодаря рыцарю из Ордэра мы изменили схемы воздушного патрулирования. А месяц назад изменили еще раз, так как появилась амулетная связь. Сейчас, правда, строго выдерживать интервалы не получалось из-за сезонной непогоды, но шторм и ливень сами по себе мешали нарко-пиратам. Похоже, что Колибри просчитал направление изменений в нашей пограничной службе и понял, что скоро его ловцам медузок работать станет совсем уж сложно.

— Мой, хм, хозяин отправил меня к владетельному лорду Талику с взаимовыгодным предложением, — убедившись, что мы и сами все поняли, перешел к главном Сильвер. Пират хмыкнул и немного другим тоном сказал нам: — Послал меня, потому что решил, что вы меня хотя бы выслушаете, а сейчас все равно перерыв заготовках.

— То есть он уверен, что мы тебя еще и выпустим⁈ — сделала большие глаза Октава. — После всего, что ты рассказал?

— В прошлый раз же отпустил, — хмыкнул капитан.

— В прошлый раз ты не ходил под этим типом, — напомнил я. — И хотел привести ко мне на службу целую эскадру.

— Я так ему и сказал, — демонстративно пожал плечами Джон. — Но он только махнул рукой. Сказал, что в таком случае вытащит из тюрьмы, куда б меня не засунули.

— Вот это самомнение! — аж восхитился я. — Я ведь тебя могу увезти туда, где только экраноплан может пролететь и сесть! Или просто казнить — причем совершенно законно.

— Именно поэтому я к вам и отправился! — кэп улыбнулся самой широкой и довольной улыбкой, продемонстрировав три золотых зуба. — Попробую сбежать — найдет и очень плохо убьет. А так я все сделал, как он сказал и может быть даже выживу! Ну что, будете слушать предложение?

— Пересказывай, — кивнул я.

Как говорится, в любом вопросе уже содержится половина ответа. По тому, что хочет от моего государства новый хозяин пиратов можно немного получше понять, какие проблемы он испытывает.

— Колибри предлагает вместе установить власть над всей Ойкуменой, — выдал Сильвер. — Оглядел нас троих и криво улыбнулся. — Никакой отсебятины, передаю как есть.

— Он что, с ума сошел? — поинтересовалась фея. Мурат опять промолчал, но видно было, что у джинна на языке тот же вопрос верится.

— Психи обычно буйные, но тупые, — довольно резонно возразил Сильвер. — А он со мной о захвате мира два часа говорил, чтобы я точно все запомнил. Пришлось прикинуться, будто я проникся, пока мозги не расплавились!

— И зачем, по его мнению, мне полный контроль над Ойкуменой? — решил выяснить я.

— Чтобы избежать захвата Чаши и владений на Краю света, — четко ответил мне пират. Видимо, Колибри Сильверу действительно очень плотно на уши присел. — Причем даже сейчас не важно кто. Обязательно выделится сильное государство, что захочет национализировать и монополизировать производство манатоплива. Хотя бы ради собственной безопасности. А ваша страна, владетельный лорд Талик, оборониться не сможет из-за, как он сказал «Гол-ланд-ской» болезни.

— Пандемией угрожает? — нахмурилась иштарианка.

— Нет, это когда страна выпускает что-то настолько ликвидное, что катается в золоте и покупает все что нужно, сама не производя, — «перевел» ей я. — В итоге разрушает свою экономику и становится легкой добычей для соседей. Это и правда могло бы случится при определенном сценарии. Вот только мы уже идем другим путем.

— Колибри уверен: вам Голландской болезни не избежать, — в который уже раз пожал плечами Джон. — По