Дочка красавчика университета - Юся Сташова

Меня не страшила мысль о том, что я смогу брать Анечку с собой на пары, если никто из преподавательского состава не будет против. Знаю, что у нас в университете есть молодые мамы, которые заканчивали учебу точно также, как и я, одна на руках с ребенком.

Переступить порог обновленного холла за лето было непривычно. Я поправила серое пальто и юбку, переминаясь с ноги на ногу. Студентов здесь стало больше, ведь пришел новый первый курс, а вот старые лица я заметила почти сразу. Только вот это были не мои одногруппники, а Ланцев, стоящий возле стенда с расписанием. Весь из себя статный, симпатичный, в черном кашемировом пальто, которое так ему шло.

17глава

Я не ожидала увидеть сейчас здесь Андрея, который и вовсе тут не должен был быть. Его учеба, как и Чернова, закончилась еще после диплома. Мы почти не общались после того, как я тогда оставила его на вечеринке одного, а сама убежала за Олегом, о чем сильно жалела. Может быть тогда моя жизнь стала бы другой?

Но…

Я больше не представляю свою жизнь без малышки, которая сейчас крепко спала в своей кроватке, пока ее мама пыталась добраться до учебной части, чтобы обсудить все нюансы своей дальнейшей учебы. Надежда Валентиновна тоже обещала помочь, когда она звонила мне узнать о том, как мое состояние. Только она одна знала истинную правду о том, что я беременна и долгое время провела в больнице под наблюдением врачей. Остальных в группе никто не стал посвящать и мое отсутствие объяснили тем, что появились некие проблемы со здоровьем.

Валя тоже отвечала всем кратко, чтобы у людей не возникало лишних вопросов. Я и так знала, что им на самом деле наплевать на то, куда я делась. Это было так, чисто формальность. Или чтобы вновь распространить обо мне какие-то слухи.

— Лера?

Удивленное лицо Ланцева вытянулось, стоило ему заметить меня. Я замялась, не зная, куда деваться. Хорошо, что Аня сейчас дома, иначе мне точно было не избежать очевидных вопросов.

— Как ты? Тебя не было видно столько времени. Я думал ты оставила университет, — он и вправду выглядел обеспокоенным, даже подошел ближе, чтобы заботливо взять меня за руку. Его неожиданное прикосновение отозвалось в теле легкой щекоткой, поэтому я вздрогнула, сделав шаг назад. Это не дискомфорт, скорее, маленькое отступление. Я так отвыкла от всего этого, а на самом деле мое тело помнило лишь одного человека, которого я возможно уже никогда не увижу.

— Я сильно приболела. Пришлось доучиваться дистанционно.

Это была чистая правда.

Заканчивать третий курс пришлось через ноутбук и переписки с Надеждой Валентиновной. Она отправляла мне на почту все задания, примеры того, как мне оформить курсовые и отправить их лично преподавателям. Зачеты я сдавала письменно, так как звонками мы ничего бы не решили — я лежала в палате не одна, пока сохраняла свою беременность, а значит не имела возможности поговорить с кем-то долгое время. Меня постоянно вытягивали на какие-нибудь процедуры, а КТГ (этокардиотокография, метод оценки состояния плода во время беременности и родов) и вовсе делали два раза на дню, чтобы следить за показателями Ани.

— Надо же. Я тогда пытался с тобой связаться, но Валя, твоя подруга, дала мне отворот-поворот, — он с толикой неловкости почесал светлую макушку и улыбнулся, пряча руки в карманы пальто. — Я рад, что уже все хорошо.

— Вот, хочу вернуться к учебе.

— А я получил диплом и нашел престижную работу. Теперь обитаю в музее искусства, — поделился со мной своим успехом Ланцев.

— Надо же, — я искренне удивилась, — ты все таки смог. Это похвально!

— А ты все еще пишешь, верно?

— Я в последнее время не брала в руки кисть, — признаваться было не стыдно, ведь и времени у меня теперь почти не было, несмотря на то, что Аня хорошо спала. Чаще всего я просто ложилась спать вместе с ней, чтобы восполнить свои силы, которых хватало только на то, чтобы накормить дочь, переодеть ее в чистое и помыть в теплой водичке в розовой ванночке, которую мы ей прикупили.

— Не беда. Был бы рад пригласить тебя на наш мастер-класс. Тебе было бы хорошо попрактиковаться и расслабиться немного, — предложил Андрей, заманчиво улыбнувшись. Идея была отличной.

Но всегда оставалось одно “но”, которое я никуда не дену.

— Давай в другой раз. Спасибо за предложение, но пока нет такой возможности, — я сделала неловкий шаг назад, едва не споткнувшись, и завела руки за спину, осунувшись.

— Лер, дай свой номер.

— Зачем? — получилось немного грубо, чем я предполагала. А на деле у меня в горле пересохло от волнения.

— Чтобы снова не потерялась, — с нежностью добавил он, протягивая мне свой телефон. Я смотрел на него с таким смущением, напоминая себе о том, что Ланцеву не обязательно знать о том, что теперь мне и вовсе недоступны отношения с мужчинами. Кому нужна пышка с огромными формами и маленьким ребенком на руках? Только если совсем отчаявшемуся экземпляру.

— Не стоит.

— Почему?

Ланцев нахмурился, когда почувствовал, что что-то здесь не так.

— Точно все хорошо, Лера? Ты будто избегаешь меня.

— Нет, это не так. Просто… оно тебе не надо, — решила начать я издалека. Ланцев был бы хорошим другом, точнее, он им и был, когда я была совсем одна, но не сейчас. Это могло только все испортить.

— Лера, позволь мне самому решать, что мне надо, а что нет, — светлые брови сошлись на переносице, а морщины на лбу парня стали глубокими, выражающими свое недовольство. Может даже скорее то, что я несправедлива к нему. Андрей помог мне тогда, защищал, общался со мной на равных и никогда не сделал ничего плохого, а сейчас я отталкивала его, потому что не могла поступить иначе. — У тебя кто-то появился?

Я притихла, распахнув глаза.

— С чего ты взял?

— Не даешь даже подступиться к тебе. Лера, я долго мечтал о том, чтобы наконец поговорить с тобой, видеться хотя бы изредка, проводить время, — перечисляя, Андрей все больше вгонял меня в краску. Возможно я уже вся покрылась розовыми пятнами, пока выслушивала его честное признание, хоть и завуалированное под другими словами.

— Я… нравлюсь тебе? — заикаясь от внутренних переживаний, сжимаю в руках лямку сумки, опуская глаза в пол. Честно, мое сердце готово было выпрыгнуть из груди прямо сейчас, оставляя свою нерадивую хозяйку на волю судьбы. Может быть я неправильно его поняла?

— Нравишься,