Молочник - Владимир Алексеевич Абрамов

— И вообще, Луна, мы ничего не делали, просто были на свидании… Герои должны оставаться в тени, как в комиксах. А то у нашего Министерства магии странные награды, например, за моё геройство лет этак десять-пятнадцать Азкабана.

— Понимаю, — подняла голову Луна и посмотрела мне в глаза. — Ты же меня не бросишь? Мы снова вместе? Ты меня простил, Колин?

— Я тебя люблю, а любимых прощают. И ты извини меня, моё сладкое молочко, я был ослеплён ревностью и не замечал очевидного. Надеюсь, мы теперь всегда будем вместе.

— Да, мой супергерой! — прошептала Луна, нежно целуя меня в губы, казалось, поцелуй длится целую вечность, горячее тело красавицы дрожало в моих объятьях.

— Луна, поможешь убрать запах пороха и оружейную смазку?

— Конечно, — кивнула девочка, берясь за палочку. Несколько взмахов и шёпотом активированных чар, и я стал снова чистым. — Как мы отсюда спустимся?

— Держись за меня, как Лоис Лейн за Кларка Кента, Левитационный жилет рассчитан на взрослого, он выдержит нас двоих.

Луна крепко вцепилась мне в шею и обхватила ногами талию. Я медленно слетел с обратной стороны башни Райвенкло, чтобы собравшаяся внизу толпа нас не заметила. Когда приземлились, так не хотелось, чтобы девушка разжимала объятья, но пришлось поставить её на землю.

— Как ты попал? — тихо спросила Луна. — Там же было далеко.

— Зелье удачи. Пришлось отпить целую четверть, так что ещё часа три ко мне фортуна будет повёрнута лицом. Может, рванём в казино?

— Нас туда не пустят. Пойдём… — Луна потянула меня к толпе, казалось, что тут собрались все обитатели замка.

Мы подошли, когда люди стали расходиться. Джинни уговаривала Гарри пойти в больничное крыло, а он не хотел отходить от тела Дамблдора.

— Кто еще погиб, Джинни? — спросил Поттер.

— Из наших — никто, не бойся.

— Но Черная Метка… — продолжил Гарри. — Малфой сказал, что переступил через труп…

— Он переступил через Билла, но с ним все хорошо, Билл жив.

— Ты уверена? — с надеждой вопросил Мальчик-Который-Выжил в очередной раз.

— Конечно, уверена… Он… немного изуродован, вот и все. На него напал Сивый. Мадам Помфри говорит, что он… он уже не будет выглядеть, как прежде… — Голос Джинни чуть дрогнул. — Мы просто не знаем, какими могут быть последствия, все-таки Сивый — оборотень, хоть он в эту ночь и не преображался.

— А другие… там были еще тела…

— Невилл лежит в палате, мадам Помфри считает, что он поправится полностью, ну еще профессору Флитвику досталось, но он тоже чувствует себя неплохо, слабость в ногах, вот и все. Он все требует, чтобы его отпустили посмотреть, как там его Райвенкловцы. А вот из Пожирателей смерти почти все убиты, один попал под смертоносное заклятие, которые расшвыривал повсюду тот огромный блондин. Снейпа, Амикуса Кэрроу и ещё одного Пожирателя кто-то убил, какое-то странное заклинание, у них в телах дырки и натекло крови. Драко… Ты знаешь. А Алекто Кэрроу обездвижил Хагрид. Гарри, если бы не твой «Феликс», думаю, нас всех перебили бы, а так все, похоже, летело мимо…

— Колин, Луна, — увидел нас Гарри. — С вами всё в порядке?

— Луне немного досталось, но я лишь на отходниках. Сейчас сыра покушаем и будем как новые.

— Ребята, пойдёмте в больничное крыло, — сказала Джинни.

— Спасибо, вы идите, мы вас догоним…

— Это ужасно, — тихо шептала Луна.

— Война всегда ужасна. Поэтому я хотел, чтобы мы держались от этой грязи как можно дальше. Луна, полетели в Австралию.

— Но как же школа? А Гарри, Джинни и остальные? — вопросила Лавгуд.

— А что школа? Мы сдали СОВ, теперь свободны, как птицы. Ты же не собираешься идти работать в Министерство магии? А доучиться можно в австралийской школе магии, Деннис же там сейчас учится на четвёртом курсе.

— Я не хочу… Не могу бросить тут всех… — тихо сказала Луна.

— Кого, всех? Отца? Так его не тронут. К тому же он может переехать с нами в Австралию.

— Я хочу закончить Хогвартс и поддержать Гарри Поттера, — твёрдо заявила Луна. — Надеюсь, ты будешь учиться вместе со мной?

— Луна — это шантаж. Ты хочешь, чтобы я с шашкой наголо кинулся на Пожирателей смерти? Это не наша война, на ней не должны воевать дети. Наше дело учиться, желательно в спокойной обстановке. Зачем лишний риск? Я не хочу тебя потерять, лишь только вновь обретя. Хочу, чтобы у нас появились дети, чтобы сердце не билось беспокойно в груди от переживаний за любимую девушку.

Плач Фоукса еще разносился над землями замка. Когда печальная мелодия, будоражащая сердца, прекратилась, в огненной вспышке рядом со мной появился феникс.

— Останешься со мной, Фоукс?

— Кю-рю, — печально пропел феникс.

— Колин, ты общаешься с Фоуксом? — удивилась Луна.

— Да, он уже несколько лет заменяет мне будильник. Не расстраивайся, Фоукс, — нежно погладил я его по голове, — отправляйся в мою спальню. Но не особо там обживайся, вскоре мы покинем школу, я позову тебя, когда приеду на место.

Феникс исчез в огненной вспышке, оставив на лице Луны удивлённое выражение.

— Колин, ты куда?

— В подземелья. Ты же слышала, все сейчас собрались в больничном крыле. Самое время заняться мародёрством и списать всё на Пожирателей.

— Ты что, собрался ограбить Хогвартс?

— Да что тут грабить? Не Хогвартс, а только зельеварню. Там целая батарея котлов с очень ценными зельями. Профессор Слизнорт ещё сварит, к тому же запасы у него воистину впечатляющие.

Как и ожидалось, в подземельях было пусто, нам не встретилось ни одного ученика. Вдвоём удалось вскрыть запирающие чары и проникнуть в класс зельеварения. Котлы с демонстрационными зельями всё так же стояли на столах. Я тут же извлёк из кармана батарею флакончиков и стал их наполнять: Феликс Фелицис, Веритасерум, Оборотное зелье, Амортенция, Напиток живой смерти, Рябиновый отвар.

— Это самое безумное завершение вечера, — прошептала Луна.

— У Слизнорта запасы солидные, так что не обеднеет.

— Но зачем тебе бочонок Оборотного зелья? — удивлённо вопросила Луна.

— Вот повзрослеешь, поймёшь, насколько полезная вещь! Ты же слышала такое слово — ролевые игры…

— Наверное, это интересно, — сказала Луна.

— Тебе понравится… Чёрт, флаконы кончились. Половина Феликс Фелицис, Амортенции и Веритасерума остались.

— Амортенция тебе-то зачем? — с подозрением спросила Луна.

— В жизни всё пригодится… Влюблю в себя кобылу единорога, пусть приносит пользу.

— Почему не жеребца? — с мечтательной улыбкой на лице спросила девушка.

— Да ну его! У жеребца знаешь, какой детородный орган?! Я его любви не переживу…

— А кобылу, значит, сумеешь полюбить? — с лёгкой насмешкой спросила Луна.

— Искренней и платонической любовью…