Бард 7 - Лисицин

Когда я зашел в аудиторию в компании Иры, Белки, Ариэль и Симоновой (Зина, Мурра и Диана как телохранительницы остались в коридоре), нас встретили бурными аплодисментами. Причем встала вся аудитория, исключая, понятное дело, светлых эльфов.

Правда, торжественное приветствие прервало появление самой госпожи Бестужевой. Ираида Евгеньевна внимательно оглядела сначала меня, а потом нашу компанию и вдруг улыбнулась. Учитывая, что ее улыбки студенты могли посчитать по пальцам одной руки за год, в аудитории наступила мертвая тишина.

— Рада вашему возвращению, Александр, — произнесла она, — похвально, что вы решили вернуться к занятиям после весьма непростого… м-м-м… отпуска. Как вы сами понимаете, несмотря на то, что вы сейчас фактически находитесь на втором курсе, я в любом случае буду проверять ваши знания. Мы должны убедиться, что вы ничего не забыли во время ваших приключений. Садитесь же на свои места, и перейдем к уроку.

Мы расселись, и дальше началось само занятие. Блин, отвык я уже от этой хрени, честно говоря. Приходилось делать вид, что внимательно слушаю, тем более Белка, Ариэль, Симонова и Ира усердно записывали лекцию. Только Уна, правильно уловив желание хозяина, попыталась залезть под парту, но тут уже я ее остановил. С Бестужевой такие штуки делать опасно.

На перемене пришлось отбиваться от обступивших одногруппников, которые жаждали услышать подробности моих приключений.

И это, блин, даже без статьи Беллы, которую мы должны были обсудить завтра. Моя ручная «акула пера» позвонила и сообщила, что вынуждена задержаться. Помимо эльфов, единственными, кто проигнорировал нас, была тройка моих недругов-мажоров и их прихлебатели.

С другой стороны, они много не потеряли, потому что рассказывать народу я особо ничего не собирался… да и времени не было. Диана с Муррой деликатно оттеснила от меня студентов, а Зина просто хватала их за шкирки.

В любом случае придется устраивать вечеринку для однокурсников. Все говорили о ней как о само собой разумеющейся. Правда, я не совсем понимал, какой смысл приглашать такую тьму народа, но Уна заявила, что я могу не переживать. Все организационные вопросы она обсудит с Настенькой. Я даже не сразу понял, кого она так назвала. А когда дошло, то еле сдержал рвущийся наружу смех. К фамильярности феи я до сих пор не смог привыкнуть. Видать, решила заменить выбывшую Светлану Скуратовой. Я в общем-то был не против, только сразу предупредил ее, что следующие выходные у нас заняты походом в бункер. Меня заверили, что так даже лучше, за две недели они все подготовят в лучшем виде!

После «Общей магии» мы отправились к «Настеньке» на практическое занятие по «Огненной магии», а Ира в свою группу «Воздушного» факультета. Телохранительницы вместе с Уной заняли места зрителей, а мы вышли на песок Арены. Теперь все практические занятия, как выяснилось, проходили на ней. Встретила нас Скуратова прохладно. Ну да, пусть придуривается. В моей постели декан вытворяла такие штуки, что я только мог восхищаться ее изобретательностью, а на людях прям строгий преподаватель. И вот здесь я первый раз увидел, о чем говорила Настя. Лайкариэль, то бишь Лайка, вела себя просто отвратительно.

Глава 9 «Укрощение строптивых. Часть 1»

Скуратова поставила всех тренировать базовые огненные заклинания, чередуя студентов между собой. Эльфийская фива с Брода, размявшись минут пять с другой остроухой, на смене вздернула носик и заявила, что не видит смысла в занятии.

— Уважаемая Анастасия Евгеньевна, — вроде и почтительно обратилась она к декану, только ехидство и скептицизм в голосе все портили, — давайте уже изучать настоящие заклинания! Мы занимаемся полной чушью! Что у вас вообще за программа обучения? Не Академия, а детский сад!

После подобного заявления остальные студенты как-то сами собой прекратили тренировку. Я вообще выпал в осадок и, покосившись на Скуратову, заметил, что та начинает закипать. Мои же девушки изумленно смотрели на эльфийскую бунтарку, стоявшую с совершенно невозмутимым видом. Владик со своей компанией тоже просто наблюдали. У меня даже сложилось впечатление, что поведение соплеменницы вызывало у них недовольство. На мое цоканье языком Владик просто ожег меня очередным злым и трусливым взглядом.

Обстановка накалялась. Анастасия, судя по всему, была готова нарушить те самые запреты, о которых мне говорила на нашей постельной встрече.

— Ты как разговариваешь, девочка? — голосом Скуратовой, по-моему, можно было воду заморозить. И это на Огненном факультете. — Ты здесь гость! Веди себя прилично! Не хочешь заниматься по моей программе? Тогда иди к ректору и жалуйся ему! И скажи спасибо господину Романову, иначе я провела бы с тобой мастер-класс на тему вежливости! Все! Чаша моего терпения переполнена. Вон отсюда!! А вы чего смотрите? — она обратилась к остальным студентам, которые стали невольными зрителями. — Продолжайте!

Проникновенная речь не произвела на эльфийку никакого впечатления. Она осталась на месте, презрительно пожав плечиками.

— Не вы меня приглашали, не вам выгонять меня с занятий! — коротко ответила она. — Занимайтесь вашими бездарями.

Я заметил, как брезгливо поморщились наши мажоры, но странно: никто из чванливых аристократов не стал спорить с Лайкой, а мои верные спутники, к которым присоединился Вяземский, посмотрели на меня и, дисциплинированно дождавшись моего одобрительного кивка, вернулись к тренировке. Незанятыми остались я, Скуратова и Лайкариэль. Зина, Мурра и Диана поднялись со своих зрительских мест и наблюдали за мной, готовые прийти на помощь. Вон и Уна решила подлететь поближе. Да ладно, сам справлюсь. Пусть эльфийка и сорокового уровня, но я-то пятидесятого. И вот что интересно. Насколько я понял, мое очарование на нее не действовало. Хотя инкуб и подсказывал, что я ее немного заинтересовал, правда не как мужчина, а редкая зверушка. М-да. Конкретно все запущено, Зина с Ариэль по уровню высокомерия Лайке и в подметки не годились.

Раз Скуратовой ректор не позволяет поставить на место наглую ушастую фифу, придется князю Морозову заниматься воспитанием вздорных баб. Вправим ей мозги, не впервой.

— Баронесса, — вежливо обратился к эльфийке, — а где вы, если не секрет, воспитывались?

— Ваше какое дело? — одарили меня очередным презрительным взглядом.

— Просто вы ведете себя, как будто всю жизнь на ферме