Дочь Эйтны - Карин Рита Гастрейх

— Да, — в сердце Тэсары расцвело узнавание, за которым последовала надежда. — Да, я помню эту историю. Король-Маг вернул ведьму из подземного мира. Это означает, что это проклятие может быть снято кем-то с соответствующими знаниями. Возможно, ты или твои спутницы…

Гемена покачала головой.

— Прошу прощения, Миледи Королева, но даже если бы кто-то из нас был знаком с учениями Мастера Эранона и других, совершивших путешествие в стране мертвых, даже если бы сам Король-Маг научил нас этому, мы бы не смогли спасти вашего брата.

— Почему нет?

— Люди, которые служат твоему дяде, говорят мне, что король томился в таком состоянии почти семь лет. Дух Маги Эолин был восстановлен, потому что между наложением проклятия и решением Короля-Мага пойти за ней прошло всего несколько мгновений. Ее дух еще не забыл мир живых; он не начал исчезать. С другой стороны, ваш брат…

— Наш король,

— Короля не было слишком долго. Если его забрал Ахмад-дур… — Гемена прервалась и отвела взгляд. — Если Ахмад-дур забрал его, то надежды нет.

Тэсара отвернулась от маги и прижала руки к холодной каменной стене. Ночь окутала промокшие равнины Меролин, черные, как тени, поглотившие ее сердце. Какое ложное благочестие заставило ее бросить младшего брата в этом жестоком мире? Почему ее не было рядом, когда болезнь охватила его дух, а хаос поглотил королевство?

— Миледи Королева, — Гемена говорила тихо позади нее. — Я говорю о проклятиях, потому что это то, о чем вы спрашивали. Но правда в том, что я не думаю, что он под проклятием. По крайней мере, не проклятие в традиции Мойсехена.

— Почему ты так говоришь?

— Ну, это то, о чем я упоминала ранее. Это близкие проклятия, Ахмад-дур, Ахмад-мелан… Среди ваших людей нет магов или маг, которые могли бы подобраться к королю достаточно близко, чтобы наложить их.

— Возможно, мага незаметно проникла на наши земли.

— Возможно, — Гемена прикусила нижнюю губу, на ее лице отразилась неуверенность. — Но есть и другие уловки, которые могут вызвать такое же недомогание.

— Говори прямо, Мага Гемена.

— Вы доверяете этим Братьям Пробуждающегося Грома?

— Они служили нашим королям на протяжении поколений.

— Ну, медицина у них странная и противоречивая. Они используют некоторые травы, которые могли бы облегчить болезнь вашего брата — я имею в виду короля — но другие травы могли усилить ее.

Холодный узел скрутил живот Тэсары.

— Какие травы?

— Каробан. Паслен. Феннелсворт. Все это в малых дозах является эффективным снотворным и болеутоляющим средством, но большие дозы в течение длительного времени…

— Могут вызвать безумие, паралич и даже смерть.

Глаза Гемены расширились от удивления:

— Откуда вы это знаете?

— Я кое-что узнала о травах и лечении за годы, проведенные среди сестер.

Мага-воительница усмехнулась.

— В Мойсехене мы называем это простой магией. Знаете, это делает вас магой в наших глазах.

— Я привела тебя сюда не для того, чтобы терпеть оскорбления

— Ничего подобного, миледи королева.

— С кем еще ты говорила об этом?

— Ни с кем.

— Ты должна хранить молчание по этому поводу, — сказала Тэсара. — Ты ни с кем не поделишься тем, что сказала мне.

— Я понимаю, миледи королева.

— И ты никому не скажешь, что я обладаю знаниями о травах и лекарствах. Я могу доверить тебе это?

— Да, миледи королева.

Тэсара с сомнением посмотрела на нее.

— Посмотрим. Есть еще одно задание, которое я хотела бы дать тебе, Гемена. Я бы хотела, чтобы ты присматривала за меня.

— За чем?

— За всем. Ты говоришь, что среди нас нет таких, как ты, и, тем не менее, утверждаешь, что мага может пройти незаметно.

Гемена сморщила нос.

— Если за всем этим стоит практик, то он почти наверняка маг. Маги гораздо чаще делают что-то подобное.

— Маг или мага, мне все равно. Если ты подозреваешь кого-либо при дворе моего дяди в занятиях магией, немедленно сообщи мне об этом. Мне и никому другому.

— Будет так, как вы пожелаете, миледи Королева.

— Очень хорошо. Иди, Гемена. Мы поговорим снова завтра.

Гемена осталась, переминаясь с ноги на ногу.

— Могу я задать еще один вопрос, миледи Королева?

Тэсара подавила свое нетерпение.

— Сделай это быстро.

— Если король — ваш брат, то почему ваш дядя — регент, а не вы?

Тэсара огляделась, чтобы увидеть, кто находится в пределах слышимости.

— Разве это не очевидно? Я женщина.

— Но во всех северных королевствах есть прецедент, когда женщина становится регентом. И любой, кто знает их историю, может видеть, что женщины становятся гораздо лучшими правителями, чем мужчины, которые были до или после.

— Следи за своим языком, Гемена, чтобы он не привел тебя к предательству.

— Я просто говорю, что вы могли бы быть регентом, и при этом хорошим регентом. Я вижу это в ваших глазах, в ваших плечах, в том, как все смотрят на вас при дворе вашего дяди. Люди пошли бы за такой женщиной, как вы. Все, что вам нужно сделать, это…

— Довольно! Я отпустила тебя. Теперь иди.

Гемена стиснула зубы. Она поклонилась и скользнула в тень.

Встревоженная, Тэсара наклонилась, чтобы взять чашку. Дрожащими руками она снова наполнила сосуд, но обнаружила, что чай стал холодным и горьким.

С отвращением она швырнула чашку через стену в темноту за ней.

«Мой дядя — регент, потому что он честолюбив и хитёр».

Гнев поднялся в ее крови.

Гнев, разочарование и новое чувство ненависти к себе.

«Я же — трусиха и дура».

Глава тринадцатая

Мариэль и Маркл

— Не собираешься улетать?

Мариэль подпрыгнула, пораженная, услышав рядом с собой Маркла. Нечесаные каштановые волосы скрывали его темный озорной взгляд.

— Боги, не подкрадывайся ко мне так, — она оглядела свою новую тюрьму, удобную и хорошо освещенную, хотя и скудную в своей мебели. Укол вины сжал ее сердце, когда она вспомнила своих сестер, все еще запертых в подземельях внизу. — Как ты сюда попал?

Мариэль не слышала ни скрипа двери, ни звука его шагов по только что насыпанной соломе.

Маркл пожал плечами.

— Может, я и оруженосец великого лорда Бортена, но я по-прежнему лучший вор, чем кто-либо. Я иду, куда хочу, когда хочу.

— Ты нашел скрытый вход?

— Может