Сердце Снежной Королевы - Валентина Игоревна Колесникова

— Конечно!

Девушка и сама не понимала своего ажиотажа, но эта работа с каждым часом вызывала все больше и больше азарта. Обсуждение с Михаилом затянулось, они оба вносили правки, постепенно расстояние между ними сокращалось, но никто из них этого даже не замечал.

Они оба улыбались, поддавшись эмоциям. Жестикулировали, не в силах усидеть на месте и, несмотря на усталость, продолжали разговаривать.

Пытаясь донести мысль, Соня села ближе к Михаилу. Она случайно коснулась его ладони, а тот зачем-то мягко перехватил ее руку и накрыл своей, продолжая беседу.

Потом оба замолчали…

— Прошу прощение, — Михаил будто очнулся от долгого сна. Смотрел на то, как София медленно освобождала свою ладонь, хотел объяснить, что его действие никаким образом не связано с приставанием или чем-либо еще, но этого не потребовалось.

Девушка сделала вид, что ничего не было. Она просто улыбнулась, предложила заварить кофе и, с трудом сдерживая волну эмоций, вскочила со стула как ошпаренная.

— Я веду себя, как ребенок, — подумала Соня, замерев у кофейного аппарата, — боже, мы взрослые люди, а я краснею из-за того, что кто-то взял меня за руку. Вот дура…

Пока в кабинете директора распространялся кофейный аромат, а девушка звенела чашками, стесняясь обернуться, Михаил сжимал и разжимал ладонь, смотря на свои пальцы.

— Ее ладонь такая мягкая, — с удивлением подумал директор, — тонкие пальцы, как у пианистки… Да о чем я вообще думаю? Как ребенок, честное слово! Взрослый мужик, а веду себя как…

Он смотрел за тем, что делала София, как аккуратно брала в руки чашки, стараясь сильно не шуметь, как заваривала кофе и не хотела смотреть ему в глаза.

Она отворачивалась, на ее лице при этом не было видно эмоций — лишь недоумение, не более того. Мужчина с силой сжал ладонь, не понимая, что Соня чувствует на самом деле, потому что прочитать по ее лицу хоть что-то оказалось крайне затруднительно.

— Прикосновения неприятны? — когда девушка протянула Михаилу чашку с кофе, он специально прикоснулся к ее ладони.

— Они неуместны, — выпалила та в ответ, с трудом сдержав себя. Еще немного и она бы точно дернулась, расплескав кофе на директора.

В итоге они оба замолчали.

София не понимала, где шутки граничат с серьезностью, Михаил не знал, что за ледяной стеной прячется маленький ребенок, мечтающий о теплых объятьях.

— Уже поздно, — прервав молчание, директор кивнул в сторону окна. София и не заметила, как солнце село за горизонт, — я подвезу.

— Но… Я…

— Я подвезу.

Он не спрашивал, а ставил перед фактом, при этом в душе надеялся, что она согласится с предложением и не найдет предлога для отказа. Михаил понимал, что если не будет действовать более решительно, София просто сбежит. Девушка же чувствовала себя крайне неловко, к тому же понимала, что отдел и так уже полон слухов.

— А если Катерина ждет? — София произнесла эти слова тихим, слегка извиняющимся голосом, что показалось Михаилу крайне непривычным.

— Ну и что? Она моя проблема — не ваша.

— Может стать моей…

— Не станет.

Вот только сердце девушки подсказывало, что все только начинается…

В конечном итоге, она отказалась, понимая, что директор фирмы ну ни как не должен возить домой свою подчиненную, о которой толком ничего не знает.

В результате София покинула здание фирмы одна из последних, надеясь, что Михаил послушает ее. Несмотря на отказ, девушка все равно ловила себя на мысли, что хотела бы уехать вместе с директором… Ох уж это непостоянство, точнее несоответствие желаемого с реальным миром. Слухи в отделе… с другой стороны — да ну и черт с ними, но если подумать…

Больше всего на свете София ненавидела сплетни. Ее раздражало то, как люди обсуждают друг друга за спиной, боясь высказать правду в лицо. Вместо того, чтобы не бояться и честно рассказать о своем отношении к той или иной ситуации, многим намного проще банально распустить ненужные слухи, сплетни и домыслы…

Груз мыслей одолел Софию. Приподнятое настроение резко сменилось грустью, и даже ледяной ветер не помог прийти в чувство. Она уже привычно замерла возле главного входа в офис, крепко держа в руках сумку с планшетом, и смотрела в одну точку.

В такие моменты девушка как бы выпадала из реальности и… ни о чем не думала.

Ни единой мысли в голове, лишь тишина, наполненная ощущениями. Это как будто выключили звук, но чувства оставили.

София медленно поднимала голову, смотрела в бескрайнее ночное небо, на то, как мерцали единичные звезды в темном, почти что черном небе. Звуки внешнего мира приглушались душевной усталостью, все тело обмякло, и впервые за долгое время девушка еле заметно прошептала:

— Устала…

— Это видно, — голос раздался чуть сбоку. София не сразу поняла, что это был не Михаил, и с трудом смогла сфокусироваться на человеке.

Эрен… Да что он тут все вертится?

— Вы что-то забыли?

— Вас, — хмыкнул мужчина, смотря на девушку из-под чуть опущенных век. Возможно другая бы и обомлела от столь мягкого, переполненного сладостью взгляда, но не София. Люди, способные ТАК транслировать эмоции, ее всегда напрягали.

— Из вас плохой пикап-мастер, — тихо заметила та, направляясь в сторону метро. Сегодня, наконец-то, она не будет тратить деньги на такси.

— Зато вы прекрасная Снежная Леди… или Белоснежка… или Невестка… или… Так кто же вы, София?

Мужчина не отставал, он увязался за девушкой, держа в зубах электронную сигарету, от запаха которой Софии стало немного не по себе. Она скривилась, бросила острый взгляд на прибор в руках мужчины. Тот с удивлением поднял брови:

— Без никотина, — хмыкнул Эрен, поправляя выбившуюся из низкого хвоста прядь волос.

— Не в никотине дело, мне в принципе неприятно, когда рядом со мной курят…

— То есть если вы влюбитесь в мужчину-курильщика, то сразу же заставите его вести здоровый образ жизни? — в словах человека прозвучала толика надменности, наглости, а так же ехидства. — Простыми словами — вынесете ему мозг…

— И в мыслях не было, — пожав плечами, София посмотрела на часы и ускорила шаг. Она не хотела разговаривать с Эреном уже хотя бы потому, что он из конкурирующей фирмы, да и с Катериной связан напрямую. Вдруг она его послала для чего-то? — Если человек хочет курить — его выбор, но не в моем присутствии. Потому что это и мой выбор тоже.

— Ну-у, с такой логикой курить можно разве что