Титан империи 4 - Константин Зубов

Ди тоже не было видно, и это меня напрягло. И о каком пассажире она говорила? Уж не о…

— Эй, парень! — раздался голос сзади, и я повернулся.

Ко мне подходила та самая пятерка аристократов, которые наблюдали за мной в ресторане. Их лица были зелеными как у жаб, а один и вовсе еле держался на ногах. Идиоты совсем не умели пить.

— Отойдем? — белобрысый аристократ кивнул в соседний коридор, где никого не было.

— Спасибо, я не танцую, — бросил я, собираясь свалить, но один из них заступил мне дорогу.

— Значит, поговорим прямо тут, — ухмыльнулся аристократ. — Ты, вроде, сынок того ссыльного, Скалозубова, да?

— А вам автограф нужен? Прости, но ручку я забыл в других брюках.

— Шутник, да? Мы тоже с парнями шутники. Тебе придется принести нам извинения за то, что ты устроил на арене.

— А что я сделал? Всего лишь показал рейховцам их место…

Судя по их помятому виду, им вломили по первое число. Двое подволакивали ногу, а у одного рука висела на перевязи. Не только пить не умеют, но еще и фехтуют крайне паршиво.

— … и вам бы стоило взять у меня пару уроков, — заметил я, окинув опухшее дурачье презрительным взглядом.

— Слышь! — сделал шаг вперед здоровяк, но товарищ схватил его за руку.

— Не здесь, идиот… — шикнул он и ткнул в меня пальцем с родовым перстнем. — В общем, либо ты извиняешься, либо…

— Либо «что»?

Страсть как хотелось впечатать ему в наглую рожу кулак, покрытый толстым слоем металла, но у меня были дела поважней драки с очередными идиотами.

— Либо будем драться, щенок! — выкрикнул аристократ, сорвал с руки перчатку и швырнул мне ее в лицо.

Я бы легко увернулся, но между нами появилась широкая ладонь и на лету поймала перчатку.

— Ты обронил это, пацан, — смял перчатку Жук и бросил хозяину под ноги. — У вас есть три секунды чтобы свалить. Раз.

— Ты чего, охренел горбатый⁈ — взвизгнул аристократ. — Ты знаешь, кто мой оте…

Но тут глаза майора Жука загорелись так ярко, что все пятеро отшатнулись. Публика у окон тоже начала оборачиваться в нашу сторону.

— Два…

Он сделал шаг, и парень который стоял дальше всех и едва держался на ногах, неожиданно сложился пополам и его начало выворачивать прямо на пол.

— Три… Блин, что за дрянь? — он брезгливо махнул рукой на упавшего аристократа. — Отнесите этого придурка в лазарет, он, кажется, умеет пить только молоко с газировкой.

Товарищи бедолаги, ругаясь, подхватили его под руки и потащили прочь.

Любитель швырять перчатки кинул на меня недобрый взгляд, но тут и ему самому стало нехорошо, и он, сжав зубы, поспешил за друзьями.

— Что-то нынче много народу в лазарете, — нахмурился Жук. — Я только что проходил мимо, там уже человек десять, и все лежат без задних ног. Совпадение?

— Не думаю, — проговорил я, осматривая народ.

— А ты что тут? — спросил Жук, сверля меня своими черными глазищами. — Тоже хочешь поглядеть, как проливают кровь за Империю, Скалозубов?

— Спасибо, я предпочитаю проливать ее сам. Разумеется не свою.

— Надеюсь не на пустых дуэлях с пропойцами?

— Нет. Фаустово — довольно горячий феод, и там не до дуэлей.

— Фаустово… Фаустово… — задумался Жук. — Уж не рядом ли с Омском?

— С ним самым. Буквально несколько дней назад, у нас за одно утро открылось семь Монолитов, а в предыдущее четыре.

— И ты всех их закрыл?

— Не все лично я, конечно. Но с помощью моих ликвидаторов и при поддержке Зубра с одной вашей знакомой студенткой ГАРМа мы справились.

— Хах! — Жук оскалился. — Вообще не сомневался в Саблиной. Она везде найдет проблемы на свою задницу!

— Это правда. Пришлось слазить в глотку к Диву, чтобы вытащить ее, — я еще раз осмотрелся.

— Куда слазить? К Диву в пасть? — Жук недоверчиво посмотрел на меня.

— Долгая история. Пусть сестра сама расскажет.

— Хм… — майор почесал подбородок. — Ну раз ты уже воробей стреляный, то никаких проблем на экзамене у тебя не будет. На нем лажают разве что сынки богатеньких остолопов, которые привыкли видеть Прорывы из окон своей каюты, — и он кивнул на толпу зевак у окна. — Собственно их там и отсеивают.

— Знаете, что за экзамен в этом году?

— Как мне сказали, набор нынче не слишком впечатляет. Всех конкурсантов решили бросить на Мантикору.

— Не слишком ли жестко? Мантикору я видел в Омске, и нам с соратницей удалось только отпилить ей лапу, прежде чем сделать ноги.

Лицо Жука превратилось в каменную маску, и десяток секунд он сверлил меня тяжелым взглядом. В глубине его глаз сверкали синие искорки.

— Что-то не так? — спросил я, выдержав его взгляд.

— Мой опыт говорит, что такие разговоры, как правило, сильно преувеличены. Но вот что-то мне подсказывает, что ты не врешь. Какого цвета у нее глаза?

— У мантикоры? Голубые.

— А чем пахнет изо рта?

— Простите, у меня не было времени с ней целоваться. Мы со спутницей спешили. Чем воняло внутри у Дива тоже не скажу, фильтры «Фауста» по счастью справились, но вряд ли фиалками.

Жук расхохотался. Я же только слегка улыбнулся.

— Да, обе эти твари очень опасные, — наконец, заговорил он. — А Мантикора еще и с «приветом». Раз ты сбежал, то тебе повезло. Мантикора редко убивает противников, если с ней драться один на один. Чаще она просто покалечит и утащит в нору, а там… В общем, не буду портить тебе вечер.

— Я крепкий орешек с крепким желудком.

— Это хорошо. Тогда представь, Евгений, что их десять. А у тебя в пистолете всего один патрон. Стал бы ты драться, или… — ухмыльнулся Жук и приставил палец к голове. — Чего проще?..

— Я буду драться до конца.

— Раз так, то ты начинаешь мне нравиться, — хмыкнул майор и ударил меня по плечу. — Давай-ка ты придешь в кают-компанию через час, и мы с тобой побеседуем более, так сказать, предметно. И если