Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса

- Хотя это даже интересно. Какой ты сейчас, Мугурума Кенсей?

Он уже тот суровый и немногословный воин, готовый крушить кулаками все на своем пути? Или сейчас он всего лишь слабая, грустная душа, пробудившая реацу от дерьма, что бросила в лицо жизнь? Скоро я это узнаю.

Глава восьмая. В пути до Нуяши.

Стемнел небосвод, вечер вступает в свои права. Глубоко в лесу между огромными районами Руконгая отдыхает небольшой отряд. Мужчины отдыхают на зеленой траве поляны, лениво переговариваясь и наслаждаясь теплом костров.

Все они хорошо экипированы и держат рядом оружие. Любой, кто бросил бы взгляд, определил бы принадлежность воинов к семье Окикиба. Одежда темно-синих цветов, элементы брони на плечах и руках из дерева и усиленная кидо, а главное – гербы трилистника.

Десятки таких же воинов обычно охраняют предприятия Окикиба, магазины и аптеки, а так же множество предприятий и караванов со знаком трилистника. Вот только нет рядом телег с товарами, а лишь один единственный, пускай и больших размеров, паланкин.

Три костра отдают тепло и свет в вечернее время, а на вертелах над огнем крутятся тушки быстро замаринованный дичи, пойманной в окрестностях.

Природа здесь всегда богата и щедра на любые дары, если есть немного мозгов и умения ее достать. Ну, если есть такая штука как голод, который терзает лишь сильные души.

А все в этом отряде голод ощущают, включая меня, молчаливо палящегося в искры и пламя костра.

Тридцать два мужика, голодных как волки, жадно глотают слюни, когда запах мяса на костре достигает ноздрей. Особенно тяжко той пятерке, что расположена подальше по периметру лагеря и вынуждены пялиться в лес спиной к огню, чтобы заметить любую опасность в полумраке.

Никогда не знаешь, у кого хватит безумия напасть на отряд из трех десятков хорошо вооруженных пробужденных.

- Господин, немного выпить? – предложил мне один из охраны, что сидит напротив.

- Хм, нет.

Мужчина пожал плечами, но не обиделся на показное равнодушие. Он спокойно достал тыковку из дерева, выдернул пробку и щедро глотнул саке, утер рот рукавом и довольно выдохнул. И никто ему за такое перед моим благородным ликом башку с плеч не снял, лишь покосились завистливо на выпивку.

За время путешествия все здесь привыкли к моему поведению и показному незамечанию некоторых вещей, став более свободными в своих поступках и словах. И мне нравилось, как люди перестали ходить вокруг меня цыпочках, стараясь угодить каждую секунду.

Приятно, когда люди ведут себя как люди, а не запрограммированные на вечный этикет роботы. Жаль, что эта свобода кончится, когда мы вернемся.

Я поерзал на красной подушке, вытащенной из паланкина. Это огромное чудовище из дерева и бумаги стоит на земле в центре поляны. Чтобы нести его и меня нужно двенадцать взрослых мужчин, которые вынуждены сменяться каждые пару часов.

На белых стенках красуются золотые трилистники, гордо показывая герб семьи каждому, кто взглянет. Но за показной чистотой белизны и золотом герба скрываются древние и мощные барьеры кидо.

Пока я внутри паланкина, то стены прозрачны как слеза для меня, позволяя наслаждаться пейзажами. Защита так же не позволит проникнуть ни стреле, ни клинку, ни даже низкоуровневой магии. Пока я сам не выйду, если нападающие не офицерского уровня Готей 13, то могут осаждать паланкин хоть до посинения.

Если бы кто спросил, то я бы признался, что чувствую себя в безопасности и комфорте, путешествия именно так, а не на своих двоих. Чувство неловкости, когда тебя несут в паланкине, исчезнет как туман сразу же, когда подумаешь какого это, топать ножками часами напролет по плохим дорогам или вовсе в местах, где их никогда не было.

Мы уже долго в пути, и завтра утром должны достигнуть двадцать третьего района и начать поиски сына семьи Мугурума. Если он еще там и жив.

Немного информации, собранной в уже покинутом двадцать втором, оптимизма не внушало. Вторжение Пустых в западный двадцать третий было крупным и требовало вмешательство шинигами. Как говорят слухи от беженцев, там была настоящая бойня. Прорыв остановили окончательно ближе к границе между 22 и 23 районом, том самом, где живет Кенсей. Такие Прорывы редкое дело для этих мест, а значит, разрушения там должны быть огромными.

И не факт что всех Пустых перебили, хищники на души умеют прятать свои пожирательские задницы, когда прижмет. Поэтому все в отряде настороже.

За время путешествия я осознал и понял несколько очень важных вещей. Об этом не задумываешься, пока не выходишь за стены Сейретей, но когда мы покинули области десятых районов, разница буквально бросилась в глаза.

Нет успокаивающе мощных реацу вокруг, которые обычно принадлежат людям в черных шикахушо. Вместо них тем больше, чем дальше, много хаотичных и странных реацу обычных душ Руконгая.

Я легко видел через прозрачные с моей стороны стены паланкина, всех их, эти отряды патрулей, которые не принадлежат Готей 13. Воины с обычным оружием в руках, разномастно одетых и иногда показательно расхлябанных в своих позах и поведении, так контрастно отличающихся от дисциплины шинигами.

Когда мы остановились в большом городе двенадцатого района и я почувствовал, увидел так много пробужденных душ, то понял. Простую, суровую истину.

Далеко не все в мире лелеют мысль стать шинигами.

А пообщавшись в таверне с несколько прилично выглядевшими торговцами, прозрел в простейшей истине. Мертвые или живые, люди обычно держатся подальше от опасных профессий.

Пробудившим реацу душам намного выгоднее и безопаснее поступить на службу одной из благородных семей. Все эти ребята в моем отряде сейчас пошли по этому пути. Они живут в стенах Сейретей, видя шинигами каждый день, но что-то не стремятся стать ими сами.

Путей, кроме Готей 13, много. Стать охраной странствующего торговца. Начать свое небольшое дело, чтобы прокормить себя. Просто найти семью и защищать ее лично. Стать бандитом, да даже особо мощным грузчиком, в конце концов.

Все это в глазах нормальных душ куда безопаснее и выгоднее, чем стать шинигами. Сражаться и сражаться все время вечности до тех пор, пока не сгинешь в пасти монстра, пожранный Пустым или иным врагом Общества Душ… Или легкая, ненапряжная работа с престижем и более-менее свободой выбора? Даже я в какой-то момент призадумался.

Для людей вне Сейретей все эти чудаки в черных одеждах Жнецов Душ выглядят как религиозный орден из личностей, что посвятили себя долгу Баланса жизни и смерти.

Когда я понял это, то