Любовь пахнет лилиями - Таня Радуга

-- А как насчёт того, чтобы… -- он резко взмахнул рукой в сторону окна, -- Превратиться там, в воробья или голубя?

-- В ворона. – робко поправила его Светка, -- Кайла перекидывается в ворона. И в кошку.

-- В кошку… -- эхом повторил Филиппов и прижал ладони к вискам

-- Кайла – профессиональная наёмница. К тому же она -- тёмный эльф. – Флип выпорхнул из-под пледа и уселся на край стола напротив майора, -- В Лане только одна восьмая её крови, вряд ли она сможет перекидываться. Хотя… как знать. Крови первых королей у неё ещё меньше, чем у Максима, но врата её пускают.

-- Врата…. Я уже несколько раз о них слышал. Где они находятся? – майор поднял усталый взгляд на цветочного эльфа, который беспечно болтал босыми пятками, сидя напротив него.

-- А разве Максим не рассказывал тебе о них? – удивлённо распахнул глаза Флип.

Филиппов молча встал и направился к выходу. Выражение его лица было крайне сосредоточенным и хмурым. Его раздражали выдумки сына о другом мире, который находится якобы по другую сторону от каких-то врат, про эльфов, драконов, о таинственных замках и юных принцессах. Майор резко прерывал подобные россказни, у мальчика его возраста в голове должна быть учёба, спорт, ну и чуть попозже девочки, а не сказочные миры. Всё началось после их знакомства с двоюродным дедом Максима. Кутепов был одним из очень влиятельных теневых миллионеров, коллекционером редкостей и весьма странным человеком. Это он забил мальчишке голову своими сказочными историями. Максим и так не вылезал из компьютерных игр, был фанатом фэнтези и всё время рисовал свои фантастические замки, города, корабли, каких-то сказочных персонажей. А после общения с Кутеповым и вовсе ударился в исторические реконструкции, целыми днями, а то и неделями, пропадал на сборах в лесах, отрастил волосы, стал замкнутым и практически перестал разговаривать с отцом. Одно хорошо -- он поступил в полиграфический техникум, где весьма пригодились его художественные способности. Филиппов часто ругал себя, что мало уделяет времени сыну, но работа в полиции требовала полной самоотдачи. Он приглядывал за Максимом, не особо влезая в его дела. События последних дней выбили майора из равновесия. Ему абсолютно не с кем было поделиться своими мыслями и наблюдениями. И как ни странно, единственный человек, к которому он мог сейчас прийти, была эта малознакомая девушка, невольно втянутая в их семейные дела. Однако, ничего не встало сейчас на свои места. Филиппов обернулся и встретился взглядом с изумрудными глазами цветочного эльфа. Бредовые рассказы Максима, возможно, были не такими уж бредовыми. Он, как отец, должен был тогда слушать внимательно, а не затыкать рот мальчишке. Не удивительно, что Максим закрылся от него…

-- Я не могу сказать Вам, где Максим. – Светка опустила голову, -- Вы же видели, на что способна Кайла…

Филиппов молча кивнул и стал обуваться.

-- Сообщите мне, если что-то изменится. – сказал он глухим голосом и, не прощаясь, вышел за дверь.

Майор стоял под проливным дождём, прислонившись к капоту своего джипа. Впервые, за последние несколько лет после смерти жены, на него нахлынуло отчаяние и душили слёзы. Он подставлял лицо ледяным струям, чтобы прийти в себя. Внезапно, боковым зрением он заметил движение за деревьями: крепкого сложения мужчина, слишком легко одетый для такой погоды, явно наблюдал за окнами Светланы Сергеевны.

-- Эй ты! – Филиппов направился к нему и встретился с его спокойным ледяным взглядом. Казалось, что ни темнота, ни холодный ветер, ни проливной дождь, нимало не беспокоили этого странного человека. Однако в его планы не входило знакомство с майором. Мужчина отступил за дерево и… исчез в темноте. – Что за?.. – Филиппов напряжённо осматривал окрестности, но незнакомец, как сквозь землю провалился. – Поиграть хотите? В кошки-мышки? Поиграем… -- майор вернулся в своё привычное состояние, сел в джип, и отъехав на пару поворотов, выключил фары и вернулся к дому Светланы Сергеевны. Он заглушил двигатель, открыл ноутбук и набрал номер на сотовом:

-- Алексеев, проверь, что у нас по камерам рядом с городским парком? Меня интересует мужчина, рост выше среднего, небритый, тёмно-русые волосы, в белой рубашке навыпуск. Хорошо. Жду.

Филиппов вставил наушник и запустил несколько программ. На мониторе появилась кухня Светланы и сама хозяйка, разбирающая мокрый и грязный рюкзак. У неё зазвонил мобильник, девушка взяла трубку с неохотой. Майор переключил программу и у него в ухе появились гудки.

-- Алё… -- неуверенно ответила Светлана.

-- Это Максим Петрович. Я так понимаю, у Вас для меня кое-что есть.

Филиппов напрягся и перестал дышать. Какие дела могут быть у старого родственника его жены с этой девушкой?

-- Да. Я достала то, что Вы просили.

-- Везите.

-- Что, прям сейчас? – растерялась Светлана.

-- А Вы хотите, чтобы я заплатил Вам за погибший экземпляр? У моего предложения есть срок годности. Я пришлю к Вам такси через десять минут. – трубка отключилась.

У майора завибрировал сотовый.

-- Это Алексеев. Я нашёл твоего мужичка. Сейчас пришлю запись и крупный план. Он, кстати, третий день трётся возле этого дома. А позавчера даже перекинулся парой слов с твоей подопечной.

-- Вижу. – Филиппов открыл присланную ему видеозапись, -- А куда он делся, после того, как я пошёл в его сторону?

-- А вот это самое интересное. Я прогнал запись через инфракрасные датчики. Был человек, и нет человека. Зато появилась вот такая красота, на уровне третьего этажа. – Алексеев прислал новые фотографии.

-- Что это? Птица? – майор с волнением рассматривал силуэт, -- Что-то она великовата для вороны.

-- Неет. Это не ворона! – восторженно пробасила трубка, -- Смотри, я сейчас выведу изображение с другой камеры.

-- Это что, орёл? – у Филиппова вылезли на лоб глаза. На толстой ветке дерева, как раз напротив окна Светланы Сергеевны, сидела крупная птица с загнутым клювом и мощными лапами.

-- Почти угадал. Это – беркут. Крайне редко бывает в наших краях. У меня отец охотником был, так что я в этих птицах хорошо разбираюсь. – Алексеев почти прыгал от радости на том конце трубки.

-- Редко бывает, говоришь? -- Филиппов почти с ненавистью смотрел на крылатого хищника.

-- Да, редко. Ну, красавчик какой! – продолжал восторгаться Алексеев, -- У них размах