Династия. Феникс - Александр Майерс

— Вот что вы имели в виду, когда сказали, что поплатились за свои поступки? — уточняю я.

Жаров молча кивает и снова прикладывается к бутылке с коньяком.

— Всё, что сейчас происходит — это Его рук дело, — говорит он, вернув коньяк на столик. — Он начал действовать сам, не посвящая меня в детали, и я понятия не имею, почему именно сейчас.

— Это не так уж важно. Кто он? — спрашивает князь Грозин.

— Когда до меня дошло, что это Он убил Вику и специально попытался нас стравить, я тоже решил это выяснить, — произносит Илья Романович. — Вообще-то, я всё время думал, что это именно Ярослав…

— Так ты что-нибудь выяснил или нет? — с нажимом спрашивает Григорий Михайлович.

— Выяснил кое-что, — усмехается Жаров.

У меня в кармане вдруг вибрирует телефон. Жаров прерывается, и они вместе с дедушкой смотрят на меня. Я бросаю взгляд на экран и вижу, что это Виктор.

— Важный звонок, — говорю я и беру трубку. — Алло?

— Александр! Вы у окна⁈

— В смысле? — не понимаю я.

— Здесь снайпер на крыше! Мы увидели его через дрон! — тяжело дыша, выкрикивает Вик. — Я не успею добежать, прячьтесь!

Одновременно с этой фразой, дедушка спрашивает:

— Илья, хорош тянуть. Ты узнал, кто это?

— Думаю, что да, Григорий. Ты вряд ли будешь рад такое слышать, но это — один из вас…

Я бегу к окну, на ходу восклицая:

— На пол!!!

Не успеваю.

Окно разлетается вдребезги. Мне кажется, что я чувствую, как пуля пролетает в сантиметрах от меня. Повинуясь инстинктам, падаю на пол и кричу в трубку:

— Вик, он выстрелил!

— Я уже возле дома. Ребята с другой стороны. Сейчас возьмём его, — хватая ртом воздух, отвечает Виктор и сбрасывает звонок.

Я оборачиваюсь и вижу, что князь Грозин лежит на полу, накрыв голову руками. А князь Жаров по-прежнему сидит в кресле, медленно сползая набок. Из простреленного лба течёт кровь, заливая лицо.

Твою-то мать. Мы почти узнали, кто такой кукловод.

Но он, как выясняется, не жалеет даже самых важных союзников…

Глава 10

Григорий Михайлович, приподняв голову, смотрит на Жарова.

— Твою мать, Илья… — мне кажется, что в его голосе сквозит сожаление.

— Не вставайте, — говорю я и подползаю к окну.

Прячась за проёмом, осторожно встаю и задёргиваю плотные шторы. Теперь снайпер нас не увидит, но всё ещё может начать палить наугад. Хотя я уверен, что его целью был именно Жаров.

Вопрос только в том, как кукловод узнал, что мы поедем к нему сегодня и о чём будет говорить? Решение нанести визит было спонтанным.

Я не успеваю как следует об этом подумать, как раздаётся громкий стук в дверь.

— Илья Романович! Господа! У вас всё в порядке⁈

— Это вряд ли, — качаю головой я.

— Да уж, объясниться будет непросто, — бормочет князь Грозин. — Кто тебе звонил?

— Виктор. Они заметили снайпера с помощью дрона, но не успели добежать. Ага, вот и он, — говорю я, когда на телефон поступает звонок. — Да, Вик?

— Мы его взяли, — произносит он.

— Хорошо. Увидимся на базе.

— Понял, сваливаем.

Я убираю телефон в карман и встаю, показываю князю большой палец. Тот кивает и тоже поднимается. В дверь тем временем продолжают долбиться.

Григорий Михайлович подходит и щёлкает замком. Внутрь тут же врываются гвардейцы Жаровых, а следом за ними и гвардейцы Грозиных. Жаровские молча застывают, когда видят убитого князя. Грозинские молодцы, быстро соображают, что обстановка напряжённая, и встают между нами и местными солдатами.

— Снайпер, — сухо сообщает дедушка.

Командир гвардейцев Жарова поднимает на него взгляд и спрашивает, стискивая автомат:

— У вас есть при себе оружие, ваше сиятельство?

— Только не вздумай обвинять нас в убийстве господина, солдат, — хмурится Григорий Михайлович.

— Надеюсь, вы понимаете, князь. У нас есть основания, — говорит гвардеец и подаётся вперёд.

— Стой на месте! — телохранитель дедушки выставляет руку, остальные приподнимают оружие.

Я выхожу вперёд и говорю:

— Всем сохранять спокойствие. Как и сказал князь Грозин, это был снайпер. Он стрелял через окно, — я отдёргиваю штору, за которой видно разбитое окно. — Мы не уверены, в кого именно он целился, но…

— Что здесь происходит⁈ — в кабинет врывается мой одноклассник, Андрей Жаров.

Все резко замолкают. Даже я не знаю, что сказать. Андрей первым делом вонзает неприязненный взгляд в меня, и только потом замечает отца. Он смотрит на него, бледнея с каждой секундой и осознавая, что случилось. После этого он издаёт душераздирающий, животный вопль и бросается к телу.

— Папа! Отец! — из глаз Андрея брызжут слёзы.

Он протягивает дрожащие руки к мертвецу, но не решается коснуться его. Я чувствую, как у меня в горле встаёт твёрдый комок. Как бы я ни относился к Андрею, не хотел бы я сейчас оказаться на его месте. Подобное я пережил совсем недавно, но у меня была хотя бы надежда, что отец выживет. Здесь же без вариантов.

— Мои соболезнования, сынок, — глухо произносит Григорий Михайлович.

Жаров медленно поворачивается к нему и цедит сквозь зубы:

— Вы его убили, — по интонации непонятно, вопрос это или утверждение.

— Послушай, Андрей, — дедушка миролюбиво приподнимает ладонь. — Я понимаю твои чувства, но не стоит разбрасываться словами.

— Это вы его убили! Вы убили мою тётю, а теперь и моего отца! Гвардейцы! Взять их! — выкрикивает мой одноклассник.

Атмосфера в комнате резко накаляется. Наши бойцы закрывают меня и дедушку собой, беря оружие на изготовку. Солдаты Жаровых рассредотачиваются по комнате. В тишине щёлкают предохранители автоматов.

Стоящий ближе к двери гвардеец берётся за висящую на груди рацию и бормочет в неё:

— Общая тревога. Перекрыть все выезды. Подмогу на третий этаж, в кабинет князя.

— Не забудьте сказать, чтобы они отправились в ту сторону, — я указываю в окно. — Снайпер, судя по всему, стрелял из-за границ ваших владений. Но вы ещё можете его найти.

Гвардеец исподлобья смотрит на меня, но всё же говорит в рацию:

— Отряд на северо-запад, к высоткам. Поднимите дроны, перекройте улицы. Ищем стрелка