Искра - Тася Тараканова

Горыныч спланировал ко мне, вытянул шею и громко зарычал. Он был недоволен, злился, а я не понимала причины его возмущения. Он нагнул голову. Предлагает сесть верхом? Зачем? Горыныч вновь утробно зарычал мне в лицо.

— Да, хватит уже!

Оттолкнула его морду рукой. Хвост Горыныча нервно бил по земле, выдирая с корнем траву и мои любимые цветы. Недовольно ворча, я неуклюже взобралась ему на шею. Как же быстро разучилась быть наездницей, предпочитая летать на своих крыльях.

Горыныч доставил меня на утес, но как только я сделала шаг к пещере, он распустил крылья, нагнул голову и встал в боевую стойку.

— Ты озверел? — спросила я, не веря происходящему. Маломерка не хотел пускать меня в пещеру, — мне надо к антраксу залечить раны.

Горыныч боднул меня мордой в живот, оттолкнув от входа. Да что за день такой! Бесит!

— Дай пройти! — зарычала, готовая выдать полноценную истерику.

— Р-р-ет! — выдал мой чешуйчатый друг, — р-р-зя!

Я и забыла, что дракоша умеет говорить. Сжав кулаки, я снова подступила к нему.

— Ты не Горыныч, а Норыныч, не даешь пройти в свою нору. Жадюга!

Меня как магнитом тянуло в пещеру, я хотела прикоснуться к теплой мерцающей глыбе, лечь на камень, который пульсировал в такт с моим сердцем. — Почему нельзя! — я топнула ногой.

— Гэр-р-вин! — зарычал Горыныч и повторил свой рев, наступая на меня, — Гер-р-рвин!

В эту минуту я очнулась, будто со стороны увидев свою наготу, сбитые колени, ободранные руки и грязное тело. Я — Соня Снегирева вела себя как дикая драконица, забыв прежнюю себя. Меня же ищут, ждут, а я наслаждаюсь свободной жизнью в неприступных горах. Обессиленно опустившись на колени, я закрыла лицо руками. Как же стыдно!

— Горыныч, мне надо срочно вернуться в башню Ветров, — пролепетала я, — как найти дорогу?

* * *

Что я знала о внутреннем компасе драконов? Ничего. Думаю, то место, в котором они бывали ранее, можно как-то почувствовать внутренней геолокацией, но абсолютно новое можно искать только методом тыка. Из этого можно сделать вывод, мне надо добираться туда, где я была прежде. Из всех мест самым безопасным мне виделась Овечечка. Там Добромир, оттуда легче будет связаться с Эрвином и Мечиславом, а может прямиком отправиться в Башню Ветров.

Алую драконицу, скорее всего, объявили в розыск, значит, лететь надо ночью, потому что, как известно, драконы по ночам не летают. Мое преимущество в том, что ночью я ориентируюсь так же хорошо, как и днем. Горыныч, которого я лично учила летать ночью, тоже спокойно гуляет по ночам. Но его жизнью я не стану рисковать.

Горыныча и алую драконицу верхотуры нынче ищут со всей мощью полувоенной организации. Осталось достойно выйти победителями из игры «охотник-дракон».

— Прости, мне стыдно, — сказала я Горынычу, покажи направление на Овечечку, полечу сегодня, как стемнеет.

В уверенности, что Горыныч уяснил мою просьбу, я приосанилась.

— Пропусти к камню, мне надо отдохнуть. До вечера еще есть время.

Недовольно заворчав, серебристый маломерка отступил.

— Горыныч, мы чувствуем друг друга только в экстремальной ситуации. Сейчас, когда за нами охотятся верхотуры, этого мало. А ты Горыныч, как считает Ларри, обладаешь магией. Я сегодня улечу, подумай над тем, как нам лучше слышать друг друга.

Горыныч завис, обдумывая мои слова, а я с гордым видом прошагала мимо него в пещеру. Пусть в последний раз, но заряжусь от антракса. Камень имел исключительную силу. Он вызывал у меня эйфорию, я, действительно, попала от него в зависимость. Сегодняшней ночью, эту болезненную связь придется разорвать.

До вечера я поплескалась в природном бассейне, поспала на антраксе, несколько раз поменяла ипостась, потренировавшись в скорости, и к ночи была готова.

Мне почти не пришлось ждать, Горыныч явился, как только стемнело. Плащ Леи, в который я завернулась, навел меня на интересную мысль. Я подошла к Горынычу, вырвала из головы пару волосинок и замотала один коготь у основания на правой лапе дракона.

— Это тебе от меня, — объяснила ему, — на всякий случай. Типа, алло, Горыныч, слышишь меня?

Обойдя кругом дракона, я морщила лоб в раздумье, что можно позаимствовать у маломерки, чтобы сохранить себе, когда обращусь. Взять чешуйку? Но что с ней делать? Она не удержится на мне. Кусочек проглотить? Нет, не вариант. Да, хоть зуб у дракона вырви, все равно ничего с ним не сделаешь.

Рассуждая, я задумчиво разглядывала дракона.

— Горыныч! Сделай что-нибудь! Есть идеи? Мы же договаривались.

Мы, конечно, не договаривались, просто я умело манипулировала маломеркой.

Дракон склонил голову на бок, словно философ, я даже залюбовалась им. Какой у меня дракон умный. Неожиданно Горыныч вытянул шею, осторожно взял в пасть кисть моей руки и укусил. Боль была мгновенной и острой, я машинально оттолкнула лобастую голову и уставилась на свою руку. Капли крови опоясали кисть браслетом.

— Ай! Ну, ты экспериментатор, — морщась, простонала я.

Горыныч виновато понурился, наверное, принял слово «экспериментатор» за ругательное, но я не спешила его разубеждать.

— Чем кровь вытереть? — пробурчала, оглядываясь по сторонам, не плащ же Лии пачкать. Хоть бы подорожник какой здесь рос…

Дракон задумчиво оглядел мою кисть и выпустил небольшой огненный сноп, состоящий из искр, которые как по волшебству опустились на порезы от драконьих зубов и прижгли их.

— Класс! — взвизгнула я, тряся рукой, — Больно!

Горыныч виновато заурчал, что домашний кот. Немного подождав, когда боль утихнет, я спокойно оценила свой новоявленный браслет.

— Ладно, посмотрим его в деле, драконий татуировщик.

Мы еще немного посидели перед дорожкой, я встала, сняла с плеч подарок Леи, аккуратно сложила его и спрятала в небольшое углубление у входа в пещеру.

— Береги этот плащ, мне он очень дорог, — я вздохнула, грустно глядя на чернеющий вход. Как жаль, что приходится расставаться с антраксом. — Полетишь впереди, мне надо понять направление, заодно проверим татушечку.

Решив отыграться за болезненный подарок, я разбежалась и прыгнула со скалы. Маломерка бросился за мной, но встретил меня уже в другом обличье. Он сердито зарычал, так испугался бедненький, а я радостно ухмыльнулась.

В потемках мы устремился к цели. Горыныч летел впереди, я за ним. Через некоторое время мой внутренний бортовой компьютер четко уловил направление. Я передала Горынычу сообщение. Он приостановился, повернул голову, и я услышала его неизменное «р-р-да». Пожелав маломерке освоить больший словарный запас, дала понять, что уже не собьюсь с курса и велела возвращаться. Нечего по ночам шастать, сов пугать.

Горыныч показал норов, двигаясь ещё какое-то время за мной, но скоро ночь съела его очертания, я перестала оглядываться, мы тихо