Моя Тора - Борис Гасс

И, если Ты их (мерзкие)

уловки

(Своею Волей) от меня не

отведешь,

Я уступить могу (порыву),

и склонюсь,

И окажусь средь тех, кто

потерял рассудок».

34

И внял Господь его мольбе

И от него отвел их козни, —

Поистине, Он слышит (все)

и знает (обо всем)!

35

Потом подумали они

После того, как они видели

знаменья,

Что надо заточить его на

время.

Вчерашний домоправитель попал в тюрьму для провинившихся высокопоставленных особ. Его сокамерниками оказались виночерпий и пекарь фараона. Первый впал в немилость за муху в чаше властелина, второй – за камешек в хлебе.

Прошел год. «И приснился сон обоим в одну ночь, каждому свой сон, каждому сон своего толкования». Утром они с трудом продрали глаза. Видя их печальные лица, Йосеф спросил:

– Чего вы сегодня такие кислые?

– Дурные сны видели, а истолковать не можем, – пожаловались те.

– Ведь от Бога истолкование. И все же расскажите, может мне удастся, – предложил Йосеф, – только не гневайтесь, если истолкую неверно, я ведь не мастер разгадывать сны.

– Снилась мне виноградная лоза, – первым начал виночерпий, – а на лозе три ветки. И зацвела она, появились почки и созрели гроздья ягод. И я взял виноград и выжал его в чашу фараона, и подал чашу в руки фараона.

– Попробуем истолковать, – улыбнулся Йосеф. – Три ветви – это три дня. Через три дня фараон вознесет тебя и возвратит на место твое, и ты подашь чашу фараона в его руки, и вновь будешь почетным виночерпием. А сейчас у меня к тебе просьба. Если все исполнится, как я разгадал, замолви обо мне словечко фараону, похлопочи за меня, ибо я не виноват и напрасно сижу в этой яме.

– Пришел черед моего сна, – засуетился пекарь, – растолкуй, коль ты такой провидец. Вот три плетеные корзины на голове моей. В верхней корзине всякая пища фараона, изделия пекаря, и птицы клюют ее из корзины с головы моей.

Йосеф было отказался толковать сон главного пекаря, но тот настаивал, просил, требовал. Йосеф нехотя сказал:

– Три корзины – это три дня. Через три дня фараон снимет с тебя голову и повесит тебя на дереве. И птицы будут клевать плоть твою…

Через три дня все произошло по слову Йосефа. Фараон справлял день своего рождения. Среди приглашенных он недосчитался главного виночерпия и главного пекаря. И вспомнил об их прегрешениях, и приказал освободить виночерпия, а пекаря повесить.

Неблагодарный виночерпий даже не вспомнил о существовании Йосефа, подтвердив тем самым поговорку – с глаз долой, из сердца вон. Ведь сказано: «Счастлив человек, который на Господа возлагает надежду свою». Прошло два долгих года, и фараону приснился цветной сон, будто стоит он у реки и выходят одна за другой цепочкой семь коров тучных и холеных, с полным набухшим выменем, и пасутся в тростниковых зарослях. За ними выходят из той реки семь других коров, тощих и безобразных, с пустым выменем. И сожрали коровы тощие коров тучных. И незаметно было, что тучные вошли в утробу тощих, остались они такими же худыми, какими были прежде.

Фараон долго тер глаза, никак не мог проснуться. Повернулся на другой бок и вновь погрузился в глубокий сон. На этот раз ему приснилось вспаханное поле. На одном стебле всходят семь колосьев, крепких и полных, а за ними вырастают семь колосьев, тонких, опаленных восточным ветром. И поглотили колосья тонкие семь колосьев крепких и полных, но от этого не стали полными.

Даже проснувшись, фараон не мог уяснить себе, все это он видел во сне или наяву. Стряхнув с себя оцепенение, он приказал позвать во дворец всех волхвов и мудрецов египетских.

– Растолкуйте мне сон, ибо встрепенулась душа моя, – промолвил он повелительно.

Те долго ломали головы над разгадкой снов властителя, чесали затылки, пожимали плечами и наконец доложили поочередно.

– Первый сон, по нашему мнению, – глубокомысленно изрек представитель мудрецов, – говорит о том, что у фараона родится семь дочерей и все они умрут.

– Второй сон, как нам кажется, – взял слово прорицатель, – символизирует победы фараона над семью странами, но одновременно и потерю семи областей, которые восстанут против трона.

Фараон брезгливо отмахнулся от советников, как от назойливых мух.

Желая выслужиться перед властителем, выступил вперед виночерпий и рассказал о молодом сокамернике, который искусно разгадал его и пекаря сновидения. Фараон приказал немедля доставить во дворец чужестранного толкователя снов.

Слуги стремглав помчались в тюрьму, вывели Йосефа поспешно из ямы, искупали, постригли, переодели и представили пред светлые очи властителя.

Фараон оглядел его с ног до головы и сказал:

– Сон приснился мне, а толкователей ему нет. Я же слышал, будто ты понимаешь сны и как их толковать.

– Не я – Бог ответит во благо фараону, – поклонился Йосеф – Если сон от Вс-вышнего, то Он и даст толкование, а я всего лишь перескажу разгадку.

– Посмотрим, на что способны ты и твой Бог, – ответил фараон и рассказал свои сны.

– Сны твои об одном и том же: то, что Бог сделает, Он возвестил фараону, – не задумываясь, сказал Йосеф. – Семь коров холеных и семь колосьев хороших – это семь лет. Семь коров тощих, вышедших за ними, и семь колосьев пустых – тоже семь лет. Придут семь лет большого урожая по всей земле египетской, а после них наступят семь лет голодных. И забудутся годы сытости, истощит голод страну. И не будет заметно, что было когда-то изобилие в стране из-за того голода, ибо он будет очень тяжел. А повторился сон фараона дважды, потому что уготовано это Богом, и вскоре Бог исполнит это. А теперь пусть усмотрит фараон мужа разумного и мудрого и поставит его над землею египетской. Тот назначит чиновников над страною и сделает запасы в семь лет изобилия. Пусть собирают все съестное наступающих хороших и накопят зерна в распоряжение фараона и пусть хранят. И будет эта пища в запас для страны на семь мякинных лет, тогда не погибнет страна от недорода и голода.

– Найдем ли мы человека, подобного этому, в котором дух Бога? – обратился фараон к придворным, – нет никого более разумного и мудрого, чем он.

Советники дружно поддакивали. Фараон обратился к Йосефу:

– Ты будешь над домом моим, и по слову твоему управляться будет народ мой, только престолом я буду выше тебя. Смотри, я