Заблудившийся - Тати Дадо

поглядывая в поршень и не решаясь опрокинуть его целиком. Ехидна была неглупой женщиной и хорошо отличала правду от лести. Я же старался никогда ее не обманывать, не льстить и уж тем более не заигрывать с ней. На это было строжайшее табу, и горе несчастному, кто попытается очаровать эту амазонку. Сначала он отхватит неслабых побоев от нее самой, а потом и от членов мотоклуба. Сам Молох в мордобое никогда не участвовал.

— Так ты по делу? — спросила она.

— Да. Хочу попроситься к вам в боксы, на время.

— И только? Вряд ли он откажет. Особенно после твоей услуги! — она подмигнула.

Я смутился:

— Ехи, просил же, не напоминай.

— Да ладно! — она легкомысленно махнула рукой. — Ты тогда ведь и правда помог. А детали Молоху знать ни к чему.

— Проблема в том, что в этот раз мне надо намного больше места, чем обычно.

Она смотрела на меня, барабаня пальцами по стойке. Потом налила себе огненной воды и чокнулась со мной:

— Ну тогда удачи. Молох сейчас у себя. — и залпом опрокинула свою емкость. Я последовал ее примеру. Огонь просочился в желудок и разгорелся там. Мне кажется, при теперешнем дефиците бензина Ехидна вполне может открывать свою бензоколонку.

Я поблагодарил ее и прошел за стойку, в глубину зала, где дверь охраняли два «ежа». От обычных посетителей бара членов клуба отличали безумные прически в виде торчащих во все стороны залаченных прядей волос, имитирующих иголки. Те байкеры, которым природа не дала густого волосяного покрова, напротив, обривались налысо и набивали татуировки на скальпе в виде колючей ежиной шкуры.

Ехидна кивнула и парни пропустили меня в святая святых Туманных ежей.

15

Как я уже говорил, президент клуба Молох был умным и дальновидным человеком. Еще в самом начале туманной катастрофы он сообразил, что мало просто выжить. Необходимо сделать так, чтобы выживание превратилось в безопасную и спокойную жизнь с претензией на удобства. Одному это сделать было нереально, но у Молоха были друзья, отлично разбирающиеся в двухколесной технике.

Все силы новой группы были брошены на поиски необходимых ресурсов и места будущего убежища. Им стал бывший аэропорт города с хорошо сохранившейся взлетной полосой. В уже имеющиеся ремонтные боксы тащили все — инструменты, детали, материалы, и самое главное, мотоциклы, потребность в которых резко упала до нуля в условиях ядовитого желтого тумана.

Как только в группе набралось достаточно ресурсов, Молох начал реализовывать вторую часть плана, а именно обеспечить себя защитой и дешевой рабочей силой в лице одуревшей от анархии и разбившейся на мелкие банды молодежи. Насколько мне известно, до катастрофы он был школьным учителем, знал многих членов банд как бывших учеников и мог найти подход к ним, используя накопленный педагогический и психологический опыт с трудными подростками.

Молох поступил умно и просто: пустил среди банд весть о новом обществе, живущем на принципах закрытого мотоклуба: взаимное уважение друзей, польза клубу, все имущество, кроме мотоцикла и некоторых личных вещей, общее, равные права для всех.

Идея нашла настолько активный отклик у молодежи, что от новобранцев не было отбоя. Вокруг Молоха мигом собралось не менее полусотни желающих, поскольку в бандах процветала жесточайшая «дедовщина». Изо дня в день их становилось все больше.

Главари банд очухались, когда новое общество представляло из себя силу, с которой стоило считаться. Не отличавшиеся умом полезли на баррикады и были растерзаны бывшими товарищами, не особо, кстати, переживавшими по этому поводу. Более умные вожаки стали набиваться Молоху в союзники и пытаться заключить мир на условиях последнего. Мир он принял, выставив им различные требования, но в свое общество не пустил, чтобы исключить возможные внутренние заговоры и бунты, хотя последнего можно было не опасаться.

Молодежь была за своего предводителя горой. Он дал им все, о чем можно было только мечтать в ядовитом мире: кров, безопасность, друзей. И никаких ограничений, никаких штрафов и запретов. Удивительное дело: начавшие свой жизненный путь в условиях жестокой анархии в бандах и получившие практически полную свободу действий в обществе парни проявили неожиданную сплоченность и даже некоторую сдержанность в своих желаниях. Сыграл педагогический прием Молоха, разрешившего запретный плод и показавшего лучший мир, который обидно было бы потерять, наглотавшись смертельной дозы наркотиков или погибнув в дурацкой пьяной драке.

Юношеский максимализм проявил себя только во внешности «ежат» и в доводке личных мотоциклов, каждый из которых был уникальным произведением технического искусства и предметом гордости своего владельца.

У меня были все шансы примкнуть к «ежиному» братству, тем более что я всегда испытывал непреодолимую тягу к двухколесной технике, но вышло иначе.

*****

Три года назад я так же стоял у стойки бара и ждал, не решаясь сделать заказ у лысого, бородатого и крайне неприветливого бармена с татуировкой на весь голый череп. Я ждал, когда выйдет кто-то из старых «ежей» и озвучит нам наше первое задание, выполнение которого определит наше дальнейшее пребывание в клубе. «Нам» — это мне и еще семи новобранцам, желавшим стать байкерами.

Дверь открылась и к нам вышла высокая женщина, затянутая в темную кожу мотокомбинезона. В руках она держала шипастый открытый шлем, из кобур под мышками выглядывали рукояти пистолетов.

— Хм, негусто. — разочарованно протянула она, разглядывая нашу разношерстную компанию. — Итак, слушайте внимательно, ежата, повторять я не буду. Сейчас вы идете к первому ангару за байками. Я жду вас у входа в бар через десять минут. Поедете со мной. Задача следующая: доехать туда и вернуться обратно. Надеюсь, несложно? — она повернулась и пошла к выходу.

Мы переглянулись. Что это за задание — просто доехать куда-то и вернуться. Я чувствовал подвох, но ничего не сказал.

— Э, э, погодите! — испуганно затараторил худой прыщавый юнец в драном спортивном костюме. — А разве нас не будут учить водить мотоциклы?

Женщина остановилась и удивленно посмотрела на него:

— Ты не умеешь водить?

— Ну… мне показывали… Инструкцию прочел…

— Ты не умеешь водить. — медленно повторила байкерша. — Остаешься в баре, помогаешь Лысому на кухне. Вон ему. — она указала на бармена. — Кто еще не умеет управлять байком?

Ответа не последовало. Она развернулась, толкнула зашипевшую дверь и вышла на улицу, на ходу надевая маску. Мы же направились в другую сторону, оставив растерянного тощего посреди зала.

В ангаре № 1 молодой парень с колючками на голове и в замасленном комбинезоне указал нам на несколько легких мотоциклов с шипастой резиной:

— Вот. Чекушки, по двадцать лошадок. Самое то для ежат. Берите, чего встали? Они все одинаковые, сам