Машины Старого мира - Гэбриэл М. Нокс

Странная логическая цепочка даже развеселила Манис и вывела из оцепенения.

— Да, извините, мы не местные. Вот, — девушка протянула смятую и влажную от взмокшей ладони бумажку.

— А, поняла. Нужен стандартный набор.

Женщина скрылась в соседней комнате.

— Часто у вас бывают такие как мы? — осмелилась Манис расспросить работницу.

— Упавшие с неба? — прозвучал голос издалека.

— Да.

— Не часто. Но мы всегда готовы к гостям. Люди Тулсахи знают, что происходит на континентах, знают чего ожидать.

— А вы не боитесь, что люди с континента придут к вам и… ну, навредят? Согласно действующим магическим законам, нельзя использовать транспорт с движущимися деталями.

В этот момент Вирта наклонился к мужской сорочке, лежащей на одной из полок, и скривился со словами: «Фу, они воняют пылью». Манис пропустила его недовольство мимо ушей, ожидая ответа от работницы.

— Когда-то боялись, но страх — понятие деструктивное, если постоянно жить в страхе, то можно не жить вовсе. У нас есть надежда. Пока она нас не подводила.

— А мы? Нас вы не боитесь? Смотрю, почти все, с кем нам довелось пообщаться, не сильно удивлены или напуганы, скорее относятся к чужакам как к чему-то само собой разумеющемуся.

— Мы не дикари, дорогая, — женщина вернулась с парой огромных корзин, наполненных различным бельём и одеждой. — Поглядите, всё ли понравится. Если да — забирайте. Предлагаю ещё сдать ту ветошь, что сейчас на вас.

— Мой костюм? — ощетинился Вирта. — Ни за что! Это эксклюзивный крой, дизайнерское решение. Отдать его каким-то…

Под тяжёлым взглядом Манис, парень запнулся, однако негодование сменилось раздражением и даже злостью.

— Можешь смотреть на меня сколько угодно. Из-за тебя мы здесь, — резко бросил он и тут же, ничем не прикрываясь, начал стаскивать с себя рубаху и штаны, накинув задом наперёд блёклую серую кофту, протянутую работницей.

Манис смерила Вирту взглядом полного презрения и, в отличие от него, решила воспользоваться местной раздевалкой, которую так любезно показала ей женщина.

— И вам бы не хотелось что-нибудь изменить? — решила продолжить расспрос Манис.

— Что, например?

— Ну, вы живёте здесь, как на пороховой бочке. Сегодня или завтра маги узнают об острове, прилетят на маголётах и всё разнесут в щепки. Разве от этой мысли вам не хочется что-то изменить?

Работница улыбнулась так же снисходительно, как водитель автомобиля, когда Вирта спросил у Манчи о зарплате.

— Если бы я могла красиво и лаконично изъясняться, то работала бы воспитателем. Скажу так: жизнь даётся единожды и тратить её на страх перед тем, что ещё не наступило — просто глупо. Живём, пока есть еда на столе, яркое солнце над головой, честный труд и музыка. Знаете, я очень люблю музыку.

Вирта хмыкнул, пробурчав под нос: «Как поэтично», Манис же продолжила переодеваться в задумчивости. Слова простой работницы участка раздачи показались ей разумными, но одновременно далёкими и пока не до конца понятными. В Разнане живёшь иначе — там ты постоянно чего-то ждёшь. Если ты мыслишь по-другому — ждёшь расплаты, если много работаешь — ждёшь повышения и улучшения уровня жизни, если подошёл нужный девичий возраст — ждёшь замужества, родился во внешнем круге — ждёшь, когда подвернётся возможность перебраться во внутренний. И постоянно всего боишься. Боишься, что не получишь нужную работу, что свяжешь свою жизнь не с тем человеком. Жителей внутреннего круга бросает в дрожь от одной мысли о падении их семьи, потере всех средств и уважения общества. Внешнекруговцы опасаются другого — остаться в нищете навсегда и не иметь возможности подняться. Получается, что Тулсаха другая?

— А чего вы конкретно боитесь? У вас же должны быть какие-то… страхи? — не унималась Манис.

— У меня? Да, есть один. Боюсь из-за вас двоих не успеть к ужину, который сегодня приготовит моя чудесная невестка.

Женщина громко рассмеялась, а мелькнувшая в соседней комнате девчонка-помощница подхватила её смех, добавив фразу на островитянском.

— Ладно, хватайте корзины и идите-ка за велосипедами, так будет проще добраться до ваших домов, они же, скорее всего, в резервной части.

Недовольный новым образом Вирта и погрузившаяся в размышления Манис, снова оказались на улице. Новый мир на глазах становился смешным и несуразным, едва ли о его существовании можно было подозревать. Наверно, именно поэтому подобное место до сих пор существует, а магам нет до него никакого дела.

Глава 5

С момента исчезновения из города Манис и Вирты прошло больше месяца, и настроение в доме Викъянко ощутимо переменилось. Намрата не верила в кончину дочери, ведь ни тела её, ни самолёта не нашли, но и не отрицала, что его просто могло унести течением. К тому же огромных трудов и средств стоило нанять поисковое судно с командой, в состав которой входило порядка пяти магов. Всё могло обойтись дешевле и быстрее, если бы Мурхо, друг Ло, поспособствовал этому. Однако владелец лодочного завода, как и многие другие жители внутреннего круга, после того вечера оборвали с Викъянко все связи. Ло, конечно, не верил в предательство, объясняя поведение Мурхо бытовыми заботами и финансовыми проблемами, но факт оставался фактом — когда получить ощутимую выгоду от дружбы с домом Викъянко оказалось невозможным, Мурхо бесследно исчез с горизонта.

Намрата вместе с Читой застилала диваны гостиной тканями, готовясь к очередному приёму, когда через главные двери в дом вошёл посыльный — невысокий мужчина в берете и сумкой через плечо. Намрата подняла глаза и сразу поняла, что очередной раз отправленные приглашения вернулись с отказом.

— Все до единого? — лишь спросила она.

Посыльный коротко кивнул и вытащил из сумки толстую стопку бумажных приглашений, столь популярных во внутреннем круге.

— Мне так жаль, госпожа, — тихо произнесла Чита, мягко взяв хозяйку дома за руку.

— Стоило ли ожидать чего-то другого, — произнесла Намрата, обращаясь скорее к себе, нежели к экономке. — Ладно, сообщи Ло, что вечер отменяется.

Намрата бросила ткань и пошла к лестнице, испытывая невыносимое желание побыть в одиночестве.

— Хозяйка, я почти уверена, что это недоразумение. А вообще, слышала, что в мире кризис, люди затягивают пояса, может… — попыталась подбодрить Чита.

— Да чушь всё это. Я не глупая и не слепая. Заказы на заводе мужа сократились вдвое,