Первая любовь - Виктория Евгеньевна Лещинская

случилось с Асей, они тотчас же прибежали в отделение, мамы лили слезы так что казалось затопят все вокруг, отцы поддерживали меня как могли. Когда впервые увидели внука, то рыдали уже все вместе. Меня пытались вытолкать домой, но я не хотел уходить, в конечном счете спустя три дня им это удалось, когда Тёму выписывали из роддома. Мамы переехали к нам пока Настя была в реанимации. Спустя неделю тяжелых боев за её жизнь, она открыла глаза, я плакал. Всю неделю я был словно между небом и землей, я боялся, что, если отойду от неё на шаг с ней может что-то случиться.

После того как она пришла в себя я рвался в палату увидеть её. Она ещё больше похудела и теперь казалось её глаза были на пол лица, она была слабая, у неё не было даже сил поднять руку.

— Сладкая, ты очнулась, — сказал я, приложив её ручку к своей щеке и у меня покатились слезы, но уже от облегчения.

— Да, — тихо прошептала она и попыталась улыбнуться, но сил у неё не было.

— Я так боялся, — сказал я, а у самого ком застрял в горле, и я не смог продолжить. Она насколько хватило сил попыталась сжать мою руку успокаивая. Потом вспомнила о малыше и её глаза наполнились слезами и страхом, я понял без слов, она испугалась за Тёму, и я поспешил её успокоить.

— С Тёмой все хорошо, он дома с бабушками, они от него не отходят ни на шаг, охраняют и балуют, боюсь они его так разбалуют, что мы потом с ним не справимся, — улыбнулся я.

— Сын, — прошептала она и улыбнулась. Я понял её следующий вопрос.

— Он абсолютно здоров, родился — 3100, 52 см, — любит покушать и похож на тебя, засмеялся я. Она улыбнулась и из уголков её глаз потекли слёзы. Я поцеловал её в губы нежно, мне хотелось заключить её в объятия, но я не мог этого сделать из-за капельниц. Я показал ей фото нашего сына и пообещал, что скоро она его увидит.

Восстанавливалась Настя долго, прошло ещё две недели, прежде чем её выписали домой.

19

Зайдя домой, первое что я услышала это плач Тёмы, на встречу мне вышла мама с Тёмой на руках, я кинулась к нему на что мама мне строго сказала, сначала помыть руки, а потом ребенок, я послушно побежала в ванную. Помыла руки и тогда мама аккуратно передала мне на руки Тёмку, объяснив, как правильно его брать и держать. Я от счастья расплакалась, подошел Дима и обнял нас. Счастье в моей душе не описать словами. Тёма сразу успокоился у меня на руках и начал причмокивать, я улыбалась и любовалась нашим крохой, слегка покачиваясь. К статусу мамы я привыкла быстро. Бабушки еще месяц прожили с нами всячески помогая и поддерживая нас. Но у нас становился остро вопрос того, что мне нужно было закончить съемки в фильме, так как съемки планировали завершить до моих родов, но все произошло неожиданно, и я выпала очень надолго из процесса, Милана всячески уговаривала режиссера, спасибо ей он позволил мне полностью восстановиться. Я снова попросила бабушек подстраховать меня и посидеть с Тёмой, но со мной начали происходить странные вещи, я вдруг сама от себя не ожидая начала кидаться на людей, плакать. «Послеродовая депрессия» поставил диагноз мне психолог, плюс напряженный график, назначила мне успокоительные. Стало легче, я начала спокойнее относиться к жизни, перестали происходить беспочвенные перемены настроения и истерики. Ирка благополучно и в срок родила дочку, которую назвали Анжеликой или просто Лика. Мы с Ирой поддерживали друг друга как могли, я после послеродовой депрессии, не давала ей погрузиться туда же, зная, насколько это ужасно. Дима мужественно поддерживал и успокаивал меня, он старался быть как можно больше времени рядом со мной. За последние полгода мы, казалось, сблизились еще больше, мы еще больше опекали, берегли и ценили друг друга. Моя любовь была к нему безусловна, также как и его любовь ко мне. За день до Дня рождения Тёмы, которому должен был исполниться годик, он впервые пошел, это было настолько трогательно, я умилялась сидя на полу на ковре, мы ждали Диму с работы. Я была абсолютно счастлива, сейчас у меня был небольшой перерыв в работе, и я с удовольствием проводила время с сыном и мужем, который был точной копией отца. Услышав, как хлопнула входная дверь, я улыбнулась, ожидая увидеть лицо Димы, через пару минут разувшись он вошел в гостиную улыбаясь, Тёма встал и пошел на встречу папе, Диме удивился, посмотрел на меня я, улыбаясь кивнула. Он подхватил Тёму на руки целуя в щеку, улыбающегося малыша.

— Папин герой сегодня сделал первые шаги? Завтра покажешь бабушкам и дедушкам? — смотрел на Тёмку, который улыбался папе и угукал ковыряясь пальцами во рту.

Первый День Рождения Тёмы мы провели в кругу семьи и нашими друзьями Ирой, Ильей и Ликой, собрались все бабушки и дедушки, затискали Тёму, он хохотал, вырывался на пол, показал, чему научился и получил гору игрушек в подарок, которыми они с Ликой игрались сидя в манеже. Праздник был в самом разгаре, когда Дима нагнулся к моему уху.

— У меня есть для тебя подарок, — прошептал он. Я заинтересованно посмотрела на него. Он вышел из комнаты и вернулся с билетами на самолет в руках, я удивленно подняла брови, посмотрев куда мы летим. Я сразу вспомнила нашу первую поездку и наш первый раз и улыбнулась, Дима сразу понял о чём я подумала и улыбнулся в ответ и подмигнул. На следующий день Тёма поехал к бабушкам и дедушкам, а мы полетели отдыхать в горы. В Альпах было потрясающе, горы, солнце, снег, леса, деревянные коттеджи, Дима один такой арендовал для нас двоих. Мы разложили вещи, Дима растопил камин, я зашла на кухню, заглянула в холодильник, он был забит продуктами и готовой едой, я с удивлением посмотрела на Диму.

— Я всё продумал, — улыбнулся он, подошел и обнял меня, я обвила руками его шею и улыбнулась в ответ, — не хочу отвлекаться от тебя, хочу получить все положенное мне за то время что мы не могли остаться вдвоем. Обхватил меня за талию и посадил на обеденный стол, — Ты думаешь я привёз тебя сюда на лыжах кататься?

— Да, были такие мысли, — засмеялась я и притянула его за шею к себе, чтобы поцеловать, Дима моментально отреагировал и впился