Орлы в буре - Бен Кейн

кивком дяди. — Ингиомер прислушивается к моему совету, и я думал, что

как лидер самой большой группировки я…

— Вот оно, — вскричал Герульф, перебивая. — Вы слышали это из его

собственных уст!

Гнев Арминия вспыхнул. — Ты что, лишился рассудка?

— Далеко нет, Арминий, — лукаво ответил Герульф. Переводя взгляд с

вождя на вождя, он усмехнулся — Разве когда-нибудь возникал спор о том, кто командует нами в этом предприятии, в котором многие из нас могут

лишиться жизни, или мы собираемся следовать за ним, как овцы? Что дает

этой сладкоречивой ласке право вести нас? Разве я забыл голосование, в ходе

которого мы избрали его главой?

— Голосование не проводилось, — с явным негодованием сказал

вождь тенктеров с вытянутой челюстью.

— Да, — пробормотали несколько недовольных голосов.

— Почему бы и нет? — спросил Герульф. — Кто сказал, что ты — тут

он указал на Малловенда — или ты, — теперь он указал на Хорсу, — не

смогли бы возглавить нас.

— Я мог бы возглавить армию, — заявил вождь тенктеров.

— И я! — воскликнули несколько других.

52

— Я тоже мог бы это сделать, — сказал Герульф, выпятив грудь. —

Давайте поставим этот вопрос на голосование. Это будет самый

справедливый путь.

«Донар возьми его», — подумал Арминий с нарастающей яростью.

Теперь все полетит к чертям. Полдюжины дураков оспорят его право

командовать. Если ему повезет, он выйдет победителем, но созданная плохая

атмосфера расколет альянс. Все, кто выстоял, но не победил, почувствуют

себя обиженными. Образы вождей, спорящих о тактике боя, или, что еще

хуже, уходящих со своими воинами в решающий момент, заполнили его

разум. Я не могу этого допустить. Я не буду, решил Арминий, даже если мне

придется рискнуть всем. Стоя, он бил чашкой по столу.

Повисла удивленная тишина.

— Голосуйте, если хочешь. Выберите своего лидера, — объявил

Арминий. — Вы сами себе хозяева, но у меня нет желания ссориться с вами, как с детьми. Как и у моего дяди. Наши воины останутся под нашим

командованием. Беглого взгляда было достаточно, чтобы увидеть, что

Ингиомер остался с ним, и Арминий воспрянул духом. Его тактика еще

может сработать.

Разразился хаос. Гневные крики наполнили воздух. — Ну же, Арминий,

— взревел Малловенд с багровым лицом. — Ты должен стоять с нами!

— Ты позволишь нам сражаться с римлянами в одиночку? — Голос

Герульфа был яростным.

— Я не буду участвовать в этом безумии, нет, но вы можете

действовать, как хотите. Выберите мужчину, который будет вести вас.

Сражайтесь или требуйте мира. Может быть, даже покинете свои племенные

земли, как это сделали некоторые, и отправитесь на восток, за пределы

досягаемости Рима. — Арминий огляделся, глядя на каждого вождя. —

Голосование за лидера может показаться более справедливым, но оно не даст

вам человека, способного сокрушить римлян раз и навсегда.

Никто не произнес ни слова в течение одного удара сердца, двух, и, отчаянно пытаясь сохранить инициативу, Арминий снова бросился в атаку.

Он ткнул указательным пальцем в Герульфа. — Можешь ли ты разработать и

осуществить план, который позволит разгромить восемьдесят тысяч римских

солдат?»

Герульф открыл рот, но издал ни звука.

— Я так и думал! — закричал Арминий. — Мы последуем за тобой до

славной смерти. — Он повернулся к Малловенд. — Тот ли ты человек, который будет командовать нашими воинами, человек, который победит

войско Германика?

53

— Я бы сделал все, что в моих силах, — ощетинившись, ответил

Малловенд.

— Ты лучший? Этого недостаточно, и никогда не будет, — усмехнулся

Арминий. — Против такого количества римлян нам нужно больше, чем кто-то лучший! Мы заслуживаем человека с планом, который сработает. Планом, согласно которому армия Германика будет стерта с лица земли или почти

стерта с лица земли. Кто из вас возьмет на свои плечи эту тяжелую ношу?

— Не я, — признал Хорса, покачав головой. — Ты можешь быть

высокомерной шлюхой, Арминий, но ты прирожденный лидер и прекрасный

тактик. Ты думаешь, это можно сделать?

— Я знаю, — воскликнул Арминий, воодушевленный неохотным

одобрением Хорсы. — Если мы нанесем такой сокрушительный удар, клянусь вам, империя оставит нас в покое – навсегда.

Вожди заговорили между собой. Сев, Арминий предоставил им это. —

Прекрасные слова, хорошо сказано, — одними губами проговорил Ингиомер

со своего места.

— Рискованная стратегия, — прошептал Мело, но