Аристократ на отдыхе. Том 5 - Алекс Рудин

— Хорошо.

— Умник, поможешь господину главному лекарю быть искренним? Расстояние тебе не помешает?

— Не помешает, Ник. В пределах этой лечебницы я точно смогу его контролировать.

— Вот и отлично.

Я взглянул на Порфирия Порфирьевича, который изумленно смотрел вслед своему строгому отцу.

— А ты чего ждешь? Иди за ним, пользуйся случаем проверить свою терапию на практике. Иначе придется лечить твоего родственника по старинке, электричеством и магоцветом.

— Спасибо, Никита Васильевич! — пробормотал маготерапевт. — Черт! Он никогда не соглашался поговорить со мной!

— Вали уже! — грубовато сказал я. — Поговорю с князем и загляну к вам. Умник покажет мне дорогу.

— Кто? — удивился Порфирий Порфирьевич.

Я махнул рукой.

— Неважно!

* * *

Я потянул на себя дверь и вошел в палату. Из высокого окна падало достаточно света, несмотря на то, что оно было забрано прочной решеткой.

Князь Голицын сидел на кровати, уставившись неподвижным взглядом в стену напротив.

— Привет князь, — улыбнулся я. — Как самочувствие?

Голицын медленно повернул ко мне голову.

— Здравствуй, ликтор, — механическим голосом произнёс он. — Убивать меня пришел?

Глаза у князя были пустыми и стеклянными. Похоже, его состояние не улучшилось.

Не могу сказать, что мне это понравилось.

Прикрыв за собой дверь, я подошёл к столу. Пододвинул табурет и уселся напротив князя.

— Чем тебя лечат? — спросил я. — Надеюсь, не электричеством?

Голицын вяло кивнул на стол, на котором лежала смятая бумажная упаковка с крошками коричневого порошка. Я протянул руку и взял шуршащую бумажку. Остатки порошка оказались магоцветом.

— Лекари говорят, должно помочь, — сказал я чтобы подбодрить Голицына.

— Какая разница? — равнодушно возразил князь. — Все равно это не жизнь. Или ты меня убьёшь, или тот, другой.

— Ты что-нибудь знаешь о нём? — спросил я.

— Я видел, как он убил Никифора, — тихо сказал Голицын. — И видел, и почувствовал.

Я понял, что князь говорит о Белецком.

— Испугался? — сочувственно спросил я.

— Жить в страхе, вот что страшно! — неожиданно выкрикнул Голицын. — Тебе хорошо, ликтор! Ты ничего не боишься. А я уже тысячу раз умер от страха, ожидая, когда ты придешь за мной! Знаешь, каково это?

Я почувствовал, что демон внутри него буквально бьётся в истерике. Всё же, менталист это слабый демон, ему трудно сохранять спокойствие.

— Посмотри на меня внимательно, князь, — сказал я Голицыну. — Ты же менталист, и должен чувствовать, что у людей на душе. Разве похоже, что я собираюсь тебя убить?

Голицын впился в меня взглядом, но через несколько секунд отвел глаза в сторону.

— Непохоже, — признался он. — Тогда зачем ты пришёл?

Хороший вопрос. Когда я ехал в лечебницу, то собирался просто убедиться, что князь в безопасности и потихоньку приходит в себя.

Но теперь изменил свое решение. Голицына нужно было вытаскивать из уныния. Иначе он так и загнется здесь от страха и безысходности.

— Я хочу с вами поговорить, — ответил я. — С тобой и твоим демоном.

Я дал князю несколько секунд на то, чтобы переварить мои слова. А сам пока позвал демона Смерти.

— Убийца, ты можешь открыть здесь аномалию?

Я сомневался в возможностях демона Смерти. Но почему бы не попробовать?

— Могу, Ник, — неожиданно ответил Убийца. — Здесь умерло так много людей, что это несложно.

Я не стал раздумывать над его словами. Наверняка демон имел в виду пациентов, которые всю свою жизнь провели в этой лечебнице.

— Сделай так, чтобы мы сразу оказались внутри аномалии, — сказал я демону.

И через секунду меня и князя накрыл темный, но прозрачный купол. Он был точь-в-точь похож на купол, которым закрывают арену во время магического поединка.

— Где мы? — вздрогнув от испуга, спросил Голицын. — Что это?

— Магическая аномалия, — усмехнулся я. — Мы внутри нее.

— Но это лечебница! Магия здесь не работает!

— Смотря, чья. Напомни мне свое имя.

— Николай Андреевич, — озираясь, машинально пробормотал Голицын.

Было видно, что он пытается сообразить, зачем я затащил его в аномалию.

— Здесь ты можешь воплотить своего демона отдельно от себя, — спокойно предложил я. — А потом вы оба мне расскажете, как встретились. И все, что знаете про ликтора из другого мира.

— Нет! — замотал головой Голицын. — Ты убьешь его!

— Я уже сказал тебе, что никого не убью, — нетерпеливо скривился я. — Сколько раз тебе это повторить?

Но Голицын упрямо мотал головой.

— Я не отдам его тебе!

— Что, так сроднился с демоном? — удивился я. — Чем он тебе понравился?

— Ты не понимаешь! Никто не понимает. Вместе с Зябликом ко мне вернулся вкус к жизни!

— Вместе с кем?

Расхохотаться было бы невежливо, кроме того, это могло окончательно подорвать доверие Голицына. Так что я удержался от смеха, хоть и с огромным трудом.

— Да, его зовут Зяблик, — упрямо сказал Голицын. — И что?

— Ничего, — фыркнул я. — Имя как имя. Как вы познакомились, мне ужасно любопытно.

— Вот! — громко сказал Голицын.

И даже поднял вверх толстый короткий палец, чтобы подчеркнуть важность своих слов.

— Любопытство — вот что главное!

Похоже, я нечаянно подобрал нужное слово.

— Ну, отлично. А теперь рассказывай.

Глава 9

— Мне все надоело, — признался Голицын. — Служба, приемы, роскошь. Опротивело все, понимаешь, ликтор? Каждый день — одно и то же. Утром в министерство, потом в ресторан обедать. Перепела эти!

Голицын скривился, как будто у него внезапно началась изжога.

— Вечером во дворец. Или к приятелям, играть в карты. Потом спать. С женой!

Голицын выкрикнул это почти с ненавистью.

— Неудачный брак? — поинтересовался я.

— Да нет, — вздохнул Голицын. — Удачный. Просто… Пойми, ликтор, я привык! Привычка — это очень страшно. Она все убивает — любовь, страсть, новизну. Мы двадцать два года вместе… или двадцать три?

Он на мгновение задумался.

— Я даже не изменил ей ни разу. У нас все было