Я разрушу твой брак - Мира Амирова

— Ох, да не стоило… — Румянец от алкоголя уже давно прошёл. Теперь мы видим натуральный румянец смущения.

— А он женат? — Невольно вылетает вопрос из моих уст. Просто показалось, что ещё можно с кем-нибудь хорошим свести эту прелестницу слегка за восемнадцать лет.

— Для чего интересуешься?! — Рявкнул на меня, и в тот же миг меня спас телефонный звонок. — Да!

— Чего это он? — Обескураженно спросила в пустоту.

— Ой-ой, ревнует девонька, ой как ревнует. — Тоже задумчиво провожала широкую спину своего названного внука. — Даже дед его так не полыхал, когда меня увести пытались два турка на площади. О-хо-хо, крепись, чем дальше, тем больше, такие вот уж у нас мужчины…

Чёрт, нельзя было пить. Не люблю же это дело, но наливочка была словно сок, и я никак не могла предугадать такой подвох со стороны этого невинного на вид напитка. С пустым стаканом иду на шум шуршащей обёртки и попадаю в ароматную кухню с уже горячим чаем на столе и сосредоточенным начальником рядом.

— Мы перебрали и отправили Валентину на море. — Сразу выдал босс невозмутимым тоном, как будто каждый день у него кто-то разъезжает по курортам и это всего лишь очередное плёвое дело.

— Я вспомнила, да, — Сполоснула посуду и присела на стул, как указало мне взглядом начальство в лице чересчур бодрого Куприна. — Спасибо.

— Она уже отписалась, что доехала. — Протянул свой гаджет с фоткой вида из окна нашей путешественницы. Мило то, что на кадр попала фигурка лебедя из полотенца переставленная на подоконник. Для нас старалась сохранить при переносе композицию, ну милейшая бабуля, я не могу.

— Разве так быстро это возможно? — До конца ещё не пришла в себя и невнятно задаю вопрос.

— Уже почти три. — Мои брови взлетают от такой новости: никогда не спала так долго и так крепко. Вот почему ощущение, как будто я выспалась на сто лет вперёд. — Посадили мы её на самолёт в первом часу, там сразу на такси и с ветерком домчали нашу Валентину до ворот. Даже помогли галантно донести чемоданы.

— Ты хотел сказать чемодан и огромную сумку, в которую, чего только мы не понапихали. — Не могла не подколоть наш набор вещей.

Реально там можно найти даже маску для погружения с аквалангом. Пока никто не видел, а именно, пока Валь Санна отвернулась, мы с Серёжкой — его так ласково называла наш божий одуван Валентина — нашли его маску, отчего-то завалявшуюся и запылившуюся на антресолях. Отмыли, положили на дно, чтобы был сюрприз, и хихикали, переглядываясь, как маленькие дети.

— Возможно, — Ухмыльнулся, и наконец складка на его лбу разгладилась. — Но не суть, она отсыпается и просто в восторге. Передавала тебе пламенный привет и то, что её голубцы нас жду в морозилке.

— А чего это нас? — Куприн, наконец, сел за стол, и мы приступили к завтраку, хотя по времени уже был почти полдник. Ужас… — Я же здесь жить буду, значит, только меня.

— Нет, — Хорошо, что я уже проглотила бейгл с лососем, иначе бы на это твёрдое отрицание ответила плевком в лицо вновь хмурому Сергею Викторовичу. — На время ремонта мне придётся перебраться сюда.

— И кто тебя заставляет? — Что-то цепляло в его словах, и просто невозможно остановиться кусаться в ответ на его слова.

— В смысле? — Женатый мужчина искренне не понимает рода моего вопроса. Удивительно? Нет.

— Придётся? Ты серьёзно?

Глава 28

— С вами всё хорошо?

Словно сквозь вату до меня доносится мужской голос. После того, как мы доехали с Сашей с больницы до её дома, я перестала притворяться, что всё прекрасно.

— А?

— С подругой вы выглядели живее. — Осторожный тон таксиста вызывал благодарность, а не раздражение, как обычно.

Моя подруга провела несколько дней в не самой комфортной палате с очень специфичными соседями и сотрудниками, поэтому я пыталась развеселить и поделиться новостями, что происходили, пока она вынуждена была подлечиться. А всё из-за тупых крысок, что толкнули Миронову в фойе нашего филиала.

Чисто физически не успевала помочь, и мне оставалось только мучительно смотреть на то, как две тупые швабры гасят словесно и толкают в плечо мою подругу. Саша неудачно упала и почти вырубилась на скамейке, куда мне помогла охрана, её оттащить, пока мы ждали скорую.

Боже, как я перепугалась в тот момент не описать словами. И так же промолчу, как настойчиво я выбивал… ой, вышибала из тех дур извинения и заявления по собственному. Ни того ни другого я не получила, только эстетическое удовольствие от плохо замазанных синяков, но сегодня всё изменится, я это чувствую…

— Всё хорошо, спасибо. — Поняла, что от меня всё ещё вежливо, с некой тревогой и участием ждут ответ.

Даже таксист заметил, что из меня как будто выкачали всю жизнь. Надо просто отвлечься от навязчивых мыслей. Думай-думай-думай, что прямо сейчас приходит в голову как ассоциация, к слову, удовольствие?

Ремонт.

На самом деле я люблю заниматься ремонтом. Возможно, правда, и не только из-за самого процесса, может дело в компании…

Нет-нет-нет, не люблю женатых, мне не нравятся женатые мужчины, нет-нет-нет.

…Мне нравится подбирать без ограниченного бюджета вещи и обставлять комнаты, но…

Всегда есть гребанное «но»!

Не могу отделать от мысли, что своими руками привожу в порядок гнёздышко для голубков Куприных. Слава всем курортам, что сейчас сезон и жёнушка моего босса улетела на Карибы с подругой, а может, и нет, и не приходится жить одной большой дружной шведской семьёй.

Ладно бы ещё на моей стороне была бы Валентина, а так… Хотя нет, эта милая женщина обиделась бы на меня за наше враньё и попросту бы стала игнорировать всех. Осталось бы только слушать стоны за стенкой и глотать слёзы, чтобы никто не понял, как это унизительно — представлять себя на месте другой…

— Вот, за тем поворотом у меня дочка в садик ходит. — Показывает небольшой закуток и глядя в зеркало осторожно, немного смущённо спрашивает. — Вы не против заехать на пару минут, она забыла свой журнал с наклейками?

— Всё в порядке. — Пожимаю плечами и не нахожу причин отказывать в такой милой просьбе человеку, особенно когда я прямо сейчас никуда не спешу. Свои часы я отработала ещё с утра, как только босс покинул общую территорию. Приём у одной очень известной женщины, что отпускает у