Техника художественной прозы. Лекции - Евгений Иванович Замятин

Зрительный образ леди Кембл: каркас, кости. И дальше – губы.

Подготовка, сосредоточение внимания читателя на самой главной черте миссис Кембл – ее губах: «Но все молчали»… «Ничего особенного как будто». Намек на то, что что-то особенное было. Риторическое отрицание.

Преувеличенный, импрессионистский образ: губы шевелились хвостиками – ползли прямо на него…

Звуковой образ леди Кембл: ча, че, ви, ве (черви, червивы).

«Голубые и розовые» – массовая характеристика.

«За кулисами в Эмпайре» и «четыре ремингтонистки» – чтобы, когда читатель дальше встретится с ними, это уже было принято как законное.

Повторение основных зрительных образов, чтобы читатель все время видел действующих лиц: золотые зубы; черви; футбольные круглые головы; рыжие вихры.

«Вероятно, простудились». Намек. Пропущенная ассоциация (последняя ночь).

«Золото волос – золото последних листьев» – намек на душевное состояние: близка осень, старость. Отраженное изображение, междустрочие.

«Свеча в руке дрожала» – отраженное изображение какого-то большого душевного волнения.

Глава 4

Преувеличение. Импрессионистский образ: «налившись смехом – лопнул».

Зрительный образ Диди (по-мальчишечьи).

Реминисценция (Кембл увидел «тонкое мальчишечье тело») – у читателя уже ассоциируется с Диди, хотя она не названа.

Блеснуло: такая же реминисценция о пенсне, хрустале миссис Дьюли.

Расстановка слов

«Роста он небольшого, сложен щеголевато, собою весьма недурен, руки и ногти в большой опрятности содержит» (Тургенев. «Бургомистр»).

Сравнить с вариантом: «Он небольшого роста, весьма недурен собою, содержит в большой опрятности руки и ногти». Логическое ударение перед запятой в конце предложения – вызывает большую паузу. Замедленность.

Определение после определяемого:

1. большая торжественность (близость к славянскому) и

2. большее ударение на определении.

Член предложения, поставленный в начале или в конце предложения, – особое логическое ударение на эти слова. «Чуден Днепр при тихой погоде…», «плохая им досталась доля…», «сметливость его и тонкость чутья – меня поразили».

Ясность. Не должно быть двусмысленностей.

Надо избегать стечения одинаковых падежей.

«Это писатель, признанный великим всем светом».

[«Брат соседа моего друга».]

«Дом со всех сторон сторожит сад» (Щедрин).

«Ожидание счастья свидания нынешней ночи вспыхивало в его воображении» (Толстой, «Анна Каренина»). Тавтология. Повторение.

1. Случайное – дефект (это случилось случайно).

2. Намеренное + особенно в народном языке: сказывать сказки, криком кричит, рад радехонек.

Рифма в прозе

«Через мгновенье вновь начинается рознь, раздор и галденье» (Щедрин).

Размер в прозе

«Подстрекнул меня нелегкий, загляделся на красотку» (Соллогуб. «Тарантас», два 4-стопных хорея).

«Гордость невежд началась непомерная» (Достоевский, 4-стопный дактиль).

NB. Недопустима ритмическая проза даже частично.

О художественной прозе

А. Белый. «Горн», 2–3, 1919.

«Противоположение поэзии прозе – старо. Оно всеми оставлено».

Противополагали поэзию прозе: средство прозы есть точное выражение, «термин», а средство поэзии – образное сравнение неточной метафорической речи; проза стремится к понятиям, а поэзия – к образам. В действительности – мы всякую речь делим на художественную и прозаическую. И между художественной прозой и художественной поэзией – нет границы. И в прозе, и в поэзии – образы, фигуры и тропы; размеренность характеризует хорошую прозу, и у лучших прозаиков эта размеренность приближается к определенному метру (-/-/-); размеренность внутренняя – ритм или лад – характеризует хорошую прозу. Овсянико-Куликовский говорит: «Проза и поэзия живут, развиваются, прогрессируют вместе».

Различие между прозой и поэзией – одно: присутствие определенных чередований голосовых ударений в поэзии и отсутствие их в прозе. Но у Гоголя, у Пушкина, у Толстого чередование ударений в прозе может быть сведено к определенному метру.

Метры. Стопы. Греческая метрика.

Размеры двусложные:

спондей —

пиррихий UU

ямб U-

хорей – U

Размеры трехсложные:

молосс

трибрахий UUU

анапест UU-

амфибрахий U-U

дактиль -UU

кретик -U-

бакхий U

антибакхий U

Размеры четырехсложные:

диспондей

дипиррихий UUUU

пэон первый -UUU

пэон второй U-UU

пэон третий UU-U

пэон четвертый -U

эпитрит первый U-

эпитрит второй -U-

эпитрит третий -U-

эпитрит четвертый -U

хориямб -UU-

антиспаст U-U

Внешнее различие: в поэзии есть метр, в прозе – нет. Но поэзия с прозой сливается в ритме, присущем им обеим. Ведь кроме этих одномерных размеров – могут быть размеры из комбинаций стоп разномерных, может быть пропуск стопы и т. д. Таким образом, заметная грань между метром и ритмом стирается.

У Федра в ямбах встречаются и спондей, и анапест, и трибрахий, и пиррихий. У Сафо, Анакреона, Алкея встречаются самые сложные разнометровые стопы.

Фраза из Гоголя: «Но арбуз немедленно исчезал. После этого Афанасий Иванович». Здесь определенный ритм есть, но нет метра, что и отличает прозу.

Противоположность метра и ритма – условность.

Приведенную фразу Белый разбивает так: то есть анапест, пэон второй, анапест, хорей, дактиль, пэон третий и пэон второй.

Вообще разрезая ритм прозаической речи на стопы, получим сочетания двухсложных стоп с трехсложными: дактилехореический метр (-UU-U-U) или же ямбоанапесты (U-UU-U-). Приведенная строка из Гоголя – дактилехореическая.

Но арбуз немедленно исчезал – усеченный пентаметр.

После этого Афанасий Иванович – пентаметр.

Гекзаметры – комбинация дактилей и спондеев (в русском стихе – хореев). Следовательно – древний гекзаметр есть ритмизированная проза. Ритм прозы художественной есть либо дактилехорей, либо ямбоанапест, либо их чередование.

Дактиль – придает стиху величавость. Эпос. Гекзаметр.

Ямб – продукт обработки песни. Ямбы появились позже дактиля. Позже – потому что ямбы искусственней, а гекзаметр – ближе к естественной речи. Особенно искусствен русский ямб (что доказывается частым появлением, особенно вначале – анапеста).

Ритмическая проза – это усложнившаяся метрика поэзии – метры, еще не учтенные нашей метрикой. Свободный стих, vers libre – естественный переход к перебоям ритмической прозы. Оттого для прозы правила ритмически сложнее, и написать яркой прозой труднее, чем стихом. И оттого исторически она появляется несравненно позже поэзии.

Образцы русской прозы ковались поэтами – Пушкиным, Лермонтовым. Прозы как таковой нет вовсе.

Отрывок из пушкинского «Отрывки из романа в письмах»:

Письмо твое меня чрезвычайно утешило.

Оно так живо напомнило мне Петербург.

Мне казалось, я тебя слышу.

Как смешны твои вечные предположения.

Ямб с анапестическими стопами;

U-U-U-UU-UU-UU

U-U-UU-UU-UU-

UU-U-UU-UU-U

(U)-U-UU-UU-UU-UU

UU-UU-UU-UU-UU

в четвертой строке – первая стопа начинается с паузы, отделенной пустым промежутком. Но законы искусственной метрики не объясняли нам присутствия пустых промежутков, употреблявшихся Гейне, Гете и Блоком; искусственная метрика не допускала анапестических стоп в ямбах.

Вот переведенный стих Гёте размерами подлинника:

На всех вершинах

Покой.

В