Летописи еврейского народа - Рэймонд Шейндлин

На десятилетие между 1929 и 1939 гг. пришлось ухудшение арабо-еврейских отношений во всем ре­гионе. Частично причиной этому послужили споры о Палестине: растущая тяга к еврейской исторической родине вступала в конфликт с растущим же арабс­ким национализмом. Этот последний вызывал также постоянно усиливавшиеся трения между народами Среднего Востока и колониальными державами; си­туация вовсе не благоприятствовала положению как евреев, так и христиан Ближнего Востока — эти ре­лигиозные меньшинства отождествляли себя с импе­риалистическими державами при отчаянных усилиях последних улучшить условия их жизни. А когда в Европе появился фашизм, арабские националисты получили в его лице пример крайнего национализ­ма, особенно для них привлекательного хотя бы потому, что представляли его враги Англии и Фран­ции, основных колонизаторов на Среднем Востоке. Проникая в регион, фашистская идеология несла с собой нацистскую версию европейского антисеми­тизма. Скоро «Протоколы Сионских мудрецов», эта «библия» европейского антисемитизма, в арабском переводе стала широко распространяться по всему Среднему Востоку.

К. концу 30-х гг. позиции евреев настолько ослаб­ли, что грабежи и разрушение их собственности стали обычным делом. Сионистская деятельность была полностью прекращена — лидеры общины в надеж­де нормализовать отношения официально отвергли сионизм. Лидеры египетского еврейства старались пропагандировать Египет как образец мирного ара­бо-еврейского сотрудничества. Но евреи мало что могли сделать для своей защиты перед лицом собы­тий, зависевших от гораздо более могущественных исторических сил.

Премьер-министр Давид Бен-Гурион зачитывает Декларацию независимости Израиля в 1948 г., знаменующую официальное рождение государства Израиль.

Вторая мировая война обострила все негативные тенденции. Она не только убедила средневосточных евреев в тщетности их надежд на нормальные отно­шения с местным населением, но и развеяла их ил­люзии относительно европейских держав, от кото­рых они прежде ожидали помощи и поддержки. В результате среди молодежи региона стал интенсивно возрождаться сионизм. Впрочем, многие евреи, не­смотря ни на что, продолжали питать надежды на возврат к нормальной жизни после окончания вой­ны.

Этим надеждам не суждено было сбыться. Расту­щие силы как сионизма, так и арабского национа­лизма по-прежнему двигались в сторону конфронта­ции. В Египте, Ливии и Сирии произошли антисионистские и антиеврейские беспорядки. В ноябре 1947 г. Организация Объединенных Наций проголо­совала за раздел Палестины между евреями и араба­ми, и вслед за этим волна насилия прокатилась по всему Среднему Востоку. Обошла она только Ма­рокко.

Еврейская жизнь в арабском мире подошла к концу в 1948 г. с созданием государства Израиль. Положение евреев в большинстве арабских стран стало уже совсем невыносимым, и они хлынули в Израиль. Ливийская и Йеменская еврейские общины быстро опустели. Иракская община почти в полном составе эмигрировала в Израиль к 1951 г. Некоторые сирийские евреи переехали в Ливан, относительно космополитическое и веротерпимое многонациональ­ное государство, многие — в Израиль. Ситуация в Египте была более сложной — в Израиль поехали большей частью представители низших классов, бо­гатые же нередко уезжали в Европу и Америку. Но большая часть зажиточного и среднего классов оста­лась, и их положение в известной мере нормализо­валось. Много евреев прибыло в Израиль из Марок­ко не столько из-за преследований, сколько из чи­сто мессианского энтузиазма, вызванного победой Израиля над Арабской лигой. К середине 50-х гг. в арабских странах осталось лишь ничтожно малое чис­ло еврейских общин.

Глава седьмая. ЕВРЕИ ЕВРОПЫ И АМЕРИКИ

ЕВРОПА

В 1500 г., когда евреи-сефарды бежали в Оттоман­скую империю, евреи-ашкенази уже довольно долгое время перемещались к Востоку. Польские ко­роли предоставляли евреям свое гостеприимство, по­скольку те были хорошо образованы и высококвали­фицированны. (Католической церкви тогда еще нече­го было противопоставить экономической заинтере­сованности королей в еврейских поселениях.) Целые регионы в Польше и Литве заселялись евреями, ко­торым разрешалось заниматься ремеслами, сельским хозяйством и торговлей. Некоторые из них станови­лись управляющими панских поместий или королев­ских владений, откупщиками и сборщиками пошлин. Так, ашкенази обрели в Восточной Европе тихую гавань нормальной жизни, подобную той, что обре­ли сефарды в Оттоманской империи.

Как и сефарды, ашкенази принесли с собой язык своей прежней родины. Они, правда, не были асси­милированы с германской культурой в такой степе­ни, как сефарды с испанской, но на новых местах продолжали говорить по-немецки. Этот их немецкий язык, включавший в себя слова и выражения из иврита, теперь начал впитывать славянские элементы и, постепенно приобретя собственный характер, стал называться идиш. Как и ладино, письменный идиш использует древнееврейский алфавит.

Более обособленные в интеллектуальном смысле, чем сефарды, ашкенази, освободившись теперь от столь долго переносимых притеснений, с новой си­лой занялись религиозной деятельностью и образо­ванием. Занятия талмудической наукой стали чрезвы­чайно престижными. В Люблине, Познани и Кракове расцвели выдающиеся духовные академии; крупней­шие ярмарки во Львове и Люблине стали своеобраз­ными образовательными биржами, куда съезжались тысячи купеческих сынов, чтобы встречаться с пред­ставителями школ и поступать на учебу.

Евреев жгут на костре в Декендорфе, Бавария. Гравюра на дереве. XV в.

Ярмарки также предоставляли возможность пред­ставителям разных общин встречаться между собой и решать вопросы еврейского самоуправления на территориях Восточной Европы. В XVI в. эти встречи породили такие организации, как Совет четырех земель, управлявший делами еврейской общины в Польше, и Совет Земли Литовской. Они не были учреждены формально, но, правительства Польши и Литвы признавали их авторитет при решении прак­тических дел. Таким образом, евреи достигли изве­стной автономии в пределах великих европейских держав. Эти советы были упразднены в 1764 г.

Между тем в Центральной Европе начавшаяся в 1517 г. Реформация давала надежду на веротерпи­мость — протестантизм разрушал единство церков­ной доктрины, господствовавшее на протяжении средних веков. При этом распространение идей гума­низма вызвало растущий интерес со стороны хрис­тианских интеллектуалов к иудейским писаниям, особенно к Комментариям к Библии и к Каббале. В 1513 г. произошел случай необычной перестановки ролей: христианский ученый по фамилии Ройхлин публично и с риском для себя встал на защиту Тал­муда против нападок на него со стороны выкреста-еврея по фамилии Пфефферкорн. Благодаря автори­тету Ройхлина изучение иврита стало уважаемым делом среди христианских ученых; папа позволил напечатать первое свободное от цензуры издание Талмуда.

Мартин Лютер (1483—1546). Портрет работы Лукаса Кранаха-младшего (1515—1586).

Религиозный реформатор Мартин Лютер в начале своей деятельности на этом поприще начал было защищать евреев, включив в свои обвинения против католической церкви их несправедливые преследова­ния. Однако, поняв, что евреи не более готовы сле­довать за ним, чем за католической