Сибирский некромаг 3 - Кирилл Неумытов

— Причиной указана подготовка теракта в Москве.

— Какой ещё нахрен теракт?! Я ничего такого не собиралась делать! Меня оклеветали!

Такие возгласы для меня звучали совершенно неубедительно. Почти каждый преступник будет бить себя в грудь и кричать, что не виновен. Есть некоторый шанс судебной ошибки, но всё же это большая редкость.

Однако кое-что я понял однозначно — это всё же действительно девчонка, а не парень. Тембр голоса женский, да и не будет парень-преступник называть себя девчонкой. Одежда у Кислицыной унисекс — джинсы и гигантский свитшот, висящий мешком, но всё же и по внешнему виду это скорее девчонка, чем парень.

— Женя, я не верю, что твое попадание в исправительную школу случайность. Но это в любом случае не конец жизни. Если не будешь нарушать законы и получишь рекомендацию от школы, то сможешь вернуться к своей прежней жизни.

— Супер! Просто супер! — Кислицына стала размахивать руками и саркастично смеяться. — Меня усыпили и закатали в железный скафандр совершенно ни за что, а теперь я ещё и должна что-то доказывать! А не пойти ли вам и всей это школе нахрен, а?!

— Не люблю переходить на язык угроз, но если ты продолжишь грубить и скандалить, то я прикажу голему засунуть тебя обратно в скафандр, а потом эти парни с автоматами увезут тебя в тюрьму.

— Разве грубость в общение это нарушение законов? Я просто сказала пойти вам всем нахрен, а не пыталась убить или что-то в этом роде.

Девчонка смотрела на меня злым взглядом, который быстро сменился на обречённость. Она опустила голову, а затем и вовсе села калачиком.

Отчасти Кислицына была права — грубость с учителем это далеко не нарушение за которое сажают в тюрьму. Агрессии она не проявляла, так что я не мог применять против неё силу.

— Виталий Иванович, — негромко позвал меня охранник, который уже разговаривал со мной. — Давайте закатаем монстра обратно в скафандр и отправим в тюрьму. В рапорте я дам подтверждение, что узник стал буянить.

Такой путь может и был бы простым, но я не мог на такое согласиться. Мне нравится, когда о человеке можно однозначно сказать — преступник он или нет. В таких случаях никакой головной боли. Однако слепо делить всё на чёрное и белое нельзя, всё гораздо сложнее. Как например, с этой Кислицыной.

Девчонка точно слышала охранника и от этого она только опустила голову ниже. Оказывать какое-то сопротивление Женя не собиралась. И это хороший знак.

Я приказал голему открыть клетку, а сам подошёл ближе к Кислицыной.

— Пошли за мной. Немного поговорим.

Девчонка, ничего не спрашивая, встала и пошла за мной. Охранники смотрели на это с опаской, но я не стал им ничего объяснять. Я решил дать Кислицыной шанс. В конце концов если принимать учеников за монстров, то они такими и будут.

— Есть или пить хочешь? — спросил я у Жени в коридоре.

— Не отказалась бы выпить яда, — ответила девчонка безучастно. — Что-то меня стало тошнить от этой жизни.

— Какой яд предпочитаешь?

Кислицына посмотрела на меня с удивлением. Хандра на её лице сменилась на интерес.

— Я хотела бы попробовать яд рыбы Фугу. Он парализует всё тело и вызывает остановке дыхания, хе-хе, — Женя говорила с мечтательным придыханием, но затем вдруг опомнилась. — Ой!.. Извините учитель, иногда меня уносит в очень странные рассуждения. Пожалуйста, забудьте всё, что я говорила.

Кислицына по характеристике в документах знатная грубиянка, но разговаривать вежливо она всё же умела. Даже сказала слово «пожалуйста». Думаю, девчонка почувствовала, что я решил отнестись к неё по-доброму, поэтому и стала мягче.

— Ого, так вы учитель алхимии! — воскликнула с восторгом Женя, когда мы вошли в мой кабинет. Она с большим интересом пошла изучать мои стеллажи в зельями, металлами и минеральными камнями. — Это что безоар?! А можно его потрогать?!

Кажется у меня в учениках появился фанат алхимии. Вернее фанатка.

— Садись за стол, — сказал я, усаживаясь на своё место.

Кислицына с большой неохотой отлипла от моих стеллажей и села напротив. У меня становилось всё больше и больше уверенности, что эта девчонка вполне порядочная, но всё же стоило держать ухо востро.

Монахиня сегодня как раз принесла новость, что кто-то из моих учеников занимается издевательствами над другими учениками. Процесс перевоспитания не проходит за один день.

— Постоянные конфликты с учителями, асоциальное поведение и подготовка теракта, — зачитал я то, что было записано про Кислицыну в документах. — Я хочу выслушать твою версию событий, но сразу говорю — это ещё не означает, что я поверю твоим словам.

— Ну-у… — протянула девушка и отвела в сторону взгляд. — С учителями у меня действительно были конфликты. Да и с остальными людьми я никогда не ладила. Но вот подготовка теракта это клевета! Я просто готовила яд из научного интереса!

— И что за научный интерес у тебя был?

— Как вам сказать, Виталий Иванович… Не сочтите меня психопаткой, но я хотела себя отравить. Яды на меня практически не действуют, а если действуют, то это для меня очень приятно. Когда яд начинает угрожать моей жизни, я просто начинаю очистку крови с помощью магии.

Я сложил замком пальцы и уперся головой на кисти.

Эта девчонка не монстр. Но и назвать её нормальной в понимании обычных людей нельзя. Надо будет за ней присматривать. Да и вообще за каждым из класса нужен присмотр.

Путем различных манипуляций я мог бы сделать так, чтобы каждый из моих учеников получил рекомендацию от школы. У меня есть сила внушения Инги и не только. В этом случае я бы выполнил договор со Смирновым, но ничего хорошего такой бы обман не сделал.

Мне нужно сделать так, чтобы каждый из учеников не был опасен для общества. А значит надо лучше их узнать. Некоторые будут хорошими, только пока рядом кнут. Сейчас меня даже больше волновала не Кислицына, а ученик который вёл издевательства.

Я по сути возвращаюсь к одному и тому же вопросу — всех ли людей можно исправить?

— Виталий Иванович, я правда никогда никого не пыталась убить! — сильно жестикулируя, воскликнула Кислицына. — И никаких терактов я не планировала! Просто есть одна девчонка, у которой отец полковник милиции! Вот она, похоже, меня и оклеветала. Это её надо в исправительную школу, а не меня!

Мне в голову пришла одна интересная мысль. Я взял телефон и написал Микиперу, а заодно вызвал такси.

— Женя, давай кое-куда съедим.

— Что?… Ну как скажите…

Я повез Кислицыну