Ботаника антрополога. Как растения создали человека. Ёлки-палки - Станислав Владимирович Дробышевский

антоцеротовых мхов гены неохрома. Это дало им огромные преимущества. Леса становились всё гуще, древесные кроны всё плотнее, в нижних ярусах зарослей – всё темнее, а светолюбивые папоротники – всё тоскливее. Антоцеротовый неохром позволил усваивать и красный, и синий края спектра, то есть фотосинтезировать в полусумраке. Между прочим, голосеменные и покрытосеменные неохром так и не обрели, отчего папоротники получили конкурентное преимущество. Папоротники не только не вымерли, но и получили второе эволюционное дыхание, а для многих людей являются стереотипом тенелюбивых растений.

—

Ископаемые и современные папоротники весьма разнообразны. Как часто бывает в палеоботанике, многие роды носят формальный характер, так как описаны по отдельным частям. Роды стеблей, роды листьев, роды спорангиев могут быть одним растением, а могут – разными, понять это сложно, если не повезёт найти целую окаменелость, что бывает редко. Примером может служить морфород листьев Cladophlebis с самыми стандартными папоротниковыми вайями, существовавший с перми до конца мела. Известны ещё десятки иных вариантов.

—

Ужовниковые Ophioglossidae – самые примитивные из современных папоротников. Они включают всего три рода – ужовник Ophioglossum, гроздовник Botrychium и червеколосник Helmintostachys. У всех них немногочисленные листья-вайи с дихотомическим ветвлением, в молодости не закрученные спиралью. Вайи иногда пальчатые, иногда с разрезанным краем, иногда цельнокрайние. У обыкновенного ужовника O. vulgatum вайя сведена к одному миндалевидному листу наподобие подорожника, а у ужовника Кавамуры O. kawamurae вообще почти полностью редуцирована. O. malviae, растущий в одном-единственном лесу Ахва в индийском Гуджарате, – один из самых крошечных наземных папоротников – всего 1–1,5 см. Зато у эпифитного ужовника повислого O. pendulum цельнокрайние языковидные вайи вытягиваются на четыре метра. Гроздовник луновидный B. lunarioides, растущий на юго-востоке США, имеет зелёные вайи с октября по май, а жарким летом они отсыхают. В центре возвышается стебель со спорангиями в виде колоска на верхушке.

ВРЕДНЫЕ СОВЕТЫ

Папоротники – растения споровые, цветов не имеют. Но, как достоверно известно из народной мудрости, – а она врать не может, ибо народна! – раз в году, ровно в полночь с 23 на 24 июня, на Ивана Купалу, то есть летнее солнцестояние, на краткий миг папоротник цветёт ослепительным цветком. Ежели кто умудрится его найти и сорвать, – а всяческая лесная нечисть этому будет всеми своими бесовскими силами мешать – тот, без сомнения, будет понимать язык зверей и птиц, открывать этим цветком все замки, видеть клады под землёй, оборачиваться кем захочет, станет вообще невидимым, а волосы его наверняка станут завиваться шелковистыми кудрями. Главное, искать волшебный цветок подальше от деревни, чтобы даже лая собак было не слышно. Срывать его лучше порезанной ладонью, а обратно нести на вытянутой руке бегом и не оборачиваясь, не отвлекаясь на преследующих русалок и леших. Лучшие кандидаты для цветения – как раз ужовник и гроздовник, так как они редки, неприметны, а их колосовидные спорангии максимально похожи на соцветие. Успехов!

Другие части того же растения полезны по‐своему: если горькое корневище папоротника вымыть, настоять на воде и перемыть этой водой все горшки и крынки в доме, то кикимора будет довольна, она очень любит папоротник, это лучший способ с ней помириться, иначе же она будет вредить по ночам – шуметь, будить малых деток, бить посуду, путать пряжу, гонять лошадей и всяко иначе бесчинствовать. Полощите посуду настоем папоротника – живите с кикиморами в ладу!

Некоторые ужовники прекрасны обилием хромосом: до 1262 и 1440 штук в диплоидном наборе у ужовника сетчатого O. reticulatum и от 480 до 1140 или даже 1320 у ужовника обыкновенного O. vulgatum (он же густорядный O. pycnostichum); замечательно, что внутри одного вида число хромосом меняется в широчайших пределах. Зачем им столько – при их‐то примитивности и простоте – совершенно непонятно. Как вся эта орда выстраивается в метафазную пластинку во время деления, и как гомологичные хромосомы во время мейоза находят свою пару – великая загадка природы!

БОТАНИЧЕСКИЕ ПУТАНИЦЫ

Ныне существующие псилотовидные Psilotales (или Psilotopsida) – Psilotum nudum и Tmesipteris elongata – внешне чрезвычайно похожи на силурийских и раннедевонских псилофитов. Особенно архаично выглядит псилот: дихотомические рогульки без листьев и корней, со спорангиями на верхушках. Родство и преемственность псилофитов и псилотовидных (названия очень похожи, но значат совсем не одно и то же!) обсуждались ботаниками примерно сто лет: то ли псилотовидные – это прямые потомки псилофитов, сохранившие примитивное строение с палеозоя, то ли они упростились вторично. Как часто бывает, решение пришло от генетиков, вторая версия победила: псилотовидные – ужовниковые папоротники Ophioglossidae, опсилофитившиеся до силурийского состояния в некие позднейшие времена.

—

Мараттиевые Marattiidae ныне не слишком разнообразны, но в карбоне и перми местами составляли основу флоры. Ещё в конце карбона возникли древовидные папоротники семейства Psaroniaceae в лице Psaronius, напоминающие пальмы высотой до 10–15 м, только с завитушками молодых листьев на макушке. Палеозойско-мезозойский вид имеют и современные Angiopteris, Macroglossum и Marattia с шаровидным стволом до 1 м и листьями до 6 м длиной. Своеобразнее Archangiopteris, пёрышки ваий которого широки и миндалевидны, подобны листьям лавра, а утолщения черешков запасают крахмал и образуют вегетативные почки для размножения. У одного из видов рода данеи – Danaea simplicifolia – листья уже в вовсе цельные, как у подорожника.

—

Самая известная, большая, разнообразная и продвинутая группа папоротников – папоротниковидные подкласса Polypodiidae. Уже с карбона они были в целом такие же, как ныне, хотя некоторые могли удивить своей внешностью. Очень архаично выглядели карбоновые Botryopteris с тонкими веточками без листовых пластинок. Также очень примитивны осмундовые порядка Osmundales, появившиеся в конце перми, пережившие расцвет в мезозое, но существующие и поныне. Взгляд триасово-юрских динозавров радовали древовидные Todites, а уже в палеоцене их облик – пальмы с толстым стволом – почти повторяли Aurealcaulis crossii. Чистоуст Osmunda в лице O. cinnamomea появился в позднем мелу, в палеоцене O. greenlandica прекрасно чувствовал себя в тропической Гренландии, а ныне не меньше дюжины видов заселяют огромные пространства Северной Америки, Евразии и Африки. Чистоуст прекрасен своим долголетием – до 300 лет, а родственная ему древовидная тодея Todea доживает до тысячи и даже пары тысяч лет!

Юрская Hausmannia имела большие широкие почковидные вайи с намёком на дихотомию, отчего выглядела как помесь гинкго и копытня. Меловая Weichselia reticulata на вершине короткого ствола с ходульными корнями отращивала по кругу огромные овальные листья с цельными краями. Ствол меловой Tempskya, напротив, был очень толстым – в полметра – и высоким – шестиметровым, причём создан он был в основном из дихотомических корневищ, густо оплетённых добавочными корешками; вайи закономерно росли не на верхушке, а были распределены более-менее равномерно вдоль ствола. Меловой Matonidium americanum был похож на микро-пальмочку: венец длинных узких перистых