Дарт Лонгботтом - Добрый Волдеморт

Беллатрикс достала из сумочки Чашу Пуффендуй и горсть праха, добытого на кладбище Литтл-Хэнглтон. Альбус вытащил кинжал и, сделав надрез на ладони, набрал в пузырёк несколько капель крови. Затем Дамблдор протянул флакон вместе с кинжалом Лестрейндж и сказал:

— Теперь всё зависит от твоей решимости, Беллатрикс.

«Пожирательница» только ухмыльнулась и громким голосом торжественно произнесла:

— Кость отца, отданная без согласия, возроди своего сына!

Швырнув прах в котёл и дождавшись, когда жидкость забурлит, Лестрейндж продолжила:

— Плоть слуги, отданная добровольно, оживи своего хозяина!

Покрепче ухватив кинжал, Беллатрикс резким взмахом отрубила себе ноготь на мизинце.

Жидкость немного побулькала, всё же подтверждая, что ритуал идёт как должно.

— Кровь недруга, взятая насильно, воскреси своего врага! — Бросила Лестрейндж флакон в котёл.

В этот раз вспышка магии была совсем слабой, видимо, из-за того, что Альбус сам отдал свою кровь. Тем не менее магия посчитала этап выполненным, поскольку воскрешение Волдеморта было для Альбуса несомненным насилием над всеми его прошлыми убеждениями.

В завершение ритуала Беллатрикс торжественно опустила в котёл Чашу Пуффендуй. Однако, вопреки их ожиданиям, жидкость не превратилась в светящееся яйцо, как это было описано в книге о темномагических ритуалах. Вместо этого котёл завибрировал и угрожающе загудел. Дамблдор поморщился, проклиная про себя все тёмные ритуалы, которые далеко не всегда оканчивались благополучно, и на всякий случай укрепил магическую защиту.

В тревожно гудящий котёл с ночного неба ударила ярчайшая молния, разметав их с Лестрейндж в разные стороны. Вспышка, вероятно, была видна даже в далёком Хогвартсе. Котёл взорвался, и на его месте взметнулся вверх чёрный дым.

Альбус услышал шипящий голос, который, как ему показалось, принадлежал Волдеморту:

— Убей Дамблдора, Беллатрикс! Убей его немедленно!

Валявшаяся в стороне Лестрейндж тяжело заворочалась на мокрой траве и простонала, не открывая глаз:

— Я не могу, мой лорд, мы поклялись магией не нападать друг на друга.

— Сделай это немедленно, я тебе приказ…

В этот момент раздалось раздражённое шипение, и чёрный дым сам собой впитался в упавшую на землю Чашу Пуффендуй. Дамблдор увидел огромную змею и висевшее над её головой скромное облачко.

— Если бы я мог использовать магию, я бы с удовольствием заставил тебя страдать, Беллатрикс, — раздался гневный шёпот, едва различимый в ночном лесу. — Возможно, я даже позволил бы Нагайне съесть тебя. Какого Мордреда ты притащила с собой Дамблдора⁈

— Я пришёл помочь тебе возродиться, Том, — сказал Альбус, вставая во весь рост. — Так получилось, что у мира волшебников появился гораздо худший враг, чем ты.

В лицо Дамблдору уставились две красных точки, и дух Волдеморта прошипел:

— Про себя говоришь, старик?

— Нет, я говорю о Керригане, — покачал головой Дамблдор. — Он использует маску Лонгботтома и уже объявил себя королём Англии, а всех остальных — слугами.

— Керриган? — в шипящем голосе Волдеморта вспыхнула жгучая ненависть. — Керриган! — повторил дух Тёмного Лорда с бешенством. — Получается, это он всё подстроил? Он лишил меня тела⁈

— Настоящий Лонгботтом никогда не был великим волшебником и не умел фехтовать. Он бы не смог тебя победить, — уверенно произнёс Дамблдор.

— Что произошло после того, как мы проиграли битву в Министерстве магии? — спросил Волдеморт у Беллатрикс.

Лестрейндж, придя в себя, сразу же выложила всё, что ей было известно, а Дамблдор дополнил её рассказ своими комментариями.

— Значит, все мои сторонники мертвы? А тебя, старик, объявили в розыск как опасного преступника? — истерично рассмеялся Волдеморт.

— Да, но у нас ещё есть шанс на победу, — сказал Альбус, нахмурившись. — Для этого мы должны объединить свои силы и остановить Керригана. С остальными нейтралами можно будет разобраться потом.

Красные точки в глубине серого облачка погасли, видимо, дух Волдеморта о чём-то усиленно размышлял. Через некоторое время Тёмный Лорд вновь заговорил:

— Мы вернёмся к обсуждению условий нашего соглашения, Дамблдор, когда я создам себе новое тело. А пока оставь нас с Беллатрикс наедине. Давай встретимся у Гринготтса в полдень за день перед Хэллоуином.

Дамблдор кивнул, мысленно проклял обоих своих собеседников и, крутанувшись на пятке, аппарировал домой в Годрикову впадину. Он сразу не поверил книге, в которой прочитал о так называемом ритуале возрождения.

«Нельзя создать себе полноценное тело таким примитивным и варварским способом, — мрачно размышлял Альбус. — Тем более что крестраж — это не колба с генетическим материалом, а лишь астральный якорь, который не даёт духу волшебника полностью исчезнуть. Хотя была одна странность», — подумал он. После неудачного ритуала Чаша Пуффендуй перестала казаться такой, какой была раньше. После та больше напоминала сработавшую ловушку.

«Может быть, единственными настоящими крестражами Волдеморта остались только его змея и Гарри Поттер?» — замер Альбус, машинально снимая защитные чары с дома.

— Здравствуйте, директор Дамблдор! — раздался у него за спиной звонкий девичий голос. Альбус резко повернулся и удивлённо поднял брови, узнав самую умную студентку с Гриффиндора.

— Доброй ночи, мисс Грейнджер, — машинально произнёс он, а затем резко отскочил в сторону, выхватывая палочку. Не могла настоящая Гермиона Грейнджер так незаметно появиться у него за спиной, да ещё в три часа ночи посреди пустой улицы.

— Не узнал меня, мой мальчик? — насмешливо расхохоталась девушка, тряхнув гривой волос, и Дамблдор побледнел, понимая, кто сейчас находится перед ним. На миг ему даже стало жаль настоящую Грейнджер.

— Госпожа Бэгшот? — с грустью произнёс Альбус. — Вы убили очень талантливую ученицу. Она могла бы стать кем-то бо́льшим, чем просто ещё одним вашим телом. У Гермионы было множество талантов, она…

— Да хватит стонать, Альбус! — оборвала его древняя ведьма, поморщившись, словно от головной боли. — Не занудствуй. Давай не будем разговаривать на улице. Пригласи меня в свой дом, и там всё обсудим.

Дамблдор кивнул и снял защиту с особняка. Впрочем, он был уверен, что при необходимости ведьма сделала бы это сама, просто бывшая Бэгшот в очередной раз прикидывалась вежливой. Весело хмыкнув, словно опять прочитала его мысли, новая Грейнджер прошла в дом, и Альбус только сейчас заметил плачевное состояние тела древней волшебницы. Видимая часть рук и шеи были покрыты едва затянувшимися ранами. Расположившись в гостиной, Дамблдор налил чаю себе и незваной гостье, после чего вежливо спросил, продолжая разговор:

— Надеюсь, мистер Поттер не пострадал во время