Путь - Андрей Александрович Халиас

Я пересел в другой тук-тук, забитый до отказа, один из последних на стоянке, и мы почти сразу же отправились в путь.

Мы ехали по разбитой дороге, тут и там засыпанной песком. Дорога выглядела не такой уж старой, асфальт еще не успел потускнеть, но его, похоже, положили да так и оставили – ни ремонта, ни обслуживания. Впрочем, для подобного места, окруженного дикими и первобытными бескрайними пространствами, наличие дороги, хоть какой, и так казалось подарком судьбы.

Мы ехали вдоль бескрайних диких полей, тут и там виднелись редкие деревья. Мое внимание привлекло здание, находившееся на почтительном расстоянии. Оно было огромным и ультрасовременным. Строение выглядело настолько неестественно для здешних мест, что я даже подумал, что это какая-то иллюзия, и оно мне привиделось.

Постройка была округлой формы, чем-то похожая на современные стадионы. Она была выполнена из дорогих материалов, насколько я мог судить издалека. Бо́льшая ее часть была покрыта зеркальными окнами, как это сейчас модно. Такое здание органично бы смотрелось в многомиллионном богатом мегаполисе, в столице какой-нибудь развитой страны, но не здесь, посреди диких невозделанных полей.

– Это новый аэропорт, – даже не глядя на пассажиров, сказал водитель.

Видимо, он знал, какой вопрос мы все хотели ему задать, и слышал его уже много раз.

Он продолжил:

– Сейчас много людей ездит смотреть на храмы, и посетителей становится с каждым годом все больше. Вот аэропорт и построили.

В этом уже был какой-то смысл.

Здание аэропорта постепенно отдалялось и наконец осталось позади. Я переключился на свои мысли.

Меня поражало, насколько дешевой оказалась поездка в тук-туке. Как с такими ценами людям вообще удается себя прокормить?! Мало того, что водителю сложно получить прибыль за поездку – бензин-то не бесплатный, да и тук-тук надо обслуживать и ремонтировать. Кроме того, парковка на вокзале для таксистов стоит денег, и водителям приходится покупать специальный талон, чтобы подбирать пассажиров.

К тому же, людей на станции было мало, а тук-тукеров много, и конкуренция среди них была очень высокой.

Я сидел и прикидывал, сколько людей нужно возить и сколько часов в день работать, чтобы прокормить таким образом семью. Выводы были неутешительными – сколько ни работай, а семью прокормить будет сложно.

Напрашивалось решение – а не заплатить ли мне больше? В конце концов, труд водителя стоит больше той цены, которую он запрашивает, и даже немного неловко платить так мало.

Эта мысль часто приходит в бедных и дешевых странах в голову туристов: у себя дома я плачу гораздо больше, если я заплачу немного выше местной цены, то все равно много не потеряю, а заодно помогу местным беднякам.

Но мысль эту я сразу отмел, как и всегда. Здесь были нюансы.

Во-первых, цена – это точка равновесия между спросом и предложением, и если здесь запрашивают именно такую цену, значит, это максимальная плата, которую согласны платить пассажиры, и минимальная, которую готовы брать водители. Учитывая, что водителей на станции было достаточно много, их такая цена устраивала, причем очень даже устраивала – конкуренция была высокая.

Если я заплачу больше, это ничего не изменит в глобальном плане: равновесие между спросом и предложением останется тем же, цена останется той же, заработок у водителей – таким же, а состояние экономики в регионе – тем же самым, что и раньше. Пара лишних копеек не изменит материальную сторону жизни водителя к лучшему, а вот к негативным последствиям приведет наверняка.

Я много раз видел подобное в местах, куда приезжали богатые туристы, не привыкшие к путешествиям. Они приезжают в бедную страну, видят местные цены, и им становится жаль местных жителей – ведь они бедны. Туристы чувствуют вину за то, что они богатые, а местные жители бедные (и в этом даже есть смысл, по крайней мере в исторической перспективе) и решают хоть как-то эту вину загладить.

Как это водится в нашем обществе, основанном на вере в превосходство материальных благ над всеми иными, делают они это деньгами. Платят за все более высокую цену, оставляют огромные чаевые даже там, где это делать не принято, и считают свой “долг” выполненным.

При этом, ничто не мешает таким “благотворителям” в то же самое время вести себя неприлично и невежественно по отношению к местным жителям, нарушать местные обычаи и правила. Даже более того, никто обычно ни о каких местных правилах и обычаях и не задумывается, и люди ведут себя так, как и дома, забывая о том, что в общем-то находятся в другой стране с другой культурой, ценностями и менталитетом.

Приводит это к одному и тому же последствию: местные жители привыкают к тому, что иностранные туристы платят больше местных, да и к тому же ведут себя невежественно. Создается образ иностранца, недалекого и богатого “кошелька”, с которого можно и нужно вытрясать деньги – он тому и рад, да на большее и не годится.

Еда для иностранцев становится хуже, обслуживание – тоже. Их не уважают, посмеиваются за спиной, а иногда и прямо в лицо – все равно не поймут. Толстые глупые кошельки – вот как иностранцев начинают воспринимать. И в чем-то такой образ имеет смысл.

Туристы приезжают из богатых стран, в которых жизнь вертится вокруг материального комфорта и материальных ценностей, считая, что это и есть главная ценность в жизни. Все в своей жизни они измеряют в деньгах. Соответственно, приезжая в страны вроде той, в которой я сейчас находился, они оценивают окружающий мир по уровню материального достатка (это единственная шкала оценки, им знакомая) и приходят к мнению, что место здесь бедное, а значит, люди здесь несчастны. Значит, этим бедным людям нужно как-то помочь. Конечно же, деньгами.

Местные жители измерять действительность в деньгах не привыкли. Да, деньги важны, но есть вещи и поважнее: семья, дети, счастье и наслаждение от жизни. Ирония в том, что местные жители обычно действительно счастливы, но бедны в материальном плане. Богатые туристы – наоборот, богаты, но жизнь их полна стресса и депрессии, они погружены в рутину, и единственная радость в их жизни – тратить заработанные деньги. Ну, и раз-два в год выбраться в одну из таких бедных жарких стран, чтобы посмотреть и пожалеть местных жителей вокруг, которым якобы повезло меньше. А местные жители – этим пользуются.

Поэтому, приезжая в новую страну, я каждый раз старался узнать местные цены, и платить ровно столько, сколько платили местные жители. Если же с меня просили больше