Супермухи. Удивительные истории из жизни самых успешных в мире насекомых - Джонатан Бэлкомб

размера, применяют более смертоносные методы. Самка налетает на рой некусающихся мошек-самцов, хватает одного из них и вводит ему растворяющий фермент, после чего высасывает его внутренности. Другим не чужд прямой каннибализм, и они поедают свою пару во время совокупления. Во время спаривания роковая самка пронзает, как правило, голову самца и вводит ему ферменты, разжижающие содержимое, а затем высасывает его досуха. Потом она сбрасывает пустую оболочку бывшего любовника[196], а его гениталии, по-прежнему крепко сжимающие самку, отрываются, образуя эффективный барьер против будущих поклонников. Самое время поговорить о преданности своему делу!

Большинству мокрецов требуется от 2 до 5 минут на то, чтобы насытиться кровью. Некоторые действуют медленнее, от 5 до 12 минут. Казалось бы, при таком темпе риск погибнуть гораздо выше. Однако благодаря крошечному размеру – не зря по-английски они называются невидимками – мокрецов не замечают. Многие кусают поверхности, зарываясь в волосы или мех. Также им помогает способность обезболивать жертву, едва прикоснувшись к ней. Об этом свидетельствует канадская писательница Маргарет Этвуд[197], которая провела годы ранней юности в дикой местности в Северном Квебеке и Северном Онтарио, где ее отец работал энтомологом: «В лесу я носила штаны не потому, что хотела быть похожей на мужчину. Если не надеть брюки и не заправить [их] в носки, то ноги тут же облепляла мошка. Они проделывали в коже маленькие дырочки, куда вводили антикоагулянт. Ты не чувствуешь их, пока они кусают тебя, но как только снимаешь одежду, обнаруживаешь, что ты весь в крови».

К сожалению, эффект онемения носит временный характер. Со временем после укусов мошки и другой кусачей мошкары остаются непропорционально большие следы, которые постоянно чешутся. К счастью для северян, кусачая мошкара, живущая в умеренном климате, не передает болезней, в отличие от ее тропических собратьев. Мошка питается не только кровью[198]. И самцы, и самки едят нектар, пыльцу и медвяную росу, выделяемую тлей и другими насекомыми. Однако в сезон мошки в Канаде вам бы это в голову не пришло.

Мошка, как и их сородичи, комары, до того как полететь, живет в воде. Личинки, развивающиеся в ручьях, при помощи крючочков цепляются за подушечки из шелка, которые они наклеивают на камни. Здесь могут быть хищники, и у некоторых видов личинок мошки есть отличное приспособление, чтобы спастись от них: они привязываются к закрепленным на камнях шелковым нитям и временно дрейфуют вниз по течению. Как только опасность проходит, они карабкаются по своей шелковой страховке обратно на камень[199].

В стадии куколки, которая приклеивается к подводным камням, такого механизма спасения нет, поэтому многие становятся жертвами хищных личинок мух-толкунчиков. Иногда личинки толкунчика используют пустую шелуху от куколок мошки и сами окукливаются в них[200]. Появляющиеся взрослые особи мошки не хотят, чтобы их обнаружили, поэтому резко всплывают на поверхность в потоке воздуха[201], который как будто взрывается пузырьками, выпуская крылатую взрослую особь над поверхностью воды.

Те, кто кусает лягушек

Есть одна группа кусачих мошек, которая выбрала очень любопытную жертву: лягушек. Когда я думаю про лягушек и мух, в моем представлении обычно муха служит пищей лягушке, но с семейством Corethrellidae ситуация совершенно иная, хотя все не так смертельно.

Если вы хотите узнать больше о комарах, кусающих лягушек, то вам к Арту Боркенту. Я познакомился с Артом в Ванкувере на совместном заседании Энтомологического общества Канады и Энтомологического общества Америки. Боркент питает к мухам глубокую страсть. К 13 годам он ловил и выращивал личинок мошкары, и его хобби не раз мешало ему завести отношения с потенциальными подружками.

Боркент формально считается научным сотрудником Королевского музея Британской Колумбии и Американского музея естественной истории, однако работает он самостоятельно и практически бесплатно. Арт обладает заразительным энтузиазмом касательно интересной ему области, и он потрясающе в лицах рассказывает про мух. Его жена Аннет, которая сопровождает (и финансирует) Арта в большинстве полевых поездок, не менее бесстрашная исследовательница, чем ее супруг. В 1993 году они упаковали троих детей в старый Volvo station wagon, прицепили сзади небольшой прицеп и уехали из Британской Колумбии в Коста-Рику. Дети ходили в местную школу, а Арт девять месяцев изучал кусачих мошек, в частности лягушачьих. Аннет оказывала техническую поддержку Арту практически во всем. В одной из работ, трактате, где рассказывается о семинедельной экспедиции в Западную Австралию в 2001 году в поисках редкой кусачей мошки, есть ее фото крупным планом, где на веках и на щеке женщины пристроились несколько крошечных мух, готовых перекусить.

В настоящее время известно 113 видов мошек, кусающих лягушек (их было 97, когда я начал писать эту книгу), и, учитывая показатели новизны и исходя из того, что усилия по сбору образцов ограничены, можно предположить, что существуют еще по крайней мере 500 неоткрытых видов. В основном они встречаются в тропиках. Только один вид живет далеко на севере, в Канаде. Южные границы ареала обитания включают Буэнос-Айрес и Новую Зеландию.

Поскольку существует всего несколько десятков образцов[202] и все они разбросаны по миру, об этих мошках мало что было известно до середины 1970-х годов, когда у американского энтомолога по имени Стерджис Маккивер появилась идея в период проведения полевых исследований в штате Джорджия.

Давно известно, что метко прозванный по-английски «летучей мышью-лягушкоедкой» (frog-eating bat) бахромчатогубый листонос прислушивается к кваканью, чтобы найти свою добычу. Предположив, что мошки могут делать то же самое, Маккивер включал предварительно записанные лягушачьи концерты во время исследований на местности. «Он собирал мошек ведрами», – сказал мне Боркент. Воспроизводя записанное кваканье над ловушкой – вентилятором, загоняющим воздух в сеть, – за один вечер можно было собрать множество экземпляров. Во время одной из своих первых вылазок Маккивер с коллегой поймали 566 мошек за полчаса[203]. Внезапно у биологов появился инструмент – кассетный магнитофон; его стали использовать для сбора и изучения группы мух, которых в течение столетия никто не знал. Возможно, неуловимые самцы[204], которые не охотятся за кровью, либо глухи, либо их не привлекают лягушачьи песни, поскольку в ловушку попадали только самки.

Как только мошка принимает «позывной» от подходящей лягушки[205], она подкрадывается к добыче: летит короткими «скачками» в течение каждой песни, приземляясь, когда лягушка замолкает, и снова взлетает, когда слышит голос лягушки. Учитывая довольно мясистую середину бедра, прыгают мошки довольно хорошо. Оказавшись примерно в 30 сантиметрах от лягушки, мошка переключается с определения голоса на углекислый газ, выделяемый лягушкой при дыхании. Если животное находится на суше, мошка направляется прямиком к лягушке; если же плавает, мошка летит, будто подпрыгивая в воздухе, изящно, как бы случайно ударяясь о поверхность воды,