Идеальный мир для Лекаря # 9 - Олег Сапфир

— Ох, как же хороши… — матч закончился ничьей, и теперь команды показывали крупным планом. — Победили вратари! Ха! Ох, я бы с ними позащищал, красавцы ведь! Вот они — защитники!

Матч закончился, началась какая-то непонятная реклама, и Нур-галл взялся за пульт, начав переключать каналы. С каждым днем он всё отчетливее понимал, что этот мир ему явно по душе. Тут много спортивных состязаний, на которые можно смотреть хоть сутки напролет. И ведь смотреть не надоедает, так как видов спорта в этом мире предостаточно, на любой вкус. Да и самому можно пойти и потренироваться, после чего принять вкусной и полезной пищи, и снова вернуться к просмотру, так называемого, телевизора.

Да и господин попался интересный. Постоянно ввязывается во всевозможные передряги, и его людей приходится защищать. А больше, чем спорт, Нур-галл любит только защиту кого-либо от чего-либо. Но помимо возможности защищать и обилия спортивных состязаний, Защитнику, безусловно, нравились технологии. Да и еда здесь вкусная, с этим не поспоришь.

А сейчас вы увидите эксклюзивные кадры! Спортивные состязания империи Зулус!

— О, интересно, — Защитник устроился поудобнее, но на этот раз открывать пиво не стал. Зато поел вяленой рыбы. На экране мелькали африканские пейзажи, здоровые и мускулистые спортсмены, футуристические постройки, и прочие диковинные для этих мест вещи. Та же одежда отличается от местной разительно, всё в пёстрых цветах, каждый наряд не похож на другой, но при этом выглядит стильно.

— Метание копья… — махнул он рукой. — Какая скукотища… Лучше бы, вон, щиты метали, это куда интереснее, — на этом моменте Нур-галл переключил канал и узнал, что такое бокс. — Чемпион! Вот он — чемпион! Победитель! Защитник! — он смотрел на то, как судья ловко скачет по рингу, иногда уклоняясь от случайных ударов боксеров. И Нур-галл теперь усиленно болел именно за судью.

***

— В каком смысле, гости? — не понял я, услышав от Вики по телефону странную новость.

— Вот такие… Вечером приедут, увидишь. Так, всё, я занята! — она хотела положить трубку, но я не дал.

— Подожди! А с каких пор ты звонишь мне, чтобы сообщить новости? Почему сама не зашла? Совсем разленилась? — ведь ее кабинет и моя комната располагаются совсем рядом. Да и раньше она всегда заходила… И наш разговор заканчивался чаепитием, а то и прогулкой по территории замка.

— С тех пор, как к нам начали приходить гости, — она попыталась от меня отвязаться, но я усиленно молчал в трубку. — Эхх… — вздохнула Вика. — Я не дома, выбираю наряд, потом надо сделать прическу. В общем, я побежала!

— Эй, подожди! У нас война, если что! Как ты без моего ведома уехала в город? — и это действительно сейчас слишком опасно. А с умертвиями по городу не погуляешь.

— Со мной учитель, и один “костюм” спит в багажнике. Не переживай! — я снова промолчал в трубку, дожидаясь полного ответа. — Михаил, на мне столько артефактов от Вилли, что даже попади в меня ракета, на мне не будет ни царапины.

— Ладно… — наконец-то сдался я. — А что хоть за гости?

— Ну, аристократы.

Аристократы, так аристократы. Хорошо, хоть не крестьяне в гости пожаловали. А то за последнее время через замок их столько прошло, что еле расселили по деревням. Может и не стоило так торопиться с их расселением, ведь именно поэтому два идиота осмелились напасть на меня. И если бы барон не отступил вовремя, испугавшись за свою армию, победить их было трудно.

Какие аристократы могут приехать ко мне в гости? Даже не представляю. Скорее всего, очередные враги, о которых я пока еще не знаю… А может подчиненные тех, кто со мной воюет в данный момент? Впрочем, и в этом вижу только новые возможности. Если будут вести себя нагло, просто не смогут покинуть мой замок. Тем более, что комнаты для приема у меня уже есть. Одну из башен замка реконструировали, чтобы она была похожа на соседнюю башню мага, и та не привлекала столько лишнего внимания. И на ее вершине теперь есть переговорная площадка. Там, на открытом воздухе, можно пожарить кабана, посидеть за столом, выпить вино, любуясь прекрасными окружающими нас видами с высоты в двадцать метров.

Ладно, как приедут, так и узнаю, чего от меня хотят. А там уже решу, что с ними делать. До вечера еще хватает дел, нет смысла забивать голову такой ерундой.

Позавтракав, отправился в лазарет, где немного понаблюдал за работой учеников. Тот, что ужасно боялся крови, несколько раз при мне терял сознание, поэтому я потащил его на операцию. Ладно, немного сломаю психику человеку. И да, при мне он также пытался потерять сознание, но я взял его организм под свой контроль, не позволяя ему отключиться. Так он и смотрел на распоротый живот бойца, помогал доставать осколки, штопать сосуды, и даже будучи по уши в чужой крови, стоял и смотрел на всё это. Правда, выглядел он неважно, но рвотный рефлекс я тоже отключил, пусть держит всё в себе. Думаю, еще пара таких операций, и он забудет о своих старых страхах, получив немало новых.

А вот с девушкой так не получится. Правда, каждый имперский боец заранее получил инструкции, что если кто-то случайно коснется ее рукой, конечность придется отсечь. Потому даже тяжелораненые находили в себе силы шарахаться от нее, и несколько раз больные падали с коек в попытках случайно не дотронуться до ученицы лекаря.

— Так, троих мы завербовали, — отчитался Черномор, стоило мне выйти из лазарета. — Еще с двумя десятками работаем, и думаю, перспективы отличные.

— В смысле, завербовали? — не понял я.

— Так ты же сам сказал, что будем лечить и вербовать… — удивился старик, а я рассмеялся. Впрочем, так даже лучше, — а что не так?

— Всё так, Черномор, все так, — похлопал его по плечу. — Молодец, продолжай работу в том же духе.

Вообще, когда я говорил ему недавно насчет вербовки, имел в виду совсем другое. Тогда у нас в подвале было две сотни пленных гвардейцев Хорьковых. Я хотел их «завербовать». То есть, усыпить и выгрузить в чужих землях, чтобы спровоцировать новую войну. Но так тоже хорошо.

— Я еще хотел спросить, а к нам не будет вопросов из-за этого? А то как-то странно, нам дали солдат на лечение, а мы их переманиваем к себе.

— Имперские солдаты — не рабы, — кивнул ему. Еще давно