Грация! - Габриэль Норлэйн

— В моём измерении гости оказываются в тех обличиях, какими представляют себя сами. Их внутренние «я», если позволишь.

Ответил загадочный голос, чем-то смахивающий на дворецкого Сайруса. Едва Ангелина хотел спросить о странном сходстве, как неизвестный опередил её:

— Я звучу как твой знакомый только потому, что так пожелал твой разум. Из всех голосов в твоей памяти я выделил лишь пять подходящих: самых приятных и важных. Голос дворецкого Сайруса был одним из последних — его и выбрал, как самое свежее воспоминание.

— Как мне обращаться к вам? — вежливо спросила Ангелина.

— У меня и моих братьев много имён. Вы, люди, даёте нам различные прозвища в каждой культуре. Чаще всего ваш вид называет меня «Сильф».

— Господин Сильф, а вы могли бы не светить на меня? У меня уже глазки болят... — попросила девушка, уставшая от яркости окружения. Уже привыкла пегасом не жмуриться от любого источника света.

— Свет исходит не от меня, — внезапно сказал дух ветра. — То, что ты принимаешь за яркое излучение, твоя собственная магия света, которая рвётся наружу. Ты уже сама прекрасно знаешь, что будет, если копить в себе магию, не так ли?

— Что мне с ней делать? Я же...

— Из другого мира, где нет магии. Я знаю, — терпеливо сказал Сильф. — К твоему сожалению, слабо представляю, как должна работать магия света, а потому, в данном вопросе, я тебе не помощник. Поэтому, я спрашиваю тебя снова — зачем ты здесь?

— Я должна освоить магию ветра! — сходу ляпнула Ангелина.

— Хм... Должна, говоришь? — с недоверием произнёс Сильф. — Это ведь неправда, и ты это прекрасно знаешь. Мы оба это знаем, но ты — лучше всех.

— Но ведь это правда... — растерялась девушка.

— И что будет, когда ты обретёшь власть над стихией воздуха? — строго спросил дух.

— Я... — Ангелина замешкалась, а потом как разозлилась: — Да не знаю я! Мне вообще не нужна ни магия, ни тело пегаса! Я хочу назад к маме!

Впервые за долгое время девушка дала волю чувствам и расплакалась со всей силы. Хоть слёзы и не были настоящими, но она ощущала, как они текут ручьём по щекам. До этого дня Ангелина держалась молодцом, сдерживала приступы паники и сохраняла лицо, а теперь попросту расклеилась:

— За что мне это наказание?! Почему меня засунули именно в тело лошади??? Я никогда не хотела быть лошадью! Это такой ад не иметь пальцев, что никакие крылья его не скрасят! Когда в своём мире читала книги про попаданок, там ВСЁ было по-другому! Этим аутичным расфуфыренным дурам всё доставалось на блюдечке: армия кавалеров с внешностью Аполлона, они всем были нужны, все их обхаживали, превозносили! Я читала и думала про себя: «Вот бы у меня было также, как у них!». Я так отчаялась, что теперь даже согласна попасть в мир стимпанка, где нет никакого стимпанка! Какой больной ублюдок заставляет меня проходить через всё это?! За чтоооооооооо!!!

Сильф терпеливо слушал истерику Ангелины. Девушке, чтобы разобраться в себе, надо начать слушать собственный внутренний голос. Дух ветра это знал, а потому просто ждал, пока эфемерные слёзы на глазах девушки иссякнут. У Ангелины начали заканчиваться членораздельные слова, и она перешла на истошный крик полный жгучей внутренней боли. Она кричала и кричала в течение длительного времени, пока наконец не устала рвать глотку. Ангелина вдруг замолчала, изредка шмыгая носом.

— Полегчало? — поинтересовался Сильф.

— Не думаю, но больше жаловаться и кричать не хочется... — всхлипывая ответила девушка.

— Пойдём со мной, — предложил дух. — Возьми мою руку.

— Но я даже не могу тебя увидеть...

— Протяни руку.

Ангелина вытянула левую руку вперёд, и её тут же коснулись чужие тёплые пальцы. Сильф крепко схватил её руку, и вместе они начали движение в неизвестном направлении.

— Магия света сейчас просто мешает и отвлекает от главного. Я временно запечатаю её, хорошо?

Сильф как бы спрашивал, но всё равно это сделал, не дожидаясь ответа Ангелины. Ослепительное сияние начало уменьшаться, пока не превратилось в небольшую сферу света.

Глаза девушки начали отходить после яркого излучения собственной магии, а потому мир вокруг начал обретать очертания. Первым делом, Ангелине стало интересно, как выглядит дух воздуха. Она повернула голову влево и сильно удивилась: возле неё летело нечто бесформенное, состоящее из завихрений воздуха, а то, что девушка приняла за руку, оказалось мощными потоками тёплого ветра. Стихия оказалась настолько сильной, что казалась твёрдой! Окружающее их измерение выглядело как переливающиеся разноцветные потоки воздуха, бесконечно текущие куда-то в вперёд.

— Тебе страшно? — поинтересовался Сильф. — Я могу сменить облик. Ветра переменчивы, и я тоже.

— Если можно... в кого-то поприятнее, — попросила девушка.

Сильф замер, а потом начал собирать свои потоки воздуха в облик прекрасного эльфа в зелёном бархатном бальном фраке с ажурной рубашкой. Теперь руку Ангелины сжимал красавчик-эльф с тонкими чертами лица, а не сплетение потоков воздуха.

— В твоём разуме дух ветра представляется так, — то ли оправдался, то ли объяснил Сильф всё тем же голосом Сайруса.

— Хорошее обличие, мне нравится! — с улыбкой оценила Ангелина.

— Можешь и себе выбрать форму, а не существовать ТАК, — предложил дух.

Ангелина вдруг испугалась, попыталась ощупать себя, да не смогла — как такового тела у неё сейчас нет. Сильф достал из потока цветного воздуха огромное зеркало и показал Ангелине её внешность. Из гладкого отражения на девушку смотрело странное создание, отдалённо напоминающее её саму: вместо головы, существовало только лицо, тело напоминало дымку с двумя кистями рук по бокам.

— Почему я так выгляжу?! Что это такое?! — запаниковала Ангелина, едва не впадая в новую истерику.

— Этот вопрос должен быть адресован не ко мне, а к твоей внутренней самоидентификации. Ты создала себе такой образ, потому что чувствуешь себя именно так. Тут проблема лежит даже не в твоём новом обличие пегаса, а намного глубже внутри тебя. Я покажу...

Цветной мир вокруг начал преображаться в привычную картину старой жизни Ангелины. Он принял форму знакомого эпизода из выпускного класса. Девушка как сейчас помнила этот момент: оставался месяц до первого экзамена, у