Бремя выбора - Андрей Кир

* * *

В отдельном номере одного из лучших столичных ресторанов Эвигбайле за столиком, сервированным на трех персон и заставленного различными блюдами и парочкой бутылок недешевого вина, в абсолютной тишине сидели три прелестных создания женского пола.

У первой девушки между вьющимися платиновыми волосами до середины спины торчком стояли милые светло-серые заячьи ушки, периодически подергивающиеся от приглушенных звуков из основного зала или срабатывали как указатель настроения хозяйки. На округлом миловидном личике в обрамлении густых ресниц и тонких стрелок-бровок с холодным безразличием взирали серьезно-равнодушные красивые карие глазки, так и кричащие об отсутствии характерной для «девочек-заек» наивности, наличии здоровой циничности и праведного рационализма. Задорно вздернутый носик как бы говорил о веселом и легком характере незнакомки, но в реальности данной особе напрочь чуждо понятие «любви к ближнему», скорее наоборот. Коралловые губки бантиком накрашены неяркой помадой и сжаты в тонкую линию, тем самым уведомляя о занятости хозяйки тяжелыми размышлениями о чем-то важном. Сама прелестница одета в темно-зеленое вечернее платье с облегающим корсетом и глубоким вырезом, позволяющим оценить идеальность форм и упругость девичьего достоинства размера так четвертого, а пышная юбка до щиколоток одновременно скрывала стройные ножки и хвостик. Звали девушку Анита-Банни-Грек из великого рода Греков, ведущих свою славную историю от прародителей-воорвадеров, обитавших на Прародине до появления чужаков.

Так уж исторически сложилось, особенно после образования Сферы Миров, что людские необузданные фантазии и их культуро-мифические представления о зверолюдах сильно повлияли на развитие цивилизации воорвадеров-полиморфов, вынудив последних из-за желания совместного плодовитого потомства перестраивать свои тела под критерии красоты пришельцев. Зачем им вообще понадобилось отказываться от исконной сущности и приспосабливаться под хотелки чужаков? Причина банальна — человеческая раса в процессе эволюции получила две замечательные вещи: хорошо развитый мозг, способный обрабатывать большие объемы информации и позволяющий быстро обучаться новому; прямохождение высвободило верхние конечности и развило их в прекрасный инструмент для созидательного труда… и вообще ими удобнее что-либо держать. Оценив эволюционные преимущества Хомо Сапиенс, степень технологического развития чужой цивилизации и сопоставив со своей материальной культурой (конечно, они в то время таких слов не знали, но мыслили в схожих понятиях), пришли к неутешительным выводам — если ничего не предпринять, то новую волну экспансии они не смогут отбить и вполне возможно будут истреблены или превращены захватчиками в забавных домашних питомцев. И даже Воля с Силой никак не смогут им помочь.

Решение тогда виделось одно — срочно самосовершенствоваться и эволюционировать, активно вовлекая в этот процесс доставшихся в ходе короткой войны людишек, так как те уже имели все потребное на первое время. А дальше само собой сложился тот идеальный образ, при котором пожираемые похотью, несдержанными желаниями и банальной прихотью человечишки обоих полов с радостью заводили семьи с ворвадерами. Для чего подробно изучались все доступные материалы о культуре отношений между мужчинами и женщинами в людском обществе, предпочтения, особенности вкусов и пристрастий в меж-половом общении. Проводилось множество научно-практических исследований с участием добровольцев (и не очень) с обеих сторон. Закономерным итогом многолетнего тяжелого труда стало появление двух основных линий развития: сохранившие животную сущность и заведшие потомство с представителями неэндемичной флоры, завезенных колонистами; развившиеся в более антропоморфную форму с сохранением некоторых внешних звериных признаков в память о прародителях, дополняющих своеобразной изюминкой получившийся загадочно-притягательный образ. Так возникли младшие братья и вилленкрафты — названия тоже сложились под веяньем человеческих языков.

Вторая девушка в сером брючном деловом костюме, сидевшая по левую руку от Аниты, обладала подвижно-энергичным темпераментом и не могла усидеть на месте, постоянно крутила головой в попытках рассмотреть обстановку комнаты, стол и участниц ужина. На ее лице ежеминутно менялось выражение, отображая богатую гамму испытываемых эмоций. Даже руки, сложенные в замок на столе, периодически подрагивали и отбивали пальцами сложный задорный мотивчик, выдавая нетерпеливость и жажду действий. Звали непоседу Кеберо Фульва-Келаро из свободных генусов Зеленой Долины. Рыжие ушки на макушке с черной оторочкой, задорно торчащие из огненно-рыжих завитушек коротких кудрей, и пушистый желтый хвост, кончик которого периодически появлялся то с одного, то с другого бока словно маятник, однозначно свидетельствовали о семействе лисьих в предках. Но более всего завораживали ни симпатичное личико, ни прелестный носик и пухлые губки, а глаза цвета расплавленного золота.

Третья гостья, в сравнении с прочими, имела вполне серо-обыденный вид. Бледное узкое лицо, обрамленное прямыми волосами ниже плеч цвета космической бездны, с узким безгубым ртом, тонким прямым носом и огромными немигающими глазами с вертикальным зрачком так и кричали о пресмыкающихся в родословной. Еще больше на возможных предков намекали скупые плавно-тягучие движения головы на высокой шее, изящных рук с "пальцами пианиста" и худощавого тонкокостного тела. Все это позволяло прекрасно рассмотреть облегающее, будто вторая кожа, черное вечернее платье на бретельках длиной до колен и вырезом с правой стороны до середины бедра. Похоже эта девушка принципиально не признавала нижнего белья и не знакома с понятием стеснительности. Лисичку с зайкой так и подмывало заглянуть под стол и убедиться в наличии у новой знакомой ног, а не змеиного хвоста. Впрочем, последний совсем бы не испортил Сару УларуГран из старшего гнезда Магна Ида.

Первой не выдержала Кеберо, что не удивительно, и задала вопрос:

— И зачем мы все здесь собрались? Не ради же знакомства?

— В том числе. Мне, например, было интересно поближе узнать тех, кого в новостях называют не иначе как «невесты-охотницы». — ровным голосом произнесла Анита, не поддаваясь на очевидную провокацию, так как именно хитрая лисица являлась инициатором встречи.

— Меня сюда тоже привело желание познакомиться с соперницами. — прошелестела-прошептала Сара, не повышая голоса. Так и казалось, что между плотно сжатых губ стремительно проскользнет тонкий длинный раздвоенный язычок.

— Хмм. Не буду врать — меня тоже заинтересовали мои… эм, соратницы в нелегком брачном деле. Как оказалось, Бубликовы еще те затейники и не делали ставку на кого-то конкретного. Хотя, правды ради, особо и не скрывали своих мотивов. — все так же задорно протарахтела лисица.

Ее слова оказали магическое воздействие на остальных девушек и те с заинтересованностью посмотрели в ее сторону, ожидая продолжения. Но хитрая рыжая с загадочной улыбкой молчала, нагнетая обстановку, и якобы отвлеклась на дегустацию предложенного официантом вина. Кстати, этого подозрительно-пронырливого типа при взаимном молчаливом согласии выставили за дверь, не взирая на его жгучее желание остаться и прислуживать «очаровательным нимфам». Фу, какая вульгарщина. Еще есть те дурочки, что на такое ведутся?

Поморщившись, Анита задала очевидный вопрос, вынужденно подыгрывая недоделанной актрисе: