В гостях у солнечного зайчика - Александр Владимирович Кумма

Из-под листика вылез Огурец и заявил по обыкновению:

— Зелен еще!.. — И вдруг почему-то растерянно замолчал.

Все посмотрели наверх и увидели: Помидорчик-то был красный, спелый, сочный и солидно покачивался на своем крепком стебелечке.

— Вот это Помидорчик! — растерянно протянула Морковка. Больше она ничего не сказала. И остальные Овощи промолчали тоже. Почему бы это? Вы не знаете, ребята?

ТИК-ТАК

Жили-были Стенные Часы. Ходили они не спеша… тик-так, тик-так… и показывали очень верное время. Каждые полчаса они мелодично звенели, напоминая окружающим о том, что время идет и нельзя терять ни минуты. И маленький мальчик Федя ходил по этим часам в школу и никогда не опаздывал.

Но в один прекрасный день мальчику подарили ко дню рождения Ручные Часы. В отличие от Стенных они ходили очень быстро: «так-так-так-так-так…»

— Нет, не так! Нет, не так! — говорили им Стенные Часы.

— Нет, так! Нет, так! — говорили Ручные Часы. — Не учите, не учите! Сами знаем! Сами знаем!

И они шли как хотели. И частенько показывали неверное время.

— Не лгите! Не лгите! — тикали Стенные Часы.

— Не учите! Не учите! — тараторили в ответ Ручные.

Они то спешили, то отставали, впрочем, как и их хозяин, который спешил в кино и отставал по географии. И однажды Маленькие Часы до того запутались, что не знали даже, в какую сторону им идти и какое сейчас в действительности время. В конце концов они вынуждены были обратиться к Большим Часам:

— Скажите, пожалуйста, который час?

— Бом!.. Бом!.. Бом!.. — ответили Стенные Часы. — Уже три часа! Нашему Феде пора садиться за уроки.

С тех пор Маленькие Часы частенько стали поглядывать на Стенные: «Интересно, который час?»

А Большие Часы тоже, в свою очередь, поглядывали на Маленькие.

— Куда вы спешите? Не торопитесь… Успеете.

Или:

— Не отставайте, подтянитесь, идите в ногу со мной…

И Маленькие Часы вприпрыжку бежали за Большими. Так они научились правильно-ходить.

А ведь это очень важно — ходить правильно. Всегда хорошо видеть, куда ты идешь, и идти ровно, не спешить и не отставать, — как Большие Стенные Часы.

ПРО ГРЕЧНЕВУЮ КРУПУ, КОТОРАЯ СИДЕЛА В БАНКЕ

Она действительно сидела в банке, а банка стояла на полке в кухне. Рядом стояла другая банка, и в ней сидела Пшенная Крупа, большая приятельница Гречневой. В это утро Гречневая Крупа проснулась раньше обычного и легонько постучалась в стенку банки, чтобы узнать, проснулась уже Пшенная Крупа или нет. Оказалось, что Пшенная Крупа и не думала спать.

— Вы знаете, соседка, — жалобно сказала она, — я всю ночь не могла уснуть! В углу скреблась какая-то мышь, и мне казалось, что сейчас она вылезет и всю меня съест по крупинке!

— Какой ужас! — испугалась Гречневая Крупа. — И куда только смотрит наш кот Василий!

— Он смотрит только в банку со сметаной, — ворчливо заметила Овсянка. — Совсем забыл свои служебные обязанности.

Тут все крупы, которые сидели в банках, стали вздыхать и охать, потому что никому не хотелось быть съеденным мышами. И у всех страшно испортилось настроение.

— Подумаешь, испугались какой-то мыши! — храбро сказала Кастрюля с полки. — Эх вы, храбрецы!

— Вам хорошо, Кастрюля, — жалобно ответила ей Пшенная Крупа. — Вы большая и железная. Вас мышь кушать не станет!

И все при этом завистливо вздохнули.

А в это время в кухню вошел мальчик Федя. Его мама, которая всегда уделяла много внимания крупам, кашам и кастрюлям, сегодня надолго ушла по делам и поручила мальчику сварить гречневую кашу — себе и ей тоже.

— Ну, для меня это пустяки! — заявил Федя.

— Но ты все-таки посоветуйся с соседкой Дарьей Ивановной, — напомнила мама перед уходом.

«Вот еще, советоваться! — подумал про себя Федя. — Что я, маленький, не знаю, как кашу сварить?»

Федя схватил с полки самую большую Кастрюлю и налил в нее воды до самых краев.

— Не много ли? — спросила Кастрюля.

— В самый раз! — решил Федя.

Затем он взял банку и стал сыпать в воду Крупу.

— Простите, но для меня тут нет места! — воскликнула Крупа. Феде пришлось взять кружку и вычерпать часть воды из Кастрюли. Потом он снова стал сыпать Крупу и сыпал до тех пор, пока ему не показалось, что, пожалуй, уже хватит сыпать. Крупа давно кричала «Довольно», но Федя, к сожалению, ее не слышал. Он поставил Кастрюлю на огонь и убежал в комнату: читать интересную книжку про двух собачек. Но не успел он прочитать и двух страниц, как почувствовал очень неприятный запах, доносившийся из кухни.

— Горю, горю! — кричала Гречневая Крупа.

Федя помчался на кухню и увидел страшное зрелище. Оказывается, Крупе было очень жарко в Кастрюле. Томясь жаждой, она быстро выпила всю воду и начала… гореть! Федя налил в Кастрюлю две кружки воды, и все как будто успокоилось. Только Кастрюля обиженно зашипела. Она жаловалась, что на ней от жара потрескалась вся эмаль, но Федя не обратил на это никакого внимания и умчался в комнату — дочитывать историю белой собачки.

А между тем Крупа скоренько выпила и эти две кружки воды и так располнела, что ей стало совсем тесно в Кастрюле.

— Уф! — сказала Крупа и полезла из Кастрюли на плиту.

— Федя! Где ты? — в ужасе завопили все крупы на полке.

Федя быстро примчался — узнать обстановку на кухне, — и, так как Крупа теперь в одной кастрюле не помещалась, то пришлось часть ее положить в другую кастрюлю. Теперь уже Федя не уходил в комнату. Он взял книжку с собой и читал ее на кухне, одновременно помешивая кашу в обеих кастрюлях. Время от времени он искоса поглядывал на Крупу — не устроила ли она какой-нибудь новой каверзы? Но все шло благополучно, и, наконец, Феде показалось, что, пожалуй, уже хватит варить кашу. Он снял ее с плиты и стал пробовать. Почему-то она получилась пресная. Почему? Ведь у мамы всегда была соленая. И к тому же рассыпчатая, а эта вышла клейкая