Бывшие - Алекса Никос

Удивляюсь, за неделю работы ни разу не слышала, чтобы Денис кричал или отчитывал кого-то.

— Может у него что-то случилось? — неуверенно уточняю я.

— Не знаю, может и случилось. Но дело точно не в нашем проекте, тут всё идёт как надо. Может что-то в личной жизни произошло, хотя это маловероятно.

— Почему? — удивляюсь.

— Она у него слишком бурная, все знают, что он к девушкам не относится серьезно, с легкостью меняет их, как перчатки. В такой личной жизни редко бывают проблемы, по крайней мере за те 2 года, что я тут работаю, ни разу не видела Дениса Игоревича таким мрачным. Он сегодня дверью хлопнул так, что я на стуле подпрыгнула, — задумчиво говорит Лиза, — Давай лучше работать, ты мне поможешь вот тут закончить?

Показывает пальцем на экран, а я соглашаюсь и окунаюсь в работу, задвинув мысли о Денисе и его поведении в дальний угол.

В обеденный перерыв спускаюсь вниз, еще в первый рабочий день недалеко от офиса нашла небольшое недорогое кафе с вкусной едой, обедаю там. Официантка ставит передо мной заказ, двигаю к себе тарелку с салатом и мысленно возвращаюсь к утреннему разговору с Лизой.

Значит Денис не в настроении с пятницы. Что же могло у него случиться, что к понедельнику проблема не решилась? Может быть что-то в семье? Да и сегодня утром, увидев его выходящим из лифта с брюнеткой, я акцентировала больше внимание на ее счастливом выражении лица, а ведь он не выглядел, как довольный жизнью человек. С чего мне вообще пришла мысль, что они провели эту ночь вместе? Может они просто встретились внизу в ожидании лифта.

Анализируя поведение Дена, не замечаю, как проносится время обеда. Возвращаюсь в офис, когда подхожу к двери нашего кабинета слышу голос начальника:

— Громова вернулась с обеда? Пусть зайдёт ко мне!

Ощущаю внутреннее волнение и страх. После рассказов Лизы, не хочется сталкиваться с разъяренной начальственной стороной Дениса. Но не могу же я вечно здесь стоять. Захожу в опенспейс, тихо двигаюсь к своему столу, стараясь не привлекать внимания. Это даёт мне еще немного времени, чтобы собраться с духом и войти в логово к мрачному волкодаву.

— Ульяна, — тихо зовет меня Владимир, наш архитектор, — Денис на ковер тебя вызывал.

— Спасибо, я сейчас пойду, — так же тихо отвечаю я.

Ноги слегка ватные, руки подрагивают, не знаю, что меня ожидает там, за дверь кабинета. Стучу.

— Входи, — раздаётся голос.

Глава 24

Денис

6 лет назад

К обеду разбираю всё, что успело накопиться: подписываю документы, согласовываю с заказчиком сметы и план проведения работ, ругаюсь по телефону с подрядчиком, который не укладывается в график, отвечаю на письма. Всё, больше отвлечь себя нечем. Желание увидеть Ульяну достигает апогея, утром даже не обратил внимания во что она одета, так был погружен в свои мысли. Выхожу в общий кабинет, окидываю взглядом тихих сотрудников и натыкаюсь на пустой стол.

— Где Громова? — громко спрашиваю.

— Она отпросилась на обед, — отвечает мне Лиза, ведущий дизайнер отдела.

Молча ухожу обратно в кабинет. Следующие полчаса честно пытаюсь работать, каждые 5 минут косясь на часы. Да сколько можно обедать! Может быть ей забыли передать, что я её искал? Снова выходу из кабинета и упираюсь взглядом в по-прежнему пустой стол:

— Громова вернулась с обеда? Пусть зайдёт ко мне!

— Еще нет, я передам. — тихо отвечает всё та же Лизавета.

Мечусь по кабинету, как загнанный зверь по клетке, когда раздаётся долгожданный стук в дверь. Быстро сажусь на кресло и отвечаю:

— Входи!

Ульяна входит и неуверенно спрашивает:

— Я в чем-то провинилась? — и взгляд такой, затравленный. Точно не хотел бы больше его видеть в её глазах.

— Присаживайся, — указываю на кресло для посетителей, — Почему ты решила, что провинилась?

— Вы первый раз меня вызываете. Да еще так грозно… ой, — прикрывает рот ладошкой, понимая, что проговорилась. Я вообще заметил, что, когда она волнуется, то частенько выдает всё, о чем думает. Не фильтруя, не анализируя. Смеюсь.

— Нет, грозным ты меня еще не видела. Но скоро можешь увидеть, — отвечаю серьезно.

— Почему? — бледнеет.

— Ну так мы вроде с тобой договорились на «ты» перейти, а ты опять мне выкаешь. Я за выходные так сильно постарел?

— Нет конечно, но субординация на работе…

Перебиваю:

— Я не против. Как начальник приказываю. Подчинишься?

— Придется, — притворно вздыхает, но взгляд серьезный, — Я могу задать один вопрос, не касающийся работы?

— Задавай, — я удивляюсь, но отвечаю без размышлений. Вряд ли она сможет задать вопрос, на который я не захочу отвечать.

— У тебя что-то случилось? — спрашивает и выжидательно смотрит на меня, ну прямо психоаналитик на приеме с пациентом.

— Всё в порядке, с чего ты это взяла? — ладно, умудрилась спросить именно то, на что я и сам ответа не могу найти. Случиться то случилось, но что именно, не понимаю.

— Ну просто… — мнётся, не хочет отвечать. Но я догадываюсь, что добрые коллеги уже успели настучать, что я лютовал в пятницу, — Я вижу, что ты с самого утра мрачнее тучи. Решила спросить, вдруг чем-то могу помочь?

«Можешь, еще как можешь. Да только ты не согласишься на такую помощь.» — фантазирую о том, как она мне могла бы помочь вот прям на этом столе и чувствую, что член к этим фантазиям явно не остается равнодушным. Гоню мысли прочь.

— Спасибо, Уль, но не думаю, что ты сможешь мне помочь. Всё в порядке, это временные трудности.

Пожимает плечами и опускает голову. Незаметно для неё поправляю брюки, чтобы не сильно бросался в глаза внушительный бугор на них. Повисает молчание. Вспоминаю утро и неожиданно для себя выпаливаю:

— Мы с брюнеточкой просто встретились внизу, у лифта, — Ульяна вздрагивает и поднимает на меня взгляд. Ощущаю себя идиотом. Никогда не оправдывался. Тем более перед женщинами, — Она попросила придержать дверь, я придержал, вместе поднялись наверх.

— Аня… — бормочет Уля, пытаясь скрыть улыбку.

— А? — не понимаю её.

— Брюнеточку зовут Аня. Это наш секретарь на ресепшн, — на лице уже широкая и веселая улыбка. Похоже, что эта ситуация её забавляет.

— Спасибо, но я вряд ли запомню, — честно отвечаю я.

Улёныш поднимается со стула, машинально встаю вместе с ней и делаю несколько шагов в её направлении. Девушка замирает, в глазах плещется неуверенность.

— Ульяш, я хотел бы… — начинаю я, но неожиданно