Мымра! - Диана Фад

— Валерьян Тимофеевич, — начала Тамара и тут ее прорвало, смех с предательским хрюканьем выскочил из груди и все-таки прозвучал. Шеф удивленно поднял брови, уставился на свою секретаршу и терпеливо ждал, когда она сможет говорить. Тамара смеялась, указывая пальцем на закрытую дверь и только всхлипывала сквозь смех:

— Там… Егор…Ой, не знаю… — и снова зашлась в хохоте.

Валерьян Тимофеевич встал и подошел к Тамаре, покачал головой, отчего та засмеялась еще сильнее, вытирая слезы на глазах. Открыл дверь в приемную и посмотрел на девушку, что стояла там, прижимая к себе синюю папку с документами. На локте у нее висела безразмерная сумка из тошнотно-коричневой кожи.

— Хмм, — сказал он и закрыл дверь, поворачиваясь к Тамаре, — Хорош, смеяться, пусть входит, — пытаясь не улыбнуться, прошел к своему столу. Тамара вытерла слезы, что выступили от смеха и пытаясь не всхлипывать, снова открыла дверь и сдерживаясь из последних сил пригласила девушку в кабинет:

— Проходите, Вера, Валерьян Тимофеевич готов… — тут она не договорила, а просто пулей вылетела из кабинета и приемной. Девушка проводила секретаршу удивленным взглядом, но вошла.

— Здравствуйте, я по рекомендации Забродина Василия Дмитриевича, — сказала она, а шеф как-то тоже странно хрюкнул, но сделал вид, что это случайно.

— Проходите Вера, — указал он на кресло напротив себя, — Да, Василий Дмитриевич рекомендовал вас, и я даже не буду смотреть ваши бумаги, — отмахнулся он от папки, что ему протянула девушка, — Но Василий Дмитриевич сказал, что вы… э…как бы сказать… — тут шеф совсем замолчал, не зная, как объяснить, что сейчас девушка больше похожа на пугало, чем на красивую естественной красотой женщину, о которой говорил Забродин.

— Что-то не так? — удивилась Вера и глаза ее в очках стали еще больше, отчего Валерьян Тимофеевич крякнул и тихо хохотнул.

— Все хорошо, Вера, — сделал над собой усилие шеф, — Я пригласил вас, чтобы предложить вам должность секретаря. Моему заместителю, нужен секретарь, которая знает свою работу и не будет отвлекаться в рабочее время на свои дела. Мне сказали, что вы хорошо справляетесь со своей работой и обязанностями, а также компетентны именно в профиле нашей компании.

— Все верно, — сказала Вера с неожиданной твердостью в голосе, и шеф посмотрел на нее внимательнее.

— Можете снять очки? — попросил он вежливо, и девушка стянула с носа уродскую штуку, — Понятно, — сказал Валерьян Тимофеевич, — Когда вы можете приступить к работе?

— В любое время, — ответила Вера и шеф довольно потер руки.

— Так…Приходите в четверг, Тамара подготовит все бумаги, пропуск, подпишете, что нужно и в пятницу у вас будет первый рабочий день. Оклад у вас будет такой, — Валерьян Тимофеевич написал на листе цифру и подал Вере, — Устраивает или нужно больше? — встревоженно спросил он.

— Спасибо, это более, чем я рассчитывала, — снова удивилась Вера.

— Тогда не буду вас больше задерживать, надеюсь мы с вами сработаемся.

— Надеюсь, спасибо, — Вера встала и пошла к дверям кабинета, а шеф проводил ее задумчивым взглядом, снова опускаясь в кресло. Посидел, подумал и достал телефон, отыскивая контакт Забродина. Тот ответил сразу, будто ждал звонка:

— Валерьян, привет, — громко сказал Василий Дмитриевич.

— Дмитрич, ты уверен, что это та самая Вера? — с сомнением в голосе спросил друга Завьялов.

— А что? — насторожился Забродин.

— Ты говорил, что девушка простая, красивая, но тут уж слишком простая, мягко скажем, — пожаловался Валерьян Тимофеевич, — Боюсь Егор мне голову снесет, если я такую в приемную к нему посажу.

— А что там не так? Егор твой привык к своим куклам, надутым, а тут сама прелесть, думаю ему понравится, — засмеялся Забродин.

— Да? Ну ладно, просто я думал, что будет как-то получше что ли… Хотя, что-то в ней есть, не могу разглядеть за этими очками в пол лица и бабушкинском наряде.

— Очками? В наряде? — удивился Забродин, — Вера не носит очки и одевалась всегда элегантно: костюмы, платья, шарфики.

— Вот как… — протянул Валерьян Тимофеевич, — Тогда что-то случилось, ну да ладно, посмотрим, что дальше будет.

— Ты главное не встревай ни во что, — хохотнул в трубку Забродин, — Пусть делают, что хотят. Делай вид, что так и должно быть.

— Как скажешь, но что-то мне подсказывает, что скоро тут начнутся бои не на жизнь, а на смерть, — проворчал Валерьян Тимофеевич.

— Хотел внуков, терпи, — ответил друг, — Возможно, через год я тебя поздравлять буду.

— Мечты, Дмитрич, — тяжело вздохнул Завьялов, — Но с меня коньяк, если все получится.

— По рукам, будущий дед, — засмеялся Забродин и отключился, а Завьялов улыбался во все лицо «Будущий дед, звучит то как!»

Глава 32. Вера

Степка приехал ко мне в пятницу вечером. Привез мой любимый торт «Прага» и расположился на кухне, пока я доставала чашки и заваривала чай.

— Как я тебе и сказал, вот приглашение, — он выложил на стол конверт, который я уже видела в офисе, — А кто это такая? — вдруг засюсюкал друг, сползая на пол и становясь на колени. В кухню вошла Стаська и села, уставившись на незнакомого гостя своими круглыми глазами.

— Это, Стаська, — сообщила я, обходя Степку, который полз на четвереньках, приближаясь к котенку.

— Какая она прикольная, Вер, — умилялся тот, заполучив в руки плюшевую кошечку, — А что за порода? Мордочка у нее такая интересная, — улыбался он, тиская мой подарок и тут же чихнул.

— Это Снупи, порода такая, а ты бы выпустил ее, у тебя же аллергия на шерсть, — посоветовала я, забирая у Степки кошечку из рук. Тот еще раз чихнул, потом еще и зарядил на пять минут со своим чиханием.

Я вздохнула, отнесла Стаську в спальню, закрыла дверь и достала из аптечки таблетки против аллергии. Дала выпить другу, который сидел уже расчесывая красный нос.

— Откуда кошка? Ты давно хотела завести ее, но не думал, что решишься, — сказал Степка, запивая таблетки водой, — Я бы тоже кого-нибудь завел, но аллергия эта. Рыбок может купить? С ними гулять не нужно.

— Ты их кормить забудешь, знаю я тебя, — улыбнулась я, разливая чай и разрезая торт.

— Завтра твой шеф поймет кто ты, я правильно понял? — спросил друг, откусывая сразу полкуска от шоколадного торта.

— Попробую избежать этого, но в полночь маски снимут, — кивнула я.

— И принцесса превратится в Золушку, — хмыкнул Степан.

— Да уж, — согласилась я.

Мы просидели с ним почти до полуночи, посмотрели фильм и Степка ушел, сказав, чтобы я вела