Империум. Книга 4 - Антон Романович Агафонов

— Мда… У тебя самого, как я погляжу, крайне шаткое положение.

— Поэтому я и говорю, мы нужны друг другу. Союз выгоден для нас обоих. Я не жду, что ты сразу поверишь в мои добрые намерения, так что я дал тебе возможность спокойно заниматься своими делами весь этот месяц. Я бы дал и больше времени, прежде чем вернулся к вопросу о взаимовыгодном сотрудничестве, но как видишь, островитяне не оставили нам выбора.

— Я подумаю насчет союза, пока будем считать это перемирием до окончания войны. Вернемся к переговорам после того, как разобьем костяных ублюдков.

— Я так и собирался, но видимо, тебе не терпелось расставить все по своим местам.

— Просто не нравится, когда в моем тылу сидит столь проблемный человек, истинные цели которого для меня пока не ясны.

— Что ж, надеюсь, твое любопытство я удовлетворил.

— Почти. Мне нужны ещё кое-какие сведения. О вашем «боге».

Карл помрачнел и заглянул на дно почти опустевшего бокала.

— Что он такое? — спросил я.

— Не знаю, как тебе ответить. Но что могу сказать точно: оно было не всегда, и кажется, пришло откуда-то оттуда, — собеседник поднял указательный палец к небесам.

— Из космоса?

— Вероятно. По крайней мере, об этом я читал в каких-то совсем древних, запретных для посторонних хрониках. В то время этот мир был другим, но этот «бог» его уничтожил. Стер с лица земли города, убил бесчисленное множество людей, а тех, что могли выдержать его силу, выбирал в качестве аватаров.

— Ты про одержимых?

— Про них самых. Раньше их было намного больше, целые армии, обладающие невероятной силой и огромным магическим могуществом. У нас тоже были маги, но этого оказалось недостаточно, чтобы остановить вторжение. А затем он создал себе десять наместников и дал им под контроль зачищенные территории. Одним из этих наместников был мой отец.

— Получается, что фракций было десять. Одна — Клан ночи, вторая — островитяне, третья — эти красные, о которых ты рассказывал.

— Да, но, скорее всего, их меньше. Это было очень давно, чуть ли не тысячу лет назад, и как ты можешь видеть, во внутренние конфликты между наместниками бог не вмешивается. У него есть лишь несколько правил, главное из которых — жертвы. Как островитяне выполняют «норму», я не знаю, но красные проводят безумные кровавые ритуалы и зачастую выращивают людей как скот.

— Как будто Клан ночи не делает то же самое.

— Эти люди проживают полную жизнь. Пусть короче, чем должны были, но полную. Красные же буквально делятся на касты, одна правит, другая сражается, третья на уровне зверей, которых кормят чем придется и держат в вольерах. Слышал, что не все они даже говорить умеют. Чувствуешь разницу? Тебе, как человеку из другого мира, возможно, и сложно это принять, но нынешний порядок — лучший из тех, что мы смогли придумать.

— Оставим этот разговор. Лучше скажи, где его найти?

— Понятия не имею. И вряд ли даже мой отец это знает. Эта тварь повсюду, и возможно, даже слушает наш с тобой разговор прямо сейчас.

— Не опасаешься, что он сдаст нас твоему отцу?

— Нет, не его стиль, если можно так сказать.

— А каков же его стиль?

— Прислать за твоей головой одержимого. Хотя, как я понял, такое уже происходило.

— Но если нападение островитян спровоцировал он, если он приказал им отправиться сюда, что мешает сделать это с твоим кланом?

— Скорее всего, он просто потребовал большую жатву. Так изредка бывает, но у нашего дома хватает «прочности», так сказать, чтобы это компенсировать. Мы и так отдаем ему энергию с хорошим излишком, оттого и слуг камня у нас много. У островитян с этим все намного хуже, полагаю, что весь их рейд был вызван необходимостью покрыть требования бога.

— А у него хотя бы есть имя?

— Мы называем его Шарак, хотя у него много имен.

— Ну хотя бы теперь я знаю, как эту тварь называть, не нравится мне называть его «богом» или Охранителем.

— Понимаю.

— Ещё по одной?

— Не откажусь.

— Насчет этих слуг камня…

— Смотрю, хочешь из меня сегодня побольше сведений вытащить.

— Не без этого.

— Как ты, наверное, уже знаешь, магия у нас запрещена. Отчасти потому, что не нужны нам люди, понимающие, как работают статуи, или способные сражаться с демонами мрака. Достаточно сильных магов хочет заполучить Шарак. Фактически это одна из форм дани, которую мы платим. Но, как ты понимаешь, совсем выкорчевывать магический дар мы не пытаемся, оттого и позволяем существовать таким организациям, как Чаща, и некоторым другим ковенам и обществам. Пока они не наглеют, разумеется. Но тут всё зависит от территории, на некоторых порядки жестче, на некоторых слабее. Так вот… — на мгновение Карл понял, что немного далековато ушел от темы, — не все маги умирают после процедуры «изъятия» дара, если так можно выразиться. Некоторые теряют себя и становятся… — он вновь задумался, постучал ногтем по столешнице, — пустыми что ли. Без чувств, эмоций, желаний. Они могут говорить, могут исполнять приказы, но на этом всё. Как-нибудь можешь подойти к одному из них и завести беседу, сразу поймешь, о чем я. Просто живые куклы без воли и желаний, зато способные использовать магию напрямую из камней. Есть ещё волхвы, они тоже могут использовать простейшие заклинания, но лишь с некоторой помощью. У них не сформировано магическое ядро, лишь потоки, позволяющие использовать крупицы магии.

Я продолжал слушать его, кивая, и размышлял над услышанным, хотя касательно волхвов я и так всё знал.

— Когда я столкнулся с мракоборцами, то у одной из них был артефакт, штуковина, блокирующая магия.

— Подавитель, да. Очень сложный и дорогой артефакт, у каждого старшего такой есть. Действенное оружие против магов, заставляющее ману внутри магов терять стабильность. При длительном воздействии и сопротивлении, попытке использовать магию это становится смертельно опасно для магов.

— Жуткое оружие.

— Его придумал кто-то из подручных магов Фридерика.

— Сможешь достать? Хочу изучить принцип работы.

— Могу попытаться. Но как уже сказал, штуки весьма редкие, во фронтире не каждый из старших мракоборцев ей обладает, вот во владениях Фридерика их побольше. Но я попытаюсь.

— Буду премного благодарен.

Мы продолжили обсуждение, но больше ничего действительно интересного выудить из Карла мне так и не удалось. И тем не менее, я теперь хотя бы стал примерно понимать его цели. Стал ли доверять ему больше? Едва ли, но по крайней мере озвученные им стремления и планы звучали правдоподобно. Когда артефактные часы показали, что