Бремя прожития, или Неисповедимы пути журналистские - Александр Юрьевич Васильев

class="p">– Мы только вздохнули свободней, – продолжает и.о. главврача, – когда после майского постановления губернатора В. Шершунова провели взаимозачет с ювелирной фабрикой и пополнили расходуемые материалы, до этого сидели буквально без ваты, марли, перчаток, как вдруг такой июньский казус. Выездную бригаду пришлось отправить в отпуска. Но если не будет выездов (а каждый стоит 5-15 тысяч рублей), не будет дней донора в райцентрах – не будет и крови.

Сами работники станции, насидевшись без зарплаты, подали в суд. Суд встал на их сторону, но, по словам Веры Васильевны, воз и ныне там, денег нет. Текущую зарплату, как и все бюджетники, получают с полутора-двухмесячным опозданием.

Когда после многонедельного перерыва в кассе станции появились деньги на оплату донорам, создалась очередь, давка: «Куда прешь с майской справкой?! Еще апрельские не получали!», и случился, по словам Веры Шваревой, мордобой. Очередь упорядочивала милиция.

Пустой холодильник на кухне вызывает сожаление и провоцирует голод. Пустой холодильник на станции, этом поистине храме спасения на крови, вызывает оторопь и провоцирует страх. Страх за завтрашний день, за то, что может случиться. Самой уязвимой части медицины требуется скорая помощь.

«Северная правда», 7 июля 1997 г.

Пионерское лето

ВОВОЧКА, КОТОРЫЙ ГУЛЯЛ САМ ПО СЕБЕ

Анекдот в тему

Первый раз отвели родители Вовочку в детсад. Вечером приходят его забирать. В группе с табличкой на двери «Хорошие дети» Вовочки не оказалось.

– Где же наш Вовочка? – спрашивают.

– Поднимитесь этажом выше, – отвечают им. Но на втором этаже, в комнате с табличкой «Плохие дети», Вовочки тоже нет.

– Где же наш Вовочка?! – переживают родители.

– Идите выше, – вновь посылают их. Поднялись на третий этаж. Там комната с табличкой «Очень плохие дети». Но Вовочки и здесь нет.

– Значит, вам надо подняться еше выше.

Поднимаются родители на четвертый этаж. Видят – большая, красивая дверь, на которой висит большая, красивая табличка. А на ней написано: «Вовочка».

Верите ли вы, что непослушного ребенка могут исключить из лагеря для «трудных» подростков»? Смеетесь? Говорите, абсурд, не может быть, так как лагерь для таких и создавался? Зря не верите! Абсурдным прецедентом отличился летний профильный лагерь «Телецентр», который в начале июня работал в «Волгаре».

Из 75 13-14-летних душ «трудных» взяли менее трети. Чтобы они, подражая послушным детям, усвоили правила хорошего тона. Трудных отбирали в школах, выявляли, назову по-старому, в детских комнатах милиции, провели с ними в центре социального здоровья детей, юношества и семьи спецподготовку по спецметодикам. Только один выбился из наезженной колеи, назовем его, чтобы не показывать пальцем, традиционным Вовочкой.

Возможно, Вовочкины мытарства спровоцировало одиночество – он оказался один в двухместном номере «Волгаря». Не склонный к коммуникабельности ребенок, так ни с кем и не подружившись из 75 членов «Телецентра», еще больше замкнулся, а усилий педагогической науки не хватило, чтобы растопить лед его души.

Развлекательная программа, о которой взахлеб рассказывают воспитатели лагеря, не смогла пробиться через подростковый антагонизм. Хотя чего только в ней не было: вечер встречи «Виртуальное созвездие» , пушкинский вечер, для которого один мальчик сочинил «Оду Пушкину», начинавшуюся пессимистической строкой: «А гениев все меньше остается…», красочный карнавал-маскарад, спортивная игра «Ключи от форта «Волгарь», массовый заплыв на лодках и катамаранах на волжский остров в гости к Робинзону! (Нам бы в свое время в пионерлагерях такую развлекаловку, а то мы днем, выкрикивая речевки, готовились к смотру строя и песни, а по вечерам «отрывались» «как большие», мучая баяниста, наяривавшего на поляне «твисты» и «шейки»).

Педагоги не сумели подключить Вовочку к шумно-насыщенной лагерной жизни, и ребенок пошел на сторону, где подружился с местными, деревенскими детьми, которые, не подозревая, что на Вовочке стоит клеймо «трудного», прекрасно с ним ладили, приглашали в гости, вместе смотрели «видик», купались, загорали, в общем, занимались интересными мальчишескими делами.

Из лагерного распорядка Вовочка свято соблюдал только завтрак, обед и ужин, остальное, за редким исключением, игнорировал, самостоятельно организуя свой досуг. Педагоги злились, но терпели выходки своевольного ребенка. Пока в лагере не случилась драка между «телецентровцами» и юными конькобежцами, также проживавшими в «Волгаре». Яблоком раздора оказался «музон» на дискотеке. Кто-то «тащится» от «Продиджей», кто-то от «Скутера». Конькобежцы, понукаемые решительным тренером побеждать везде и во всем, пытались доминировать во вкусах. Вовочка в драках не участвовал, но «деревня», с которой он спелся, заняла музыкальную сторону «Телецентра». Педагоги испугались за непослушного ребенка, который все дни шляется бог знает где, и директор лагеря вызвал мать

Вовочкиной маме популярно объяснили, что ее сын может остаться в лагере, если она напишет расписку, в которой снимет с педагогов ответственность за «педагогический вывих», то бишь Вовочку. Мать, напуганная «Продиджами», «Скутерами» и конькобежными спортсменами, отказалась от сделки. Вовочка, представ пред ясными директорскими очами, торжественно обещал и клялся, что «ни в жисть» не отступится от принципов, впредь, как и раньше, будет нарушать распорядок дня, потому что деревенская вольница для него интересней «мероприятий». За что и был «под фанфары» изгнан из лагеря. Буквально за четыре-пять дней до окончания смены.

Теперь Вовочка скучает у телевизора в городской квартире и мечтает вновь увидеться со своими деревенскими друзьями, которые «всегда заступаются друг за друга, как мушкетеры: один за всех, и все за одного, а не как в городском дворе, где если одного бьют, то другие разбегаются».

Вовочкина мама разуверилась в педнауке.

– Ни в какие лагеря не буду больше отправлять сына. Не верю в их исправительные методы. Заявляют об индивидуальном подходе и персональном выявлении способностей и интересов, а на деле сплошной формализм.

Директор лагеря прямо и честно говорит, что воспитатели и психологи упустили Вовочку, недоработали, недоглядели, недостучались до его опутанной противоречиями 14-летней души. И ссылается на недостаток средств и малочисленность персонала. Да и стопроцентный результат в педагогике вряд ли достижим.

Вот так и живем: педагоги сидят без зарплаты и бастуют, дети растут без воспитания и дичают. В 13-14 лет Вовочки еще могут гулять сами по себе. В 15-16 они становятся полноправными членами группировок и дерутся не за «Продиджей», а за место под солнцем. Насмерть.

Туши свет.

* * *

P.S. В некоторых газетах сообщалось, что в свое время 15-летнего Борю Ельцина исключали из школы.

«Северная правда», 23 июня 1999 г.

Будь здоров!

У НАС ДАЖЕ ГРИППА НА ВСЕХ НЕ ХВАТИЛО,

или аптекарши… с большой дороги

Кампанейщина. Откуда она в нас: краснознаменным ветром за 70 лет надуло или по жизни мы такие? С разинутым ртом, цепенея от ужаса, тащимся от страшилок-небылиц, а потом, когда свисток