Рыжий и Полосатый - Андрей Олегович Белянин

– Кто не хотел воевать? – взвился Роберт. – Вы не хотели воевать? А кто украл у нас Порта и Ля Порта?

– Понятия не имею, – честно заявил Лемох. – Я не крал.

– А куда же они делись? Вы первыми напали на нас, и эта война – дело чести для нашего Ордена!

– Ой-ой-ой! – передразнил Лемох. – Какая патетика! Скажи лучше прямо – ты идешь в гости или боишься?

– Рыцарям страх неведом! – зарычал Роберт. – Но я должен предупредить сэра Готварда.

– Вот и отлично. Его я тоже приглашаю и всех, кто захочет пойти.

– Жди здесь, – бросил Роберт, скрываясь в воротах крепости.

Сэр Готвард отнесся к сообщению своего ученика очень внимательно. Он заявил, что во время войны такие вопросы решаются общим собранием, и все рыцари, свободные от службы, собрались у сэра Нюфа.

– Итак, нашего уважаемого сэра Готварда с его воспитанником приглашают в гости к нашим врагам. Прошу высказаться, господа, – сказал магистр.

– Я полагаю, что это ловушка! – прямолинейно заявил сэр Кросби.

– Однако, возможно, личная встреча с владыкой чертей изменит его мнение о нас, и если они не отменят войну, то хотя бы станут сражаться, уважая законы рыцарства, – меланхолично протянул сэр Льюис.

Пудель потратил уйму времени на прическу и втайне надеялся сохранить ее элегантный вид до конца войны.

– Может быть. Но, господа, – поднял лапу сэр Гай, – нельзя забывать об исчезновении двух наших друзей. Ослаблять гарнизон крепости опасно.

– Позвольте, я скажу, – поднялся сэр Готвард. – Быть может, это действительно ловушка, быть может, и нет… В любом случае это неплохой шанс узнать о судьбе наших товарищей. Опять же нельзя давать врагу повод усомниться в нашей храбрости. Я думаю, что такой поход достоин рыцаря. Чтобы не ослаблять оборону крепости, я пойду один.

– А я? – встревоженно вылез Роберт.

– Ах да! Ну, как же без тебя, малыш. Разумеется, мы пойдем вместе, – улыбнулся ризеншнауцер.

– Решено! – качнул головой сэр Нюф, а Роберт бросился к воротам с радостным воплем.

– Лемох! Мы идем!

Предательство

Когда Лемох привел своих гостей в лагерь Полын-Бурьянова, у сэра Готварда исчезли все сомнения. Достаточно было одного взгляда на ухмыляющиеся рожи чертей, окруживших троицу, как все становилось предельно ясным. «Бедный Роберт, – подумал ризеншнауцер. – Как жаль, что твоя дружба подвергается такому испытанию». Нет, сэр Готвард ни в чем не винил Лемоха, он прекрасно понимал, что наивный чертенок был всего лишь игрушкой в чужих руках. Пластилиновые черти все теснее и теснее смыкали кольцо. Наконец вперед вышел суперагент Сэм и, стараясь не смотреть на Роберта, напряженно спросил:

– Сэр Готвард, я полагаю?

– Честь имею. А вы, конечно, сэр Самюэль?

– Он самый. – У Сэма явно не хватало слов, он огляделся, как бы ища поддержки у своих, и отрывисто бросил: – Вы знали, зачем шли?

– Догадывались, – кивнул сэр Готвард.

– Тогда вы все понимаете. Мы же не дети. На веревке вас не тянули. В общем… сопротивление… бессмысленно…

– О чем вы, дядя? – удивился Лемох. – Владыка пригласил их в гости, а вы…

– Дурак! – взорвался Сэм. – Ничего ты не понял!

– Нет! – Лемох встретился взглядом с Робертом и попятился назад. – Нет! Вы не сделаете этого! Я же привел их в гости! Вы же обещали!!!

Черти разразились громоподобным хохотом. Сэму почему-то очень захотелось дать Лемоху крепкую затрещину, но вместо этого он обернулся к сэру Готварду и официальным тоном заявил:

– Вы арестованы!

– Я – гость.

– Вы арестованы!!

– Отпустите хотя бы щенка.

– Вы арестованы оба!!!

Хохот стал еще громче. Кто-то из генералов протиснулся вперед и со словами «Сопротивление бессмысленно!» дернул ризеншнауцера за хвост. Сэр Готвард не удостоил его даже презрительным взглядом, но Роберт… «Р-р-р-хо-хо!» Вслед за боевым кличем раздался отчаянный вопль генерала – маленький фокстерьер вцепился ему в ухо! Смех оборвался. Черти угрожающе протянули лапы, и сэр Готвард понял, что без драки не обойтись. И началось! Боже мой, как дрался сэр Готвард! Ризеншнауцер отчаянно храбр, обладает отличной реакцией, быстр в движениях и, главное, никогда не теряет головы. Многие черти в тот день пожалели, что вообще родились на свет. Старый рыцарь перекусал больше десятка чертей, поразбивал с полсотни носов и оборвал кучу хвостов с кисточками. Роберт сумел-таки отгрызть генеральское ухо – сэр Готвард мог гордиться своим учеником. Их победили только количеством. Когда Жлоб Полын-Бурьянов пожелал посмотреть на пленников, они были уже не опасны. Сэр Готвард и Роберт сидели в большой стеклянной банке, где, впрочем, уже находились и похищенные спаниели, сэр Порт и сэр Ля Порт. Тюрьма была идеальной. Во-первых, прозрачные стенки позволяли контролировать действия заключенных. Во-вторых, вылезти было просто невозможно – лапы скользили по стеклу, а высота банки делала бессмысленными все прыжки. Владыка пластилиновых чертей лениво оглядел пленников.

– Эй, Сэм! Кажется, все идет неплохо. Всего было двенадцать фарфоровых псов. Трое у нас в плену. Четверо где-то шляются, нарываясь на приключения. Итак, остается всего пять. Пять наивных старомодных дурачков надеются противостоять нам? Нам! Великому племени пластилиновых чертей! Ты не находишь это смешным, Сэм?

– Не очень, Ваше Величество. Вы бы видели, сколько наших изувечил этот сэр Готвард.

– Неужели? Что ж, войны без жертв не бывает. Окажите помощь раненым, кому надо, прилепите хвост, кому надо – нос. Безнадежных выбросить на свалку. Да, а где наш маленький герой?

Черти приволокли зареванного Лемоха.

– Что за слезы? – поморщился Полын-Бурьянов. – Надеюсь, что это не от раскаяния в своем подвиге? А, Сэм?

– Нет, это от счастья… – Что-что, а контролировать свои чувства суперагент умел, как никто.

– От счастья? Неужели? Значит, он исправляется… – заметил владыка, после чего тихо поманил к себе одного из генералов и приказал тайно следить за Самюэлем.

Сказка дяди Сэма

Итак, учитывая все события, расклад был действительно не в пользу фарфоровых рыцарей. Так и не дождавшись возвращения ризеншнауцера и Роберта, сэр Нюф и прочие извинились перед сэром Кросби, признав его правоту. Все поняли, что приглашение в гости было ловушкой. Пять оставшихся рыцарей еще раз поклялись сражаться до конца и приготовились к битве. Сэр Гауф увел свой отряд в сторону, совершенно противоположную той, где находился лагерь врага. Сбить его с избранного пути было невозможно, советов он не признавал, и надежд на его возвращение было