Пленник иллюзий - Эмма Райц

– Она ведь саморассасывающаяся?

– Кто?

– Нить.

– А… Да.

– Я всё, – Злата положила на стол иглу, остатки нити и ножницы.

– Спасибо, – просипел Фенрир, продолжая удерживать её за бёдра и пьяно разглядывать девушку снизу вверх.

Та попыталась высвободиться:

– Что это значит?

Карие глаза блуждали по женскому телу, притормаживая на самых аппетитных местах, пока не остановились на губах Златы.

– Андрей! – она легонько пихнула его в плечо. – Выпусти меня.

– Не хочу.

– Я буду отбиваться.

– Зачем?.. – Давыдов-младший перестал улыбаться и всё пристальнее концентрировался на чертах лица Златы.

– Потому что… – она неуверенно прикусила нижнюю губу и наконец-то сообразила убрать руки с широких напряжённых плеч. Но ладони как-то сами собой потянулись к лицу Андрея: Злата мягко провела прохладными пальцами по набухшей зашитой брови, а потом они, окончательно осмелев, сжали щёки Фенрира, покрытые густой щетиной. – Потому что…

Андрей тихо, почти шёпотом, рассмеялся и потащил Злату на себя, пока она не согнула ноги, примостившись на его коленях.

– Да забей… – он впился пальцами в огненные пряди на её затылке и настырно прошёлся языком по державшим оборону губам тёплым губам.

– Прекрати… – Злата успела прошептать всего одно слово, как оказалась в тесном плену, с трудом вдыхая в себя воздух.

– Неа… – Фенрир продолжал удерживать её за волосы, а второй рукой уже бесстыдно сжимал за ягодицу.

Губы Златы наконец-то капитулировали перед натиском, и Андрей ворвался голодным языком в её рот, ощущая еле заметный привкус мятной жвачки. Одновременно он поглаживал рыжую по шее и спине, пуская десятки волн мурашек.

– Андрей…

Но Давыдова-младшего было уже не остановить. Его горячие ладони пробрались под футболку Златы и прижали её к напряжённому мужскому торсу. Рыжая окончательно капитулировала и, поддавшись его напору, сладостно отвечала на поцелуй, зарываясь пальцами в тёмных волосах и изгибаясь под настойчивыми прикосновениями.

Фенрир подхватил её, словно пушинку, качнулся под действием виски, но устоял на ногах и двинулся на ощупь в сторону спальни.

– Ведьма… – опустив Злату на кровать, он прошёлся губами и языком по её шее, стащил с неё футболку и, шумно выдохнув, сжал ладонями тонкую нежную кожу вздымавшейся груди. Провёл языком по розовым ареолам и по очереди прикусил затвердевшие соски.

Длинные рыжие пряди разметались по простыне, пока Злата, подрагивая от возбуждения и закрыв лицо ладонями, часто дышала. Андрей приподнялся над ней, стянул с себя толстовку, выудил из прикроватной тумбы презерватив и, освободившись от джинсов, голодно оскалился, вновь припадая ртом к груди Златы. Желание окончательно подчинить её себе переполняло его сознание. Фенрир сдвинулся ниже и провёл языком по мышцам её пресса, прямиком к средоточию удовольствия.

Рыжая сжалась на мгновение, но под горячим дыханием Андрея расслабилась и позволила ему продолжать. Чем он воспользовался в полной мере, жадно целуя её между ног, поигрывая с нежным клитором, то лишь касаясь его кончиком языка, то грубо втягивая губами.

Дыхание Златы постепенно переходило в тихие стоны, хрипловатые и будто бы жалобные. Фенрир наращивал темп и, не прекращая сладостную пытку ртом, уже поглаживал влажную промежность. Злата повела ягодицами вверх, и пальцы Андрея оказались внутри неё. Тот усмехнулся на выдохе и ускорил точные движения языка, ощущая, как рыжую постепенно накрывали волны надвигавшегося оргазма.

– Да, детка… – кончики его пальцев оказались зажаты острым спазмом.

Злата сжалась, почувствовав, как всё её тело, будто ударенное током, вспыхнуло тысячами огоньков, как заискрилась каждая клеточка, и со стоном задрожала, пульсируя и изгибаясь. Она распахнула глаза и заметила над собой довольного Фенрира, мягко покусывающего её согнутое колено и наблюдавшего за её бурным экстазом.

– Погнали на второй круг?.. – он уже дёрнул за уголок квадратной упаковки, как рыжая неожиданно выдохнула и резко села:

– Нет уж, хорош!

– В смысле?.. – Фенрир завис с презервативом в руке. – Ты куда…

– Ты думал, прикуёшь меня к себе… И сможешь превратить… В секс-рабыню?.. – отдышавшись, Злата вскочила с кровати.

Андрей, всё ещё пытаясь понять резкую перемену в её настроении, прищурился:

– Ты, блин, охренела что ли? Минуту назад стонала подо мной, а теперь я насильник?!

– Ну… Насильник из тебя, конечно, не…

– Да пошла ты! – он раздражённо закатил глаза и, поднявшись с кровати, недовольно прошёл мимо рыжей в ванную. – Овца.

– От барана слышу, – скривилась Злата. – Я первая в душ!

– Ага, щаз! – Фенрир включил горячую воду и, уперевшись лбом в кафель, принялся механически избавляться от неудовлетворённого возбуждения.

– Тебе нельзя мочить шов, – рыжая насмешливо буркнула, примостившись на стиральной машине в ожидании своей очереди.

– Засунь себе свои советы… – Андрей закрыл глаза и быстро работал рукой, пока не кончил на пол душевой и не кашлянул, поперхнувшись от стекавшей на него воды.

– Насладился моментом? – хмыкнула Злата, когда он, не вытираясь, прошёл мимо неё к раковине.

– Ха. Ха. Ха, – Давыдов зыркнул на неё, но тут же отвернулся и протёр полотенцем запотевшее зеркало, чтобы оценить масштабы «бедствия».

Но шов оказался вполне аккуратным, никаких цветочков и прочей самодеятельности, которой можно было ожидать от Геллы после всего случившегося.

– Нахрен так делать? – прошипел Андрей, уставившись на обнажённый силуэт Златы за стеклянной перегородкой.

– А нахрен ты полез? – раздался встречный вопрос сквозь шум воды.

– Как будто тебе не было приятно?

– Я просила остановиться!

– Ну понятно. Я снова мудак, – Фенрир наспех вытерся полотенцем, швырнул его на пол и вернулся в спальню.

Голова гудела, всё тело ныло после драки, и жутко хотелось спать. Андрей недолго думая улёгся обратно на кровать и натянул на себя одеяло.

– Эй. Я тут сплю.

– Раз я сегодня козёл, то и сплю здесь я, – он «вернул» Злате неприличный жест со средним пальцем. – Хочешь – спи на диване, хочешь – ложись тут. Мне плевать. Можешь хоть на полу растянуться.

– Да пошёл ты! – рыжая схватила свою подушку и с трудом вытянула из-под Андрея футболку, в которой обычно спала. – Мудак!