Волчица, покорившая хаос - Ами Д. Плат

— Так расскажете?

— Мы путешествуем по работе. Если бы можно было, я бы никогда не покидал родной деревни. — Пустыми глазами Эол смотрел сквозь разноцветные стёклышки, будто по ту сторону окна мог найти ответы на все вопросы. Он был сам не свой после стычки.

— Как интересно! Мало кто по работе лазает на вулканы. Пожалуй, многие бы позавидовали такой необычной профессии.

Эол глянул мрачно.

— Мою родную деревню сожгли. Всю мою семью убили. Я долго скитался, пытаясь найти место в мире. А когда решил, что всё наладилось, меня лишили напарницы. Здесь больше нет богов и нет законов, но кто-то должен их восстановить.

— И это ваша работа?

— В какой-то мере…

— А девушка что думает?

— Я? Не знаю, мне кажется, мир — сложная штука. — Я вспомнила места, что показал мне Эол, и места, в которых бывала с Коити, поддерживающие улыбки, добрые слова. — Сложная, но прекрасная…

Сердце разрывалось. Так грустно, что Эол пережил столько плохого, хаотичного по своей сути. Из-за тяжкого опыта он радеет за соблюдение норм и законов. Неужели Порядок мог защитить людей от мук и лишений? Эол показал мне невероятный мир, и мне хотелось хоть немного облегчить его страдания.

— Прислушайся к ней, Эол, — сказала Лея. — Она понимает больше тебя.

Я рассмеялась, но звук напоминал нервный скрежет.

К кофе хозяйка принесла печенье с корицей и мёд. Я помогла снять чашки и тарелочки с подноса, чтобы занять руки и куда-то спрятать глаза. Отпила: обжигающий ароматный напиток меня пленил, хотелось раствориться во вкусе, но Эол выглядел хмурым, и у меня на душе тоже лежал камень.

— Так расскажете, как вы познакомились? Сделаю вам скидку.

Эол взял одно из печений в виде завитушки из песочного теста и постучал им по столу. Несколько крошек отвалилось, а он продолжал крутить сладость в пальцах, задумавшись, словно и не чувствуя манящего аромата.

Тут задняя дверь отворилась. Эол вскочил, будто только и ждал нападения. В комнате появился пожилой мужчина в соломенной шляпе и с охапкой трав, перевязанных лентами. Он широко улыбнулся и помахал нам рукой.

— Гости говорят по-французски, папа, — сказала Лея. — Оставь мяту на столе, а розмарином попозже займусь. Будешь с нами кофе?

— Наверное, мы пойдём, — объявил Эол, — времени уже много, не успеем на вершину.

— Слышал, вы цените порядок, — протянул дедушка, — быть может, не откажетесь мне помочь? Во дворе растёт дерево макадамии. Пора собирать урожай, но некому мне подсобить… Отец вырастил его из ореха, который привёз с Кубы, много лет потом я вместе с женой собирал урожай, но теперь стал слишком старый, а Лея боится высоты.

— Нам не стоит задерживаться, — попытался возразить Эол.

— Давай поможем, — тихо сказала я. Мне не хотелось покидать это уютное место и приятных людей.

— Нам нужно на вершину, времени осталось не так много.

— Мне кажется, можно остаться, — настаивала я.

— Ладно, — сдался Эол.

Мы вышли наружу. Отец Леи — его звали Рюдзин — показал дерево, красивое, раскидистое, выращенное с любовью. Какое-то время мы стояли рядом все вчетвером и молчали. Потом старик сказал:

— Были здесь ваши друзья. Тоже сперва думали, будто камень спрятан в жерле вулкана. Всю гору обшарили.

— Что? Откуда вы знаете? — Эола будто огрели по голове, и он наконец скинул свою задумчивость, туманный взгляд прояснился.

В этот момент я поняла, что больше переживала за него, чем за треклятый камень.

— Давно? Нашли?

— Так, значит, это яшма? — почти одновременно проговорили мы.

— Несколько месяцев назад. Не нашли, конечно. На что я его охраняю?

Ещё ни разу я не видела Эола настолько ошарашенным. Как если бы ребёнку дали конфету, а она оказалась неспелой сливой. Старик захихикал, глядя на его лицо. Эол беззвучно открывал и закрывал рот, развёл руками, явно желая что-то спросить, но не находил слов.

— Я дракон запада, — объяснил хозяин. — С давних пор, когда мой брат, лазоревый дракон востока Сэйрю, погиб у меня на руках, яшма хранится у меня.

В старых сказках, что рассказывают детям на ночь, драконы ещё живы, но на Тростниковой Равнине их давным-давно никто не видел, и теперь встретить это сверхъестественное существо в простом человеческом облике на Равнине Высокого Неба было так странно, что мы с Эолом оба не знали, что сказать. Я с трудом выдавила:

— Но вы не можете быть в этом мире!

— Давным-давно, когда силы Хаоса впервые предприняли попытку уничтожить существующий Порядок, они не были так осторожны, как сейчас. — Голос звучал ровно и спокойно, а в карих радужках и прищуре читались гордость и грусть. — Они напали неожиданно, беспощадно. Убивали людей, стирали с лица земли тех сверхъестественных существ, что вставали на защиту смертных. Мы с братом изгнали их из нашего мира. Ценой собственной жизни он запечатал врата, чтобы никогда больше эти мерзавцы не смогли пробраться к нам. И я навеки остался заключён на Равнине Высокого Неба.

Рюдзин приобнял за плечи дочь.

— Если вы восстановите первозданный Порядок, я вернусь домой, покажу Лее родные края. А Хаос будет навсегда изгнан из обоих миров.

Он достал из кармана красный камень с чёрными прожилками, тот лежал без шкатулки или хотя бы какой-то тряпицы. Рюдзин не говорил с благоговением, не окружил появление артефакта таинством. Это был всего лишь небольшой кусочек породы, меньше моей ладони. Неужели так выглядел волшебный могущественный артефакт?

— Он действительно исцеляет и восстанавливает? Почему вы не спасли брата? — заинтересовался Эол. — Яшма могла закрыть брешь меж миров?

— Брат охраняет ворота, там его вечный покой. Кто я, чтобы противостоять судьбе? Истинная сила артефактов проявится, когда соберёте все три предмета вместе. К тому же не стоит использовать их в личных целях, это никогда не приводит к добру.

— Только для победы, — словно эхом отозвался Эол.

— Не знаю, — отозвался Рюдзин. — Но мне говорили, магия покидает артефакты, если использовать их неправильно.

На лице Эола было написано всё: решимость, неотступность, даже готовность пожертвовать жизнью ради победы над Хаосом. Мне показалось, его растрогала история дракона, а дракон почувствовал то же, что и я. Эол — настоящий герой. Но, к моему удивлению, Рюдзин вложил яшму в мою ладонь.

— Прислушивайся к ней, парень. Она понимает, как течёт время и из чего складывается Порядок.

Я чувствовала замешательство, потому что ничего такого не понимала, но возражать дракону было бы глупо.

Мы с Эолом остались с ними до конца фазы новолуния, чтобы помочь собрать орехи. Рюдзин сказал, что в