Песнь для Демиурга - Ольга Морох

— Ящер сказал мне что ждёт «Струны» на играх, — снова пришлось соглашаться.

— Да, я тоже слышала об этом, — Райен кивнула, — Но Лорели говорит, они вряд ли будут атаковать лоб. Скорее надо ждать скрытой атаки.

— Это как например? — Нае даже позабыл, зачем он здесь. Отвлёкся, отпустил полотно, вызвав возмущённый возглас в свою сторону.

— Они же пытались уговорить тебя? — Райен понимающе улыбнулась. — Возможно сделают это снова.

Глава 12. Похищение

— Хочешь сказать, всё затевается из-за меня? — рассмеялся Нае, — да брось, я даже эхо-лиру удержать не могу. Кому нужен бездарный энуар?

— Можешь смеяться, — дева отчего-то не поддержала веселья, — но с одним фактом ты точно спорить не станешь, для Хора сейчас ты — необходимость. У нас был очень долгий перерыв когда здесь были только люди. Лорели рассказывала. Хор ослаб. И защита Эхо тоже. Дардот пыталась сделать хоть что-то, но у неё ничего не вышло. И они это знают. Все это знают.

— Как это работает? — веселье сошло на нет, а кое-кто начал прислушиваться к разговору. — Все говорят об этом! Но никто не знает, как это работает! А Ящер меня вообще ненавидит!

Гул голосов вокруг стих, и всё внимание обратилось к энуару. Нае оглянулся. Каждый смотрел с любопытством. Даже Келвин, даже Финнит у дальнего стола. Чего они хотят? И что желают услышать?

— Я эхо-лиру не смог удержать, — признался Нае громко, чувствуя, как рушится под ним хрупкий пьедестал, на который его возвели и поставили, как безмолвную куклу, — я не понимаю, чего вы все от меня ждёте!

— Но это пока, — Райен улыбнулась ободряюще, и остальные неловко вернулись к своим занятиям. — Всё впереди…

— Но игры уже завтра, Райен, — Нае вдруг разозлился на себя, на своё несовершенное тело и на Ящера за то, что не смог объяснить как следует, как работает инструмент. — Все может случиться уже завтра!

— Нае… — не хотелось слушать, что она скажет. Все эти слова ободрения и утешения ничего не стоят! Нае отшатнулся от неё и поспешил уйти. — Постой!

Чему-то всё-таки Вирон научил своих учеников. Нае прошептал песнь скорости и его быстро унесло прочь от гомонящей компании. Куда? Прочь. Подальше от чужих ожиданий. «Мои ожидания ос-станутс-ся моими». Вирон хотя бы честен. Честно признался, что видит перед собой всего лишь объект для своих опытов. «Как отреагирует энуар вот на эту вытяжку? А на эту? Станет сильнее или умрёт?» От таких мыслей стало ещё гаже. Показалось, внутри Эхо невозможно найти покой. Его можно обрести лишь снаружи. Неясное томление в груди гнало Нае наружу. Сейчас, немедленно. Нельзя в ворота, но можно выйти на галерею. Там можно успокоиться и остыть.

Нае выскочил на улицу, в галерею под холодный ветер и начинающийся снег. Долина погрузилась во тьму, потому что Братья уснули, а изломы скрылись за облаками, просвечивая едва видными полосами света. Холодно. Нае обнял себя руками, но возвращаться отчего-то казалось преждевременным. Надо остыть. И подумать. Шаги по занесённой колкими снежинками галерее отзывались во всём теле хрустом ломающихся стен. Слишком громко. Всё здесь слишком громко. Завыл ветер где-то в стенах, а после и зверь, поселившийся в лесах на склонах повторил вслед свой зов.

— Сюда… — шепнул ветер и швырнул снежинки прочь, в другую сторону. Нае оглянулся. Он один? Да, один. Не ветер же с ним разговаривает.

— Поспеши… — и снова порыв, норовящий уронить на пол. Холодно.

— Эх-хо? — Всё-таки глупо было выскакивать на улицу без одежды. Зачем он это сделал? Что за помутнение? Но нет ответа, только ветер и ночь. Нае вдруг понял, что не знает как вернуться. Впереди и за спиной — бесконечная галерея, огороженная каменной балюстрадой. Кажется, восточная. Здесь два входа, должны быть. Но их нет! Ничего нет кроме бесконечной галереи и холодной ночи.

— К нам… — где-то вдалеке, где долина стекает к реке показались огни, целая вереница огней. Они плыли один за другим в странном танце, поднимались и опускались к вершинам деревьев. И постепенно приближались. Нае подошёл ближе к ограждению, не веря глазам. Там кто-то есть? Кто-то помимо обитателей Консонаты? Всегда были? Кто они?

— К нам… — послышался хрустальный девичий смех, превратившийся в одночасье в рёв ветра. Энуара швырнуло спиной на стену. Что происходит? Почему реальность стала такой растяжимой? Податливой, пугающей и нереальной?

— Найрис? — чей-то голос позвал его, но как-то неуверенно. Чей-то очень знакомый голос из прошлого, и он обещал забвение и покой. Никаких изнуряющих упражнений и выматывающих практик. Только тишина…

— Иди ко мне… — Нае был почти готов. Почти… Произнести ноту для воздушного моста, и можно попасть на ту сторону, где неизвестный плакальщик больше никогда не будет один. — Скорее… Я помогу тебе…

Ветер взвыл, протестуя против одиночества, но в ответ ему вознеслась боевая песнь, искрящая во все стороны смертью. Это Нае скорее почувствовал, чем увидел, потому что перед глазами плясали огни. Вверх и вниз. Воздух взорвался тысячью игл, каждый вдох превратился в испытание.

— К нам… — ветер ревел, отплёвывался копьями льдин, выстуживал нити дара, превращая их в реки льда. Нае захлёбывался дыханием, а рядом кто-то сражался с ветром, отбивая ледяные руки от энуара.

— К нам…

Хотелось молить о пощаде. Всё вокруг слиплось в единую мешанину из звука и холода. Воздух взрывался звуками, парализовал холодом, кажется звучал резонирующий кристалл или эхо-лира.

К такому испытанию он не был готов.

— Вот ты где… Уходим! — чьи-то ледяные руки подняли замёрзшее тело на ноги. Нае едва мог видеть, но почувствовал, что этого человека в Консонате он не встречал. Откуда он здесь? Эхо пропустил его? Почувствовал, как его, как мешок положили на плечо и понесли куда-то. «Что скажет Вирон», — последнее, что пришло в голову.

*****

— Ох, хитрец…

— Никогда бы не подумал…

— Готовьтесь…

К чему готовиться, и кто из них хитрец, — думалось в полубреду. Нити дара горели после пережитого, щедро делясь леденящим огнём с остальным телом. Вокруг ощущалось постоянное движение и мешанина из звучаний чужих, незнакомых людей и нелюдей. От какофонии в голове и теле в желудке рос тяжёлый ком, готовый вырваться от любого движения. Что произошло? Воспоминания медленно возвращались, расставляя фигуры на новой доске.

Неясным зовом его повлекло наружу. А потом случилось непонятное. Он видел огни и слышал зов. Ветер превратился в ледяного гиганта и сражался с кем-то, кого Нае не видел. А Эхо не смог ему противостоять. Это посмертие? Говорят, энуар обращается в кристалл после смерти. Руки и