Теневой раб. Том 5: Ночь ужаса - Guiltythree

Что он должен был делать?

'Будь оно всё проклято…'

Пока Санни изучал лица своих солдат, Белль, Дорн и Самара коротко переглянулись между собой.

Затем крупный мужчина посмотрел на Санни и слегка покачал головой.

Не было произнесено ни слова. И всё же на мгновение Санни показалось, что его сердце пронзило острое лезвие.

Он опустил голову, а затем посмотрел на профессора Обеля. Старик встретил его взгляд, и несколько секунд они оставались неподвижными, словно ведя безмолвный разговор.

Наконец Санни взглянул на толпу испуганных беженцев, толпящихся за линией барьера и отчаянно пытавшихся спастись.

Он вздохнул.

'Как… ужасно. Какого чёрта я захотел стать офицером? Боги… никакие очки вклада того не стоили'.

Затем Санни выпрямил спину и уверенно произнёс:

«Бет, профессор Обель. Вы идёте первыми».

Бет бросила на него испуганный взгляд, но старик мягко подтолкнул её вперёд. Они прошли мимо Наева, и девушка первой пересекла линию.

Однако как только она это сделала, профессор Обель молча сделал шаг назад.

Одновременно с этим Санни подтолкнул Ким и Ластера. Но его толчок был не слишком мягким. Ким споткнулась, проскочив мимо Наева, и они тоже оказались по другую сторону линии.

Барьер с визгом поднялся, и стена из металлической сетки отрезала пирс от остальной части порта.

Санни, профессор Обель, Самара, Дорн и Белль оказались по одну сторону.

Ким, Ластер и Бет — по другую.

Девушка в замешательстве обернулась. Когда она увидела старика за оградой, её глаза расширились.

«Профессор! Что… почему вы…»

Профессор Обель улыбнулся.

«Всё в порядке, Бет. У нас уже был этот разговор, помнишь? Перестань упрямиться и прости этого старика. Ах, мои старые кости действительно не выдержат ещё одного путешествия…»

Она в бешенстве схватилась за сетку.

«Нет, нет! Вы не можете! Как вы могли?!»

Он вздохнул.

«В лучшем случае мне осталось жить всего несколько лет. Бет… Я мог бы многого добиться в этой жизни, но она подходит к концу».

Старик усмехнулся.

«Дай тебе время, и ты добьёшься ещё большего. Ты что, думаешь, будто в твоём возрасте я уже был гениален? Боги, нет! Я едва умел завязывать шнурки. Это привилегия — позволить кому-то молодому занять моё место… особенно такой, как ты или вон та Пробуждённая Ким».

Бет смотрела на него несколько долгих мгновений, её глаза блестели от слёз. Затем она повернулась к Санни:

«С-Санни… что, что насчёт…»

Он усмехнулся.

«Со мной всё будет в порядке. Ты как будто меня не знаешь. В моём теле нет ни одной самоотверженной косточки, так что тебе не стоит беспокоиться о моей безопасности».

В этот момент Ким наконец заговорила:

«Капитан…»

Санни посмотрел на неё и нахмурился.

«Ты защищаешь Ластера и Бет. Кто знает, что произойдёт? Убирайся отсюда к чёрту и поднимайся на борт, Ким. Это приказ».

Он на мгновение замолчал, а затем добавил:

«Кроме того я, чёрт побери, майор!»

И на этом всё закончилось.

Вскоре Ким, Ластер и Бет сели на паром и были доставлены на возвышающееся судно.

Санни и остальные остались в обречённой осадной столице. В Фалькон Скотте.

…Воздух становился всё холоднее и холоднее.

Глава 1055: Падение Фалькон Скотта (73)

После того как всё было улажено… Санни не знал, что делать. Профессор Обель хотел пока вернуться в общежитие, поэтому Санни попросил Белля, Дорна и Самару отвести старика туда. После этого они должны были вернуться в казармы.

Оставшись один, Санни несколько минут оставался неподвижным, а затем с помощью Теневого Шага пробрался на корабль Наева. Установка привязки не заняла у него много времени. После того как невидимая метка была создана, он тем же способом вернулся в портовую крепость.

Уже наступила ночь… конечно, здесь, в Антарктиде, ночь и день были абсолютно одинаковы во время долгой зимы. Тем не менее, это означало, что Зимний Зверь прибудет не раньше, чем через двенадцать часов, и не позже, чем через сорок.

Санни медленно направился к лифтам. Никто не двигался в противоположном от порта направлении, поэтому ему не пришлось протискиваться сквозь толпу. Он просто медленно шёл, время от времени отходя в сторону, чтобы пропустить машины. Лифты тоже поднимались совершенно пустыми.

Его одинокая фигура испугала толпу людей, ожидающих платформу на верхней пересадочной станции. Санни бросил на них тяжёлый взгляд, а потом вздохнул и растворился в тени. У него не было никакого желания снова пробиваться через толпу.

Чтобы тратить как можно меньше эссенции, он просто скользнул в темноту и появился в некотором отдалении, в тени городской стены. Затем, воспользовавшись лифтом, он поднялся на стену и, наконец, выбрался из охваченного паникой моря людей.

Отсюда он мог видеть просторы города. Фалькон Скотт был погружён во тьму и в то же время освещён ярким искусственным светом. В морозном воздухе танцевали снежинки, а над всем этим, словно небесная река призрачного пламени, клубилось призрачное полярное сияние. Высоко над головой холодно сверкали бесчисленные звёзды.

Санни несколько мгновений смотрел на это сказочное зрелище, а потом вздохнул.

'Почему это выглядит так… красиво?'

По другую сторону стены находился океан. Он мог видеть порт внизу, переполненный людьми, и одинокий линкор, возвышающийся над тёмными водами. Санни пошёл по стене, не сводя глаз с корабля.

На стене стояли солдаты. Как ни странно, никто из них не спешил покидать свой пост. На самом деле он чувствовал странное настроение, пронизывающее воздух — внизу толпа беженцев была почти неистовой, а здесь, на стене, члены Первой Армии выглядели почти спокойными.

И это было не покорное спокойствие отчаяния, а просто… неприкрашенное спокойствие людей, прошедших через ад и не боящихся его конца.

Вскоре он услышал, как один из солдат сказал:

«Смотри! Он движется».

Санни тоже увидел это. Линкор наконец отчаливал. Титаническая цепь загрохотала, поднимаясь, и вскоре показался массивный якорь. Затем гигантское судно начало медленно двигаться, удаляясь от порта.

Его отплытие вызвало крики людей, собравшихся в крепости, и звуки их голосов долетели до его ушей.

Хриплый женский голос ответил солдату:

«Бедные ребята… ах, как мне их жаль. Чертовски холодно».

После недолгого молчания снова зазвучал первый мужской голос:

«Ага. Надеюсь, у кого-то в порту хватит ума раздать им еду, одеяла и что-нибудь горячее. Кстати, о выпивке… дайте-ка сюда эту штуку…»

Санни нахмурился.

'Стоп… а разве эти голоса не кажутся знакомыми?'

Он посмотрел на пару болтливых солдат. Один из них был мужчиной в форме Первой Армии, другая — Пробуждённой женщиной в красивой