Налле Лапсон и Тяпка - Йоста Кнутссон

И Налле Лапсон удалился, без конца кланяясь. На улице его ждал Тяпка.

— Ну-у? — спросил он с нетерпением. — Как? Отпустила? В смысле… мы едем?

— Едем, — подтвердил Налле Лапсон. — Дело наше бифф! Чтобы не сказать буфф!

Тяпка радостно завилял хвостом.

— Но прежде чем ехать, надо много чего утрясти, — сказал Налле Лапсон. — Я решил, что для начала мы поедем на поезде, а на него понадобятся билеты. А еще нужно будет сходить со всеми попрощаться. Чтобы знали, что мы отправляемся в путешествие!

— Надеюсь, нас ждет множество приключений! — воскликнул Тяпка.

— Я тоже надеюсь, — согласился Налле Лапсон. — А еще я надеюсь попробовать по пути как можно больше всякого меда.

Глава четвертая. Медвежий билет, пожалуйста

— Жалко мне тебя, свинья-копилка, но придется тебя разбить, — вздохнул Налле Лапсон.

Монет в копилке оказалось немало, и серебряных, и медных. Налле Лапсон пересчитал их трижды. В первый раз получилось шестьдесят восемь, во второй раз — пятьдесят три, а в третий — восемьдесят девять монеток. Налле Лапсон почесал в затылке.

— Никак не сосчитаешь, Налле Лапсон? — спросила Лотта.

— Не то чтобы совсем уж никак, — ответил Налле Лапсон, — но меня это не увлекает. И не нравится, что деньги такие необязательные.

— В каком смысле? — не поняла Лотта.

— Ну, их то больше, то меньше — порядка никакого. Будь я монеткой, я бы постыдился так себя вести.

— Давай-ка я тебе помогу сосчитать, — предложила Лотта.

— На здоровье, — сказал Налле Лапсон. — Не то чтобы мне это было так уж нужно, но если тебе хочется, то не буду мешать.

Лотта пересчитала все монетки — тоже трижды. И все три раза их оказалось шестьдесят четыре.

— Но главное — не сколько тут монет, — сказала Лотта, — а сколько денег.

— А разве это не то же самое? — удивился Налле Лапсон.

— Нет, ведь бывают монеты в целых сто крон, а бывают всего в одно эре.

— Какая необязательность! — покачал головой Налле Лапсон.

Лотта сосчитала деньги, и выяснилось, что всего их у Налле Лапсона тридцать девять крон и двенадцать эре.

— Могу я взять их все? — спросил Налле Лапсон.

— Бери, — сказала Лотта, — только береги их, пожалуйста.

— Я буду их страшно экономить, — пообещал Налле Лапсон. — Когда я вернусь, у меня еще крон пятьдесят точно останется.

Налле Лапсон отправился на станцию и постучал в окошко билетной кассы. Поначалу за этим ничего не последовало, да и потом тоже, но в конце концов в окошке показалась голова начальника станции господина Станса.

— Между прочим, мне пришлось встать из-за стола, — сообщил он, стряхивая с усов хлебные крошки. — Я, между прочим, завтракаю.

— Я заметил, — сказал Налле Лапсон. — У господина Встанса яичный желток на правой щеке. Или на левой, это смотря откуда смотреть.

— Ты меня побеспокоил, чтобы это сообщить? — сердито спросил начальник станции.

— Есть такой момент, — ответил Налле Лапсон. — Но еще я бы хотел поехать на поезде. Если это вас устроит.

— Поездка на поезде стоит денег, — сообщил господин Станс.

— Я знаю, — ответил Налле Лапсон, — и я бы хотел поехать за вот это.

И протянул зажатые в кулаке деньги. Их было ровным счетом восемь крон.

— Медвежий билет, пожалуйста, — уточнил Налле Лапсон.

— Восемь крон стоит билет до Вестерчёпинга. Берем?

— Отлично, — сказал Налле Лапсон. — Всю жизнь мечтал увидеть Вестерчёпинг.

Он получил билет, но уходить не спешил.

— Что-нибудь еще? — спросил начальник станции. — Или я могу продолжить завтрак?

— Видите ли, — сказал Налле Лапсон, — тут такой момент. У меня есть одна знакомая собака, которая, насколько я знаю, намерена поехать со мной. Это возможно?

— Тогда понадобится собачий билет, — сказал господин Станс. — Либо везите ее в корзинке — тогда это бесплатно.

И с такими словами начальник станции господин Станс захлопнул окошко.

Глава пятая. Ты поедешь в корзинке

— Я пришел сообщить тебе неприятную новость, — сказал Тяпке Налле Лапсон. — Ты поедешь в корзинке.

— В корзинке? — переспросил Тяпка.

— В корзинке! — подтвердил Налле Лапсон.

— Типичный случай, — сказал Тяпка. — Ходишь тут, радуешься, что мы с тобой отправляемся поразмяться, и вот являешься ты и говоришь, что я поеду в корзинке.

— Придется, — сказал Налле Лапсон. — Иначе выходит слишком