Тайный код Петербурга - Александр Леонидович Мясников

По Петербургу ходило множество сплетен о происхождении «графского проказника». Версии были разные. Одни утверждали, что чёртик был подарен Шувалову в Швейцарии, где граф гостил до постройки дворца. Другие уверяли, что рогатый был втайне подброшен в багаж графа и таким образом доставлен в Северную столицу. Третьи доказывали, что «проказник» сам проник в багаж графа, когда тот путешествовал по Европе. Но все сходились на том, что происхождение нечистого – иноземное.

Конечно, были те, кто не верил в существование посланника преисподней. Хотя их неверие лишь подтверждало старую истину: главная заслуга сатаны в том, что сумел убедить многих, будто он не существует.

Кстати, историю «графского проказника» изложил в книге «Петербургские забавы», изданной во французском Лионе в 1832 году, бывший камердинер Шувалова Пьер Бернар. Бернар же поведал и о том, как закончилась эта история с гостем из преисподней.

Когда Иван Иванович, по словам отставного камердинера, понял, чьих это рук дело, то решил избавиться от непрошеного гостя. Но все попытки оказались тщетны.

Тогда-то граф, отчаявшийся прогнать докучливого «жильца», совершил паломничество в Троице-Сергиеву лавру.

Известно, что братия лавры издавна специализировалась на борьбе со всякого рода нечистью. По-научному эта деятельность называется «экзор-цизм». В старину на Руси этому мудрёному заморскому термину соответствовало более простое определение – «изгнание бесов».

Там, в лавре, монахи дали графу неожиданный совет. Они порекомендовали Шувалову обзавестись чёрным котом. И объяснили: мол, два нечистых под одним кровом не уживутся.

И совет оказался правильным – русский кот одолел иноземную нечисть.

Но, покинув дворец, посланник преисподней, естественно, не спешил оставлять Петербург. Не раз и не два бывшего графского «жильца» видели в самых невероятных местах, при самых неожиданных обстоятельствах. И в самое разное время.

Возможно, что «графский проказник» сумел освоить и все ипостаси петербургского пространства. И времени. Ведь и в XXI веке отмечены случаи его появления. Правда, теперь он предпочитает шумные места, как, например, ночные клубы или проспекты. Известно, к примеру, что в минувшем году он долго крутился у дома номер 38–40 на Большом проспекте Петроградской стороны. И ведь, что важно, как всегда, сумел-таки набедокурить.

Призраки белых ночей

Существует мнение, что неповторимый историко-культурный ландшафт Петербурга сформировался в многоликости вселенской тайны бытия. Наверное, потому-то роскошные архитектурные полотна города на Неве, сотканные из призрачных линий и полутонов, по-особому сопряжены с метафизикой пространства.

Прозрачность и полутона – отличительный признак удивительного явления – петербургских белых ночей.

Городская аура превращает многие, казалось бы, привычные предметы и явления в уникальные.

Вид Зимнего дворца и старого Адмиралтейства

Даже белые ночи – в общем-то простое природное явление, связанное с географической широтой, – приобретают в городе на Неве особый метафизический смысл.

В разное время года город воспринимается по-разному.

Но особенно неповторим Санкт-Петербург летом, в белые ночи. Когда в городе не включают фонари и непривычно просторны коридоры проспектов и ладони площадей.

На набережной у Академии художеств

Белые ночи, этот краешек полярного дня, наблюдаются не только в Петербурге, но именно здесь они стали одним из символов города. Специалисты называют время белых ночей гражданскими сумерками.

Белые ночи – самый романтичный и таинственный период в Петербурге. В это время особенно торжественна гранитная одежда невских набережных. Благородным украшением каменного одеяния служат спуски к воде, охраняемые загадочными сфинксами, удивительными львами…

В облике Петербурга и днём присутствует некая изысканная декоративность, а в белую ночь она доходит до уровня высокой театральности.

Белые ночи Петербурга – это реальность и мираж. В своей туманной и сверкающей красоте город никогда не идентичен самому себе. Тени и свет сливаются и путаются, оставляя нетронутой душу Петербурга.

Днём мешает многолюдье, толпа спешит и несёт, не давая не только почувствовать, но и просто обратить внимание на знаки и значки, приметы и шорохи. Зато в тиши ночи, особенно белой, можно многое увидеть и услышать. Те же улицы и площади в пору белых ночей выглядят по-другому.

В белые ночи город на берегах Невы словно окутан жемчужно-серой дымкой.

Зыбкий сумрак белой ночи ненавязчиво уводит от сырого черновика жизни в мир иллюзорных желаний. В это время можно почувствовать, как из мозаики коротких зарисовок-впечатлений, штрихов-заметок складывается фантасмагорическая картина жизни – особой, петербургской жизни, когда исчезает грань между реальным и чудесным. Кажется, что многочисленные ангелы покидают свои привычные постаменты и парят над городом. А может быть, это всё вовсе и не кажется.

Павел I Петрович

Весь город словно призрак. В едва заметном в середине ночи сумраке – нет, это не сумрак, а лишь вуаль на глазах – мерцают золочёные шпили и купола. Отражением в воде колеблются, уже за гранью бытия, архитектурные громады, изысканные формы которых потеряли свою очерченность и стройность.

И не зря именно в белые ночи чаще всего бродят по городу призраки.

Оживают и многочисленные духи, и поныне населяющие Северную столицу.

Ведь именно в белую ночь на улицах пустого Петербурга призрак императора Петра I встретил своего правнука, будущего императора Павла I.

Легенда гласит, что как-то вечером Павел в сопровождении князя Александра Куракина и двух слуг прогуливался по улицам уснувшего города.

Вдруг впереди показался незнакомец, завернутый в широкий плащ. Казалось, он поджидал Павла I и его спутников, а когда те приблизились, пошёл рядом. Призрак обогнал путников, как бы ведя их. На ходу незнакомец сказал Павлу: «…Прими мой совет: не привязывайся сердцем ни к чему земному, ты недолгий гость в этом мире, ты скоро покинешь его. Живи честно и справедливо, по совести; помни, что угрызения совести – самое страшное наказание для великих душ».

Затем незнакомец остановился на площади у Сената и сказал:

«Павел, прощай, ты снова увидишь меня здесь».

Прощаясь, он приподнял шляпу, и Павел с ужасом разглядел лицо Петра I.

Призрак исчез на том самом месте, где Екатерина II чуть позже установила памятник Петру I – Медный всадник.

И наверное, не случайно в белые ночи у Михайловского замка чаще всего можно встретить призрак самого Павла I.

Историческая справка

Никакое другое строение в городе не овеяно таким количеством мистических и мифических историй, как этот замок на берегах Фонтанки и Мойки. Михайловский (Инженерный) замок – романтическая цитадель «русского Гамлета» –