Эльфийский талисман. Повесть о двух городах - Николай Владимиров

Они объявили вне закона некоего Райнэ, сына Атальморна, из Клана Поющей Птицы, подданного Лазурного Острова на службе у Короля Кирелиса, полковника Королевских Войск. Высокий Король Киринвэ подозрительно быстро от него отрёкся. И они объявили вне закона мага вероятности Малькааорна, выпускника и адепта Пресветлой Школы Сир, заседателя Серебряного Совета Его Величества. Вот я и задумалась — с чего это старый плут Малькааорн, вместо того, чтобы попытаться оправдаться или бежать, столь отчаянно рискует, разыскивая каких-то непонятных чужеземцев?..

* * *

Четверть стражи спустя Малькааорн покинул внешнюю галерею. Следуя за разряженным мажордомом, он словно не замечал льющегося в окна солнечного света — обычно такое солнце заставляло «ЗвёздноРождённых» недовольно щуриться. Стриженные под горшок лакеи проворно открывали двери, стражники ударяли в пол древками гуф, многочисленные придворные низко кланялись.

В погружённом в зеленоватый сумрак салоне вокруг низенького столика собралась группка «ЗвёздноРождённых». По рисунку на плащ-накидках эльфийский чародей определил подданных Короля Кирелиса из Клана Лазоревого Цветка. Сорвав с головы берет, Малькааорн поклонился. То же сделал и мажордом — ни один из «ЗвёздноРождённых» не удостоил грязных а_п_р_а_л_и даже взглядом. Эльфийского чародея это не удивило — из многочисленных обитателей дворца только красавица Аройу Рамахи та Вирми знала, кем на самом деле является Малькааорн. Для остальных он был знатным и богатым мертонским вельможей, вышедшим в отставку по возрасту, и путешествующим по вехтарийским землям ради собственного удовольствия. Проходя парадной лестницей, эльфийский чародей подмигнул молодому офицеру с похожими на пёрышки чёрными усиками. Офицер замер, словно не веря собственным глазам:

— Севи! Севи та Инма таль та Эстана! — заорал он чуть не на весь дворец. — Клянусь святым Багирми, вот это встреча!..

— Та Тоса? — «не узнал» офицера Малькааорн.

— Собственной персоной! — отступая на шаг, раскланялся офицер. — Твой давний знакомец та Тоса, вот уже год, как таль та Мисари. Но для тебя, старина, я всегда буду просто Тимо. Помнишь разбойников на постоялом дворе близь Исмати? Пернатый дракон! Не подоспей ты тогда, на одного друга у тебя было бы меньше…

В комнатёнке на первом этаже отдыхало несколько стражников. Выгнав их, та Тоса поставил на стол запечатанную сургучом бутылку и высокий железный бокал. Усевшись напротив, он выложил на глиняное блюдо несколько кусочков сыра.

— Вам не предлагаю, респати, — извинился он перед эльфийским чародеем. — Для вашего племени ароматное, десятилетней выдержки арантийское, что для нас шункийская кислятина. Но огнянка у них, спору нет, хороша. В любом случае, здесь нам не помещают. В «капитанской» у стен давно выросли ушки, а здесь кроме ругани и уличного шума всё равно ничего не услышишь…

Та Тоса покосился на забранное решёткой полуподвальное окно. Снаружи доносились голоса и грохот колёс проезжавших по набережной экипажей.

— Сам ты всё слышал? — ничуть не обиделся на холодный приём Малькааорн.

— Да, респати, — ответил та Тоса.

Сунув руку под отворот бело-синего форменного разрезного кафтана, он развязал сплетённый из конского волоса кисет. Внутри льдисто блеснула половинка к_е_л_р_о — эльфийского слухового камня. Вторая половинка этого же камня в качестве украшения была вделана в пояс Малькааорна.

Эльфийский чародей щёлкнул пальцами. Пристроившийся у порога мальчик вскочил, доставая ещё одну брошюрку желтоватых листов.

— Мне нужны эти люди, — продолжал Малькааорн. — Мне нужна эта повозка и всё, что окажется в ней. Обнаружив её, госпожа не известит меня сразу. Но искать будет — женщинам свойственно любопытство, и даже в диадеме р_а_н_р_а_м_и_л_у женщина останется женщиной…

На расстеленный платок легла тускло блеснувшая золотая монета с незнакомым носатым профилем и насечкой на ребре.

— Респати! — упав на колено, та Тоса на лету ловил руку эльфийского чародея. — Я ваш, клянусь Крылатой Заступницей и святым Багирми, клянусь святыми Ансари и Ансару, клянусь последним дыханием отца…

— Не спеши клясться, особенно последним, — оборвал его Малькааорн. — Это всего лишь аванс, а не вся плата. Если понадобится, рискуй. Если понадобится, поднимай мятеж. Госпожа отпишет на себя твои земли — в моей власти возместить потери. Связь через хозяина гостиницы «Кот и крынка», правая набережная, двести третий дом на восход. Не волнуйся, хозяин тебя узнает. У него есть телеграфный аппарат и двести хлебных «коричневых». Если понадобится, старший хозяйский сын с десятком друзей поедет с тобой или за тобой следом…

— Я ваш, респати! — повторил Тимо та Тоса. — Только не обижайтесь, но вам придётся здесь ещё немного посидеть. Никто не поверит во встречу старых друзей, если мы расстанемся сразу же…

— Перебьются, — тяжело поднялся Малькааорн. — Не забывай, госпожа Аройу Рамахи знает, кто я. Уж она-то не поверит в сказочку про случайно встретившихся дворян, на которых на постоялом дворе напали разбойники…

У дворцовых ворот эльфийского чародея дожидалась открытая коляска. На облучке подрёмывал возница в полосатом плаще, рядом смиряли лошадок трое оставшихся верными бандитов Райнэ. Сменив военное платье Клана Внутренней Гвардии на светло-коричневые кафтаны и круглые широкополые шляпы с ушками, они стали похожими на купеческую стражу или на не носящую цвета свиту мелкопоместного шайо. Устроившийся на сиденье Малькааорн приказал поднять верх — Дневное Солнце светило слишком ярко. Вокруг цокали лошадиные копыта, перекликались кучера и возницы, слышался разноголосый говор. Мимо проплывали многоэтажные дома под черепичными крышами, на балконах цвели цветы и сохло бельё, из стенных проёмов выглядывали клювастые мордочки «летающих фонарей». Днём этим живым светильникам, любившим солнечный свет не больше «ЗвёздноРождённых», нечего было делать на улицах. У набережной Вильсавы покачивались пришвартованные суда и плавучие лавочки.

Возле гостиницы «Кот и крынка» Малькааорна встретил десятник Асно та Лари. Поднявшись на верхний этаж, эльфийский чародей установил на шатком столике телеграфный аппарат. Выдвинул антенну с ромбической головкой, проверил, не западает ли клавиша ключа, положил в лоток лист бумаги. Услышав звон колокола, извещавший об окончании Предполдневья, эльфийский чародей закрутил рукоятку магнето.

Карандаш со свинцовой головкой ожил с последним ударом. «Обнаружил повозку новоприбывших, — передавал Райнэ полузабытой троичной азбукой „гумар“. — Пятьдесят полумиль, полночный закат от заброшенного замка Арнити… Да хранят тебя, дядюшка, все придуманные божки, в которых верят апрали…».

Глава вторая

Лесные путешественники

— Кланяйся! — предупредила Надя, услышав звуки рога.

Подавая пример, она первая сошла на обочину. Сбросив Анечкин рюкзачок, девушка присела — как научила её матушка Ругу, сложив руки крендельком под грудью и наклонив голову в холщёвой косынке. Подбородок утонул в вырезе серой блузы, подол домотканой светло-коричневой юбки лёг в придорожную пыль.

Что до Юры, то как всегда, он немного замешкался. Тяжеленный рюкзак, пластиковая сумка с эмблемой «le coque sportif», здешний разрезной кафтан-безрукавка, туристический топорик за поясом — с оружием