Убить Саламандру - Лидия Гулина

После нескольких секунд тишины девушка осмелилась осторожно оглядеться. Истязатель тяжело дышал, глаза осоловело смотрели будто сквозь неё. Они оба застыли. Девушка — в ожидании нового удара, а мужчина… Неизвестно, что плохого ожидал хозяин дома от обессиленной гостьи.

— Ничего не помнишь? — шуршащий шёпот прервал тишину. Взгляд мужчины затуманился, он ушёл в свои мысли.

— Не помнит… — шёпот мужчины стал ещё тише, а руки, расслабленные, опустились вниз. Огонь трепетал на накренившейся свече, но не смел сдаваться и тухнуть. — Она ничего не помнит… — последние слова сорвались выдохом из его уст, и он застыл, невидящей грузной статуей, уйдя мыслями далеко отсюда.

Это был шанс сбежать от безумного мужчины, но девушка медлила. Какая-то часть внутри неё посчитала, что так поступать не стоит. Враг успокоился, опасности не представлял, идти всё ещё непонятно куда, поэтому она решила остаться и аккуратно поднялась на ноги. Ощущая слабость и головокружение от удара о пол, девушка нерешительно подошла к мужчине.

— С вами всё хорошо? — лёгкое касание к плечу не разбудило застывшего в оцепенении мужчину, но с такого близкого расстояния она могла рассмотреть его получше в свете разгоревшейся свечи.

Щетина грубая, темная, как и короткие волосы, чей цвет до сих пор не разобрать. Оттенок глаз тоже скрывался в полумраке. Телосложение плотное, мужчина невысокий, скорее коренастый, с небольшим животиком. Одет в майку и спортивные штаны — обычную домашнюю одежду. Кольцо на безымянном пальце — женат. Других украшений или видимых татуировок не было. Когда мужчина двигался, девушка заметила, что тот припадал на левую ногу, значит травма, лучше бить туда. Стоп. Это что еще за информация? Для чего она ей? Девушка потрясла головой, отгоняя ненужную чепуху. Она не собиралась драться, а просто хотела выяснить, кто она, где она и почему этот незнакомый мужчина так взъелся на неё.

Пока она внимательно осматривала хозяина дома, язычок пламени осветил небольшой комод, стоящий прямо у двери. Яркий блеск стекла привлек внимание девушки, и она повернула голову налево. На комоде стояла небольшая рамка с фотографией, в стекле которой и отражался свет, но не успела она разглядеть, что изображено на снимке, как мужчина очнулся от своего ступора и произнёс одно лишь слово:

— Анка.

Анка. Что ещё за «анка»? Странное слово начало кружится у девушки в голове, выполняя кульбиты, и заполняя пространство собой. Девушка не понимала, о чём говорит мужчина, и в недоумении уставилась на него. А тот, очнувшись окончательно, продолжил:

— Анка, что же ты наделала?

Слёзы текли из глаз мужчины, пока он, не моргая, смотрел на нежданную в его доме девушку. А та, всё ещё не зная, что делать, решила спросить его о том, что такое «анка». Но не успела.

По голове словно молотом ударило, одновременно окатило холодной водой и выбило весь воздух из лёгких, как при спуске на американских горках. Сознание очистилось от скрежета несуществующего радио, в мыслях прояснилось. Накатило спокойствие океана перед бурей, когда голубое небо не тревожит ни одна туча, но воздух уже накаляется, источая беспокойство. И лишь одна мысль громким набатом стучала в черепной коробке, делая девушку абсолютно беззащитной перед накатившим пониманием.

«Анка. Это моё имя».

Боль окольцевала, сдавила и оглушила. Из горла вырвался стон.

«Анка — это я».

Она вспомнила.