Культ Бога Битв - Глеб Кондратюк

Всё это усиливалось проблемами внутри самого клуба. В интернете об этом практически ничего нет, но вот Жене удалось точно узнать, что сейчас среди топов клуба появилась много недовольных Князем.

— Приехали! — громко оповестил всех Илья, взбаламутив всю семью.

— Помните, о чем я вам говорил? — спросил у них отец.

— Не пялиться и не задавать глупых вопросов! — хором ответили браться и ухмыльнулись. Это была их ответочка на постоянные отцовские напутствия, которыми тот за прошедших два дня им всю плешь проел.

Взгляд отца остановился на Жене. Парень опознал его как сомнение.

— Да понял я всё, ничего такого не скажу!

Ну правда, он ведь не тот недоумок каким был раньше! С чего такое недоверие?

— Ну, хорошо.

Отец усмехнулся и, покачав головой, пошёл встречать гостей. У их семьи было довольно много родственников. После того как отец разбогател их много объявилось. С большей частью они практически не общаются и не без причины. Женя никогда не спрашивал об этом у родителей напрямую, но почти с самого детства знал, что на то есть причины.

Было конечно и исключение — семья их тёти, маминой родной сестры. С ними они проводили почти все праздники и большое событие вроде чьего-то дня рождения или выпускного всегда праздновались совместно.

Сегодняшний день приурочен к событию, которого Женя никак не ожидал: в их дружном семействе случилось неожиданное пополнение. Ещё более неожиданное чем предыдущее. В детстве он был в шоке, когда узнал, что у него вдруг стало на одну сестру больше. А теперь у него появился ещё один брат.

Тут в комнату зашли тётя с дядей. Приветствия, как и всегда были очень радостными. Женя уже и не помнил, когда их семьи собирались вместе по плохому поводу. Через пару секунд зашли и сёстры. Юля была сдержана в приветствиях, а вот счастливая Вера сжала его в не по-женски крепких объятьях. Последними в комнату зашёл их отец и, собственно, сам новый член их семьи.

На несколько секунд установилась неловкая тишина.

Женя таких людей только в Дастриусе видел, может быть. Парень оказался достаточно высоким, по крайне мере выше него самого. По-звериному крепкий, с одним единственным глазом на исполосованном лице. У Жени волосы дыбом встали, когда этот человек пробежал по нему взглядом, показавшимся каким-то… знакомым что ли?

— Здравствуйте.

Сначала он поздоровался с их мамой. Потом подошел к Илье и протянул руку, представившись.

— Тарас.

Тут у Жени в голове картинка сложилась. Но этого же просто не может быть! Как такое вообще возможно⁉ Таких совпадений не бывает!

Тарас замер напротив него, протягивая руку с легкой насмешкой.

— Давно не виделись, Мрачный Клинок.

Женя был так поражён произошедшим, что выдал самую искреннюю и честную реакцию, на какую вообще был способен:

— Да ну на***.

Глава 158

Жене прилетел мощный подзатыльник. Тарас прощал ему брань в самых редких случаях и присутствие всей семьи служило слишком отягчающим фактором, чтобы ему спустили такое с рук. Зато парень быстро вернулся в реальность и таки пожал протянутую ладонь.

— Как это вообще случилось? — спросил Женя.

Тарас в ответ просто пожал плечами.

«У вселенной есть чувство юмора» — именно такую фразу использовал бы Тарас, не пройди большая часть его жизни в Яме. После той долгой схватки на осаде Забытого Предела он вышел на улицу — проветриться. Он успел успокоиться ещё в домене Бога Битв, но осадок остался даже когда он вернулся в реальность.

Он потерял контроль над собой. В первые недели игры у него были опасения подобной ситуации, но позже, в какие бы переделки он не попадал ему всегда удавалось держать себя в руках. Но тогда он услышал фразу, слишком хорошо ему знакомую, ассоциирующуюся с одним из самых плохих дней его жизни. Окружающая обстановка тоже соответствовала: бездыханное тело Жени со вскрытым горлом, окружение группой противников, намеревающихся его добить и звуки битвы, доносящиеся откуда-то издалека.

Псы мертвы. Он убил их всех ещё в тот день, отомстив за Макки и остальных. Однако они смогли настигнуть его ещё раз таким вот необычным образом. Слишком сильно он расслабился, забыв о собственных душевных травмах, поэтому настроение в тот день у него было на редкость поганое. Не из-за пережитой боли, а из-за потери контроля над собой.

Именно поэтому, когда он, возвращаясь домой, увидел перед своей дверью Юлю, да не одну, а с Верой первой реакцией был испуг. Случившиеся было наглядным подтверждением того, что знакомится с сестрой было ещё слишком рано. Но было уже поздно. Вера сразу узнала его и мгновенно поняла почему ранее так расчувствовалась её старшая сестра.

Слёз, конечно, было много. Он даже подняться по пролету не успел: Вера просто сбежала вниз и чуть ли не прыгнула на него, крепко сжимая в объятьях. Сестра повисла на нём как жук, он её в таком положении и до квартиры донёс.

Разговор был долгим. Тарас старался сделать рассказ о свей жизни чуть менее ужасным, чем всё было на самом деле. Вышло, конечно, не очень. Достаточно было услышать «арена» и «четырнадцать лет» чтобы понять каким неудачным образом складывалась его жизнь до обретения свободы.

Осознание того, насколько сильно отличается их судьба очень тяжело далось Вере и успокаивать её пришлось пару часов. Особенно болезненным был тот факт, что она в детстве вообще забыла о нём, пусть это была и не её вина. Окончательно она успокоилась только после того, как они пообедали и Тарасу удалось переключить разговор сначала на его кулинарные навыки, а затем и на прочие свои интересы.

Правда сначала пришлось погасить волну её недовольства, вспыхнувшего, когда она поняла, насколько долго (несколько месяцев!) её старшая сестра ничего ей не рассказывала о найденном брате! Вера оказалась человеком, не сдерживающим свои эмоции от слова совсем. Когда ей было грустно — она рыдала, когда ей было весело — она смеялась и танцевала, когда злилась — высказывалась без всяких стеснений и ограничений. Впрочем, человеком она была не злопамятным и, когда первый всплеск сходил, она возвращалась к своему стандартному безобидному состоянию.

Вот и сейчас Тарасу было достаточно сказать, что это было его желание не рассказывать Вере о нём. Потом был плавный переход на осмотр местных достопримечательностей — клочков пространства, отведенных им под определенные занятия — и Вера сразу же позабыла о любых претензиях к старшой сестре.

Юля, к его удивлению, расслабилась и испытала облегчение, когда он сказал, что произошедшее на осаде не было сделано специально, для того