Наследник рода Раджат 11 - Игорь Кольцов

Кришан молча кивнул.

Он не был обученным эмпатом, но телепатия — это смежная область, и кое-чего по верхам он в своем мире нахватался.

Лезть в мысли убитого горем отца Кришан не стал, но и поверхностного эмоционального фона хватало, чтобы понять: не надо сейчас ничего говорить. Тодар и так с трудом держит себя в руках, он от любого неосторожного слова может сорваться.

И в то же время этот разговор Тодару нужен. Как ни странно, для него это был один из самых быстрых способов подвести черту под прошлым и хотя бы попробовать начать вновь смотреть в будущее.

— Я никогда не смогу нормально к тебе относиться, — продолжил Тодар. — И никогда не назову сыном, даже для вида. Но и удара в спину от меня можешь не опасаться. Я знаю, что такое благо рода. Моему сыну просто не повезло, на его месте мог оказаться любой. А ты… как бы я ни был предвзят, ты для рода практически джокер, и отрицать это глупо. В конце концов, обидно было бы состоять в полноцветном клане и не иметь доступа к этой магии.

Кришан благодарно склонил голову.

Тодар явно говорил то, что в своих мыслях прокручивал уже не один десяток раз, пытаясь убедить себя. Раньше это наверняка мало помогало. Да и не могло помочь.

А сейчас Кришан видел, что тяжесть в душе Тодара потихоньку отступает. Разумеется, он не забудет и не проснется завтра с легким сердцем. Однако эта боль больше не будет застилать ему взгляд.

— Сделай так, чтобы я мог тобой гордиться, — потребовал Тодар. — Чтобы однажды, десятки лет спустя, я мог с чистой совестью сказать: мой сын умер не зря. Твое перерождение того стоило.

— Сделаю, — твердо глядя ему в глаза, кивнул Кришан.

Тодар кивнул в ответ, встал и молча вышел из гостиной.

* * *

После того, как мы вышли из своих объектов, я связался по переговорникам с Кришаном и Абихатом и сообщил, что жду их в Лакхнау. Не то чтобы я предполагал какие-то опасности на территории страны, но лучше перестраховаться.

Шанкаре сюда добираться было бы неудобно, поэтому с побережья она поедет прямиком в столицу. А путь и Кришана, и Абихата домой все равно лежит мимо Лакхнау, так почему бы мне их не дождаться? Это недолго.

Заодно заеду проведаю слуг своего рода в Лакхнау, давненько я с ними не общался лично. Переписка и телефонные разговоры — это все-таки не то.

По пути от родовых земель до Лакхнау я позвал Астарабади в свой кабинет на колесах и поинтересовался, что он видел в черноте древнего объекта.

— Сложно сказать, — неопределенно покачал головой Астарабади. — Я знал, что ты спросишь, и честно пытался сформулировать…

— Да говори уже хоть что-нибудь, — улыбнулся я.

— Все чужое, — выдохнул Астарабади. — Когда с тобой общаюсь или с другими древними магами, этого не чувствуется. Да, вы чего-то не знаете в силу различия культур, но это нормальное человеческое незнание. Да я даже с вашей разноцветной магией нормально работаю. Она сложная, но ничего такого. А тут… у меня было ощущение, что на меня смотрит что-то огромное и безумно чуждое. Нечеловеческое.

Забавно. Это он Мир так ощутил, что ли?

— И знаешь, я, пожалуй, понял, почему боги забыты, — добавил Астарабади. — Когда ощущаешь такое, все эти мифы кажутся полной ерундой.

Неожиданный вывод. Но, в принципе, логичный.

Законодателями мод, — во всех смыслах этого слова, — по всему миру являются аристократы. А в среде аристократов — самые древние роды. То есть по большей части именно те, у кого издавна были родовые хранилища.

Если они пренебрежительно относились к остаткам религий из прошлой эпохи, то и остальные не могли это отношение не подхватить. В той или иной мере.

— А ты откуда знаешь эти мифы? — поинтересовался я.

— У меня дед был приверженцем забытых богов, — слегка улыбнулся Астарабади. — Таким, знаешь, правильным. Считается же, что к богу человек должен прийти сам. Вот дед и никому ничего не навязывал и даже не упоминал лишний раз. Только когда его спрашивали. Я пару раз спросил, когда мальчишкой был, мне любопытно было. Дед и рассказал.

Я кивнул, принимая ответ.

— И как к тебе отнеслось это чуждое и нечеловеческое? — спросил я.

— Да равнодушно, в общем-то, — пожал плечами Астарабади. — Это я к нему вроде как прикоснулся, а оно вряд ли что-то почувствовало. Ну, во всяком случае, я не заметил ответной реакции.

Это хорошо. Значит, никакого отторжения местные у системы древних объектов не вызывают. Или все-таки у Мира? Как бы выяснить, что конкретно почуял мой ближник?

— А про сам объект что скажешь? — спросил я.

— А это был не объект? — удивился Астарабади.

Да что б я знал!..

— Слушай, ну вряд ли один небольшой объект мог вызвать такие ощущения, — насмешливо произнес я. — Вся система — еще ладно, в ней много чего накручено, как я понимаю. Но один-единственный небольшой обьект?

— Нет, — вдруг решительно мотнул головой Астарабади. — Вот ты сейчас говоришь, и я отчетливо понимаю: не объект и не система. Но тогда…

— Мир, — кивнул я. — Мы, видимо, так его просто не воспринимаем. Или же для нас это не ново, Мир нас сюда призвал, в конце концов. Ну и родовая сила — это сила Мира, то есть мы привычные к ней. А тебя впечатлило на контрасте.

— Да, пожалуй, — задумчиво согласился Астарабади.

— Еще что-нибудь скажешь?

— Мы не нужны Миру, — равнодушно сообщил Астарабади.

— Ты мыслишь человеческими категориями, — хмыкнул я. — И не учитываешь разницу масштабов, скажем так. Какие-нибудь бактерии ты сам тоже не замечаешь, но это не значит, что твоему организму они не нужны.

Астарабади глянул на меня с интересом.

— Думаешь, нужны?

— Нас призвали сюда не стереть с лица земли человечество, а починить магию, — многозначительно улыбнулся я. — Значит, зачем-то нужны.

— Спасибо, успокоил, — улыбнулся Астарабади.

— Да не за что. Ты теперь со мной по всем объектам таскаться будешь, так что это в моих интересах.

— Вот прям по всем? — недоверчиво уточнил Астарабади.

— А что не так?

— Много их,