Психикон - Валерий Муллагалеев

С. Д.: Технологии создают сенсорную иллюзию, только и всего. Сам же эффект погружения зависит не от ресурсов компьютера и костюма виртуальной реальности, а от качества влияния игрока на игровой мир. То есть от того, как мир откликается на действия игрока. В этом и заключается искусство геймдизайна.

Но неверно считать, будто игра – это аттракцион, а игрок – это ключ, которым аттракцион запускается и устраивает приключение. Наоборот. На самом деле, грандиозный аттракцион – это сам человек, со своими эмоциями, чувствами, мыслями и фантазиями, а игра – это маленький ключик, задача которого запустить реакцию во внутреннем мире человека. В конце концов, подлинное место действия – это не виртуальная реальность и даже не так называемая действительность.

TVG: Что же это за место?

С. Д.: *улыбается*

Интервью с Сергеем Дедаловым, ведущим геймдизайнером FVR-MMORPG "Сандарум Онлайн", часть 1/7

Такси остановилось у четырехэтажного здания, выполненного в стиле хай-тек. Кристина вышла из машины и застыла перед воротами с домофоном. Не смущаясь черного зрачка камеры видеонаблюдения, она достала из сумочки плоскую фляжку, украшенную глянцевыми наклейками, как пенал школьницы. В руках хмурой, но симпатичной женщины под сорок фляжка казалась случайным веселом аккордом посреди минорной мелодии. Кристина сделала глоточек коньяка и прокатила его по нёбу. Малая дозировка добавит серотонина и повысит настроение, а в сложившейся ситуации это не помешает.

За огороженной территорией раскинулись газоны, пересеченные сетью мощеных дорожек. Над пустующими лавочками уже зажглись фонари, опережая летние сумерки. Она никогда не бывала у мужа на работе – посторонним нечего делать в научно-исследовательском институте, тем более частном. Но сегодня она приехала не только к нему, но и к брату. Она до сих пор продолжала сомневаться, правильно ли поступила, что согласилась перевести Аркадия из больницы сюда.

В блестящем и пахнущем аптекой вестибюле ее встретил не охранник и не главная медсестра, а нечто среднее. За столом регистратуры, окруженный дисплеями, сидел крупный рыхлый мужчина, похожий на санитара из психушки, но интеллигентного вида и с телефонной гарнитурой.

– До свидания, – сказал он.

Кристина не сразу поняла, что он ответил идущему к выходу сотруднику. Она представилась и на просьбу предъявить документы выложила на стойку паспорт. Администратор вернул его вместе с пластиковой карточкой.

– Вот временный пропуск, Кристина Львовна. Вам на третий этаж, кабинет 314. Возьмите бахилы у гардероба.

Острые каблуки пронзнили бахилы уже через пару шагов. Когда она вошла, мужа на месте не оказалось. В глубине узкого прямоугольного кабинета у закрытого жалюзи окна стоял стол с тремя огромными мониторами. Левая стена была полностью из прозрачного стекла, с такой же дверью, а за ней…

Кристина подошла в упор и прикоснулась кончиками пальцев к прохладной гладкой поверхности. К кабинету Кирилла примыкала больничная палата, освещенная люминесцентными лампами, а в центре на кушетке лежал брат. Аркадий, известный в игровом сообществе под ником Карахан.

Он был прикрыт до подбородка простыней, вокруг громоздилась медицинская аппаратура. Кристина зацепилась взглядом за черный дисплей, отображающий пульсирующий график и столбик чисел. Когда-то Аркадий играл целыми днями, а теперь находился в коме уже два месяца, и костюм виртуальной реальности сменили медицинские датчики. На прошлой неделе Кирилл уговорил ее привезти брата сюда, в НИИ экспериментальной психологии. Она заметила, что здесь ему обрили голову. Какой-то неизвестный аппарат тянул к черепу провода и держал его, словно осьминог, впиваясь присосками-датчиками. Кристина передернула плечами.