Семь желаний Ани - Ольга Лукас

Остальная комната была общей. Как хорошо было тогда! Безоблачно, как говорит бабушка. Варя придумывает игры. Варя читает на ночь. Варя отдаёт свои старые игрушки и терпит Анины шалости. С Варей можно поговорить о том, чего родителям знать не надо.

Но всё сломалось, когда Варя пошла в выпускной класс.

Чтобы старшая сестра спокойно готовилась к экзаменам и поступлению, за лето детскую перегородили пополам шкафами и книжными полками, которые прежде стояли вдоль стен. В каждой половине комнаты осталось по окну и по два рожка люстры. Вдобавок Аня и Варя получили по одинаковому торшеру, чтобы включать свет по своему усмотрению.

Двухэтажная кровать осталась на половине Вари, Ане купили новую, одноэтажную. Зато Ане достался весь шкаф с игрушками и ещё целый стеллаж для книг и разных штуковин.

Когда комната была общей, по ней были равномерно распределены Анины вещи. Не разбросаны, а именно разложены в понятном и логичном порядке. Только Варе порядок логичным не казался. Она бы половину вещей выкинула, а другую — перемыла и убрала. Не жалея воспоминаний, Варя освобождала свою жизнь для нового и прекрасного, как она говорила.

Когда комнату поделили, на Вариной половине воцарилась медицинская чистота, а на Аниной разместились все те вещи, которые раньше лежали везде. Там и сям притаились уютные воспоминания о детстве, которое собралось уходить, но потом задержалось на пороге.

— Наведи порядок в своей жизни, в своей комнате и в своей голове! — наставляла Варя, заглядывая сюда.

— Добавь в свою комнату жизни — и живи! — отвечала Аня.

Вход на свою половину Варя завесила плотным куском ткани — раньше это было покрывало на кровати прабабушки и прадедушки. Аня ничего занавешивать не стала. Она всё ждёт, что сестра зайдёт поиграть в настолки.

Но у Вари теперь другие игры. Сначала она училась, чтобы поступить. Теперь учится, потому что поступила. И постоянно приводит в гости новых и старых друзей.

Аня слышит каждое слово на половине сестры, но та словно не понимает, что это мешает жить. «Уйди к себе и включи музыку в наушниках!» — говорит Варя.

Как будто не ясно, что и через наушники всё слышно. Если убавить звук и как следует прислушаться.

А ведь ещё недавно всё было так хорошо! Рядом — заботливая сестра. В подъезде напротив — лучшая подруга и одноклассница Полина. Чтобы помахать ей рукой, просто так, надо было подойти к кухонному окну — а Полина подходила к окну своей комнаты.

Теперь Аня видит Полину в окне только случайно.

В начале этого года родители потребовали, чтобы Полина бросила конный спорт и занялась нормальным делом, то есть пошла на эстрадный вокал. Это перспективно. Там не навоз лопатой месишь, а знакомишься с нужными людьми.

Перспективный вокал очень изменил Полину. У неё прямо сразу выключились старые интересы — теперь это всё «детский сад» — и возникли новые. Появился ли при этом божественный голос и идеальный слух — неизвестно. Полина для Ани не пела и записей не присылала. Зато присылала ссылки на статьи о том, что надо всё бросить и следовать за мечтой или выйти из зоны комфорта и стать лучшей версией себя, добавляя многозначительное: «Прочитай, и ты поймёшь…»

Сама Полина, наверное, понимала в этих статьях не всё. Поэтому студийные подруги, следуя за мечтой и становясь лучшими версиями себя, не всегда брали её с собой. Полина теперь каждые выходные ждала — позовут или нет? Если не позовут — в качестве запасного варианта всегда есть Аня.

Полина ждала. И Аня ждала.

В школе Полина с Аней ещё общается — скорее для вида, для других, будто ничего не изменилось и они дружат. Потому что если ты ни с кем не дружишь, ты в трёх шагах от того, чтобы стать невидимкой. Раз — ты одна сидишь за своей партой. Два — тебя начинают обходить стороной. Три — тебя замечает только учительница, когда хочет вызвать к доске. А для одноклассников тебя больше нет.

Раньше бы такая «дружба напоказ» не прокатила. Раньше, чтобы тебя уважали в классе, нужно было на вопрос «Кто твоя лучшая подруга?» быстро ответить «Полина!», и чтобы Полина тут же, опережая тебя, выкрикнула: «Аня!»

Теперь никого не волнует, кто твоя подруга, главное, что на перемене ты не одна и с кем-то тусуешься, пусть даже третьим лишним.

Важно — в кого ты влюблена.

Хорошо, если есть какой-нибудь парень, который тебя комментирует и лайкает. Это может быть кто угодно, лишь бы тебя не поймали на обмане.

Таня из их класса завела аккаунты своим младшим братьям — «на вырост», лайкала себя от их имени и комментировала. Но один раз забыла перелогиниться, девчонки сделали скрин, и всё открылось.

Если никакого парня поблизости нет, можно сказать, что ты влюблена в видеоблогера.

Аню это очень выручает. Она говорит всем, что влюблена в книжного блогера и читает все книги, которые он рекомендовал. На самом деле она влюблена в книги, а с блогером у них просто схожие вкусы.

У Полины тоже никого нет, поэтому она говорит, что влюблена в голос сэйю[2] Дзюнъити Сувабэ. Сегодня Полина и Аня собирались (в стопятьсотый раз) смотреть анимэ, которое он озвучивает. Но потом про Полину вспомнили эстрадные звёзды: Аня видела утром в окно, как подруга в яркой лёгкой куртке, без шапки («опять без головы» — как говорит бабушка) бежала через двор. Аня написала ей в ватсап: «Какие планы?» Потом отвлеклась. Потом увидела надпись: «Данное сообщение удалено», — значит, Полина что-то ответила, а потом стёрла. «Тебя ждать?» — спросила Аня. Ответа не получила. До сих пор.

Когда про тебя забыла лучшая подруга, которая лучшая только для тебя, а ты для неё давно уже запасной вариант, хочется немного (недели три) полежать на кровати с книжкой.

Книжку держишь в руках, вроде как читаешь, а на самом деле просто листаешь страницы, и если тебя спросят: «Что читаешь?», то первая твоя реакция будет: «Что чего?»

Лежать хочется в тишине. Или чтобы где-то далеко-далеко у соседей, в окне напротив, играла печальная флейта. Свирель. А лучше всего — лютня. Ничего подобного у соседей не играет, но иногда на пятом этаже кто-то мучает пианино.

Книжка выпала у Ани из рук, врезала ей под дых (не больно). Пианино молчало, но голоса у сестры за шкафом, не замолкавшие ни на минуту, стали ещё назойливее и громче.

«Клад! Князей! Шаховских!» — как дурное эхо из вчерашнего дня. Все его