По обычаю предков - Kass2010

— Вот как раз этого делать не стоит! — возмутился Гарри. — Дядя и тётя до сих пор вспоминают проломленную стену за камином. Как вас увидят — ничего хорошего потом не жди! Я поеду на «Ночном рыцаре», и точка!

— Не мал ещё для таких решений? — рявкнул Грюм.

— В самый раз, — резко ответил Грюму Гарри: он не был толком знаком с отставным аврором, и его внешность и голос ассоциировались у юноши исключительно с Барти Краучем и событиями на кладбище в Литтл-Хэнглтоне.

— Привет, Гарри, — мягко сказал Люпин. — Зря ты отказываешься от нашей компании и аппарации. Мы бы немножко поболтали с твоими дядей и тётей...

— Вот этого точно делать не стоит! Если хотите убедиться, что я добрался на Прайвет Драйв, кто-то один может отправиться со мной. Но только один, и в дом не заходить!

— Я поеду, — вызвалась Тонкс. — Доставлю Поттера в лучшем виде, — хмыкнула она.

Молли и Артур переглянулись, Грюм махнул рукой, а Люпин, как всегда, вздохнул.

Гермиона, Гарри и Тонкс прошли через магловскую часть вокзала на улицу и в первом же переулке вызвали «Ночного рыцаря», который появился буквально через пять минут, возникнув из воздуха трёхэтажной громадой. Из автобуса выскочил незнакомый кондуктор в красном и объявил:

— Добро пожаловать! Это автобус для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение! Взмахните палочкой и входите в салон: мы домчим вас куда угодно!

— А где Стэн Шанпайк? — поинтересовался Гарри.

— Стэн Шанпайк? — удивился вопросу новый кондуктор. — А вы не знаете? Он куда-то пропал, и его никто не может найти.

— Печально, — ответил Поттер и сообщил, что его и вот эту девушку (он указал на

7/690

Тонкс) следует доставить в Суррей, в Литл-Уингинг.

— Двенадцать сиклей, — произнёс незнакомый кондуктор. — За галеон получите кружку горячего какао, зубную щетку любого цвета и место на кровати.

— Мы поедем сидя и безо всего, — отказался Гарри, хорошо помня свои ощущения от езды на этом волшебном транспорте.

Поттер и Тонкс разместились в немногочисленных креслах салона первого этажа. За ними зашла Гермиона, назвала свой адрес и также заплатила за проезд, сев неподалёку. Больше никаких новых пассажиров не наблюдалось.

— Трогай! — крикнул кондуктор водителю.

Автобус взревел и рванул с такой силой, что пассажиры чуть не попадали со своих мест. А спавший в конце салона крошечный волшебник в ночном колпаке всё-таки скатился с кровати, но потом залез на неё обратно, похоже, даже не проснувшись.

Водитель был рисковый малый: при выполнении сложных поворотов и перестроений автобус постоянно заносило на тротуар. Аварии не случилось чудом: фонарные столбы, почтовые ящики и урны увиливали от опасности перед самым носом автобуса. Шок пассажиров компенсировался скоростью. Через десять минут после старта Гарри и Тонкс уже выходили на соседней с Прайвет-драйв улице, а автобус снова рванул с места, унося смотрящую на них через окно Гермиону.

— Ну, спасибо, что проводила, пока и всё такое прочее, — сказал Поттер Тонкс, заходя через калитку на участок Дурслей.

— Хорошего лета, — улыбнулась Нимфадора и с хлопком аппарировала с тротуара.

Поттер аккуратно постучал в дверь. Она открылась, явив в дверном проёме Вернона Дурсля, который без всяких там «здрасьте» или «добрый день» заявил:

— А ты не торопишься! Заходи, нужно поговорить!

Гарри, глубоко засунув руки в карманы джинсов, прошёл вслед за Верноном в сторону гостиной, где обнаружил тётю Петунью и Дадли.

— Сядь! — приказал дядя Вернон. Гарри слегка приподнял брови. — Пожалуйста, — добавил дядя Вернон, поморщившись, как если бы это слово оцарапало ему горло.

Гарри сел и сказал:

— Я сам хотел с вами поговорить. Тот волшебник, что убил моих родителей, вернулся и охотится за мной. Я не собираюсь быть для вас угрозой, оставаясь рядом. Но и вы сами, пожалуйста, предпримите меры для собственной безопасности.

Сосредоточенно наморщив большое багровое лицо, дядя Вернон спросил:

— То есть ты больше не будешь жить с нами?

— Абсолютно точно. Я бы попросил ночлег только на одну ночь, чтобы успеть подготовиться к отъезду, — отозвался Гарри.

8/690

— Одну ночь — пусть. Но только одну! — визгливо проговорила тётя Петунья. Она собиралась добавить что-то ещё, но дядя Вернон махнул в её сторону рукой, и она умолкла.

— Что за меры для собственной безопасности мы должны предпринять? — спросил дядя Вернон, вглядываясь в Гарри маленькими свинячьими глазками.

— Вам нужно уехать отсюда и никому не говорить, куда вы уезжаете. Хотя бы на время.

— По твоим словам, — произнес Вернон Дурсль, вставая и начиная расхаживать по гостиной, — нам — Петунье, Дадли и мне — грозит опасность со стороны… со стороны…

— Да, со стороны «одного из наших», того самого, который, — ответил Гарри.

— Ты уверяешь, — сказал, снова начиная расхаживать, дядя Вернон, — что этот ваш лорд, как его там… придёт за нами?

— Он придёт за мной, но не пожалеет и вас. Как только мне исполнится семнадцать лет, защитные чары уничтожатся, и вы окажетесь в большой опасности. Вам необходимо спрятаться.

— Но почему это ваше Министерство Магии не защитит нас? — вдруг резко спросил Вернон Дурсль.

— Мы думаем, что в Министерство проникли вражеские агенты.

Теперь дядя Вернон прохаживался вдоль камина, вздыхая так тяжело, что подрагивали его большие черные усы. Лицо дяди так и оставалось багровым от умственных усилий.

— Ну, хорошо, — произнёс он, в который раз останавливаясь перед Гарри. — Хорошо, допустим на минуту, что мы уедем. Есть гарантия, что нас не найдут?

— Гарантий нет, — усмехнулся Гарри. — Но так ваши шансы сохранить жизнь будут гораздо выше, чем если вы останетесь тут.

— Ну ладно, ладно! — гаркнул Вернон Дурсль. — Ты убедил нас…

— Надеюсь, — ответил Гарри, — потому что, как только мне исполнится семнадцать, все они — Пожиратели Смерти, дементоры, может быть, даже инферналы (трупы, околдованные Тёмным магом), — заявятся сюда всем скопом.

— А как же школа Дадли? — возмутилась Петуния.

— Вы так и не поняли, тётя? — воскликнул Гарри. — Они будут пытать вас и убьют, как убили моих родителей!

— Пап, — негромко сказал Дадли. — Надо