Играть... в тебя - Мария Зайцева

Нет уж, не надо мне лишних сложностей.

И вот теперь, глядя на пирожок в руках парня, я думаю о том, что, наверно, сосед мой совсем неопытный путешественник. Иначе бы он никогда не купил пирожок на железнодорожной станции…

2. Оля. Пирожок

Надо сказать, что парень и сам явно что-то подозревает, потому что пирожок осматривает со всем вниманием. Принюхивается, присматривается… Наверно, инстинкт самосохранения есть все же у него, и он что-то там такое ему пищит.

Но, похоже, голод затмевает разум…

Я смотрю, как парень подносит пирожок к губам, и не выдерживаю:

— Не надо его есть, пожалуйста.

Парень тормозит, смотрит на меня с удивлением, иронично выгибает бровь. И я как-то засматриваюсь даже, очень у него это красиво получается. Игриво и горячо.

Волнуюсь, облизываю губы и продолжаю:

— Если, конечно, не хотите животом потом мучиться…

Парень снова осматривает пирожок, ноздри его чуть подрагивают. Понимаю. Когда хочется есть, то запах жареного кажется самым изысканным и лучшим на свете.

Не удивлюсь, если сосед сейчас проигнорирует мои предостережения…

Но парень на удивление хорошо владеет собой, опускает руку с пирожком, смотрит на меня:

— Че, все так плохо?

— Да, — киваю я, обрадовавшись, что в нем все же разум над животом возобладал, — обычно такие пирожки делают… Из подручных средств… — и, видя, что меня не совсем понимают, добавляю, — которые недавно лаяли… Или мяукали.

Парень неверяще осматривает свою покупку, потом опять — меня.

— Реально?

Столько в его голосе удивления, что невольно улыбаюсь.

Боже, он что, в самом деле никогда в поезде не ездил?

Ну, ладно, поезд…

А вокзалы? Шаурмичные при дороге? Это же азы безопасности…

— Да, — говорю я, — но, если, в принципе, происхождение мяса еще можно пережить… — парень хмыкает, показывая свое отношение к моим словам, — то вот качество… Обычно такие пирожки пекут большими партиями и продают по нескольку дней… И пережаривают многократно… Чтоб запах тухлятины перебить.

После этого физиономия парня кривится, он уже брезгливо осматривает пирожок, шарит взглядом по сторонам, выискивая, куда его выкинуть.

Я снова хочу предложить ему яблоко, раз уж пирожка лишила, но тут в проходе появляется толстая неопрятная тетка в сопровождении полицейского. Она осматривает вагон и, увидев моего соседа, принимается верещать:

— Вот! Он! Пирожок украл, скотина!

Парень поворачивается на звук, с огромным удивлением смотрит на приближающихся людей.

— Просто взял с лотка и пошел, представляешь, Коль? — возмущается тетка, — наглость какая! Нахальство! Думал, управы на тебя не будет? Коль, пусть платит! И штраф с него, штраф!

Полицейский подходит ближе, смотрит на парня, затем на пирожок в его руке, фиксирует состав преступления и солидно говорит:

— Нехорошо, молодой человек. Надо платить за покупку. Или пройдем оформлять кражу.

— Чего? — изумляется парень, — какая кража? Пирожок этот, что ли, тухлый, кража?

— Какой тухлый? — принимается визжать тетка, — у меня самые свежие пирожки всегда! Никто не жаловался!

— Да просто никто не возвращался, — резонно отвечает парень, — из поезда-то не выпрыгнешь!

— Ах ты, нахал! — еще больше разоряется тетка, — пирожок мой ему не нравится! Наглец! Украл, а теперь еще и оскорбляет! Коля, его надо в полицию! Я заявление напишу за оскорбление!

— Нехорошо, молодой человек… — басит полицейский, — пройдемте? Или оплатим покупку и штраф?

— И сколько штраф? — парень не двигается с места, он вообще, похоже, не испугался полицейского, сидит, развалившись, крутит в руках пирожок, словно раздумывает, что с ним делать.

И мелькает что-то дикое в его взгляде, опасное, отчего у меня складывается ощущение, что пирожок этот сейчас полетит прямо в лицо полицейского. Вот не понимаю, откуда у меня это чувство, но оно есть. И очень оно яркое. Полное понимание, что у соседа моего вообще стопов нет никаких, и сейчас тут что-то будет…

— Три тысячи, — говорит полицейский.

— Три тысячи? За это жареное говно?

— Какое говно? Сам ты говно!

— Рот закрой, — холодно обрывает начавшийся визг парень. И торговка послушно замолкает, похоже, сама удивляясь этому событию.

А сосед поворачивается к полицейскому, щурится на него:

— Представиться не хотите? Штраф по всей процедуре оформить?

— Без проблем, — спокойно отвечает тот, — но для этого придется сойти с поезда. Стоять вам еще пять минут, не успеем оформиться на месте.

Парень косится куда-то в конец вагона, вздыхает, сжимает губы. И поднимается, потирая ухо с россыпью сережек.

И я не выдерживаю. Ну бред же! Из-за пирожка!

— Я оплачу пирожок, — говорю я строго, — и пятьсот рублей штрафа. Больше нет.

Все на меня поворачиваются.

Я встречаюсь взглядом с изумленными глазами парня, вспыхиваю всей кожей, кажется, и продолжаю, упрямо глядя на полицейского:

— Поезд скоро тронется. Стоит ли закатывать скандал из-за пирожка?

Помедлив, полицейский кивает.

Я отдаю пятисотку и сто рублей за пирожок.

Ворча, торговка уходит.

Следом за ней топает полицейский.

Парень падает опять на свое место и смотрит на меня с вопросом в светлых ярких глазах.

— Можешь просто сказать “спасибо”, — бурчу я, краснея еще больше и отворачиваясь к окну.

— Спасибо, — серьезно говорит парень, — я отдам.

Вздыхаю.

Ну вот нафига мне это все?

Дед постоянно ругал, когда всех зверят с заповедника таскала в избу, пока маленькая была.

И вот, вроде выросла… А все равно не могу мимо попавшего в неприятную ситуацию пройти…

— Меня зовут Сава, — говорит парень и протягивает через проход свою татуированную лапу.

Аккуратно пожимаю:

— Оля.

Его пальцы горячие, сухие и сильные.

Соседка, за все это время не проронившая ни слова, хмыкает. И мне становится неловко и стыдно почему-то.

Отворачиваюсь, снова вздыхаю.

И все же достаю яблоко. Передаю парню.

— Вот, возьми. Оно мытое.

3. Оля. Дорожные разговоры

Яблоко улетает в одну секунду буквально. Я моргаю на белые-белые хищные зубы Савы, на то, как двигается кадык на татуированном крепком горле… Потом парень облизывает нижнюю губу, неожиданно яркую и полную.

И я отворачиваюсь.

Как-то все… Слишком.

Отмечаю, что яблоко он съел полностью. Даже семечек не оставил. И, судя по очень голодному взгляду, явно не наелся.

— Еще хочешь?

— А есть? — оживляется Сава, — хочу!

И тянет ладонь.

Я достаю ему еще одно яблоко.

— Не стыдно, девчонку объедать… — фырчит соседка.

Сава тут же убирает руку, смотрит на меня, чуть нахмурившись:

— А ты?

— Я поела уже, — успокаиваю я его, косясь на женщину. До всего некоторым людям дело есть, надо же! — Бери, не стесняйся.

— Спасибо, — он охотно берет у меня второе яблоко и сжирает его, кажется, еще шустрее, чем первое.

— Почему ты без