Аня - Альбе Альбертова

   - Аргентина.

   Аня удивилась. Такого она еще не слышала.

   - Аргентина. Хорошо. Хороший слух?

   - Да.

   - Ясно. Ложись на платформу.

   Аня вышла из комнаты в зал и взяла МР3 плеер с большими наушниками - подарок от кого-то на День рождения. Предусмотрительно вчера зарядила. Несколько минут поиска в ноуте - мелодия загружена. Вода. Горы. Медитации.

   Олег лежал на платформе и думал. Это было заметно. Аня улыбнулась. Занятный человечек.

   - Я не требую начальной ритуалистики. Сначала в ней нет смысла, а потом возникает сама. Повязка. Наушники. Удобно? Это хорошо. Ко мне обращаться "Госпожа".

   Аня закрыла дверь и улыбнулась. Поехали.

   Включить музыку. Поправить повязку. Зафиксировать в растянутом положении. Лишить возможности перемещаться, но не полная вытяжка, пока цели причинить боль - нет. Аня села на низенькую скамеечку около окна и взяла электронную книгу. Подождем.

   Саб начал дергаться через пять минут. Голова побеждает. Аня улыбнулась. Как предсказуем. Еще через десять мужчина попробовал освободиться. Безуспешно. Затих. Настороженность. Недоумение. Непонимание.

   Еще через десять - позвал:

   - Госпожа?

   Аня не ответила. Пытка неопределенностью. Ее любимая. Еще несколько минут тишины. И, когда саб был готов сорваться, Аня подошла и положила руку на живот под футболкой. Саб затих. Аня медленно поднялась, забрала читалку и вернулась. Спустя мгновение она сидела рядом с нижним, касаясь его тела.

   Ждем.

   Саб затих. Еще пятнадцать минут. Аня отвлеклась от книги, поняв, что перелом произошел. Дыхание выровнялось, тело расслабилось.

   - Госпожа, - позвал саб негромко и просяще.

   Аня приложила палец к губам. Пауза и поцелуй. Просьба.

   Аня убрала наушники.

   - Слушаю...

   - Я...

   - Правильно, - скомандовала она.

   - Госпожа...

   И замолчал.

   - Ясно. Нечего сказать - молчишь, - приказала Аня и вернула наушники.

   Рано. До нужного отрывка еще двадцать минут. Оставшееся время девушка уже не читала, а думала. Он ей подходил. Ее типаж саба: подчинение ради расслабления. Конечно, непонятно, что вылезет дальше, но пока подходит.

   Аня любила, когда ее мужчины зависели от нее. Она понимала, как мало общего у нее с теми, кто интересуется Темой. Но подобное не очень заботило. Главное - ее маленький мирок.

   Неожиданно тело саба задергалось. Быстро он. Или Аня неверно рассчитала время. Саб рвался из пут и пробовал сбросить наушники.

   Аня мигом села ему на живот, придавливая, и хлестко ударила по лицу, заставляя услышать себя. Поправила наушники и оставила руки на лице. Ощущение касания. Ее запах. Стресс. Гера сказал, что этого достаточно, чтобы попробовать и понять, как поступить.

   Жестоко? Да. Но она должна показать свою власть, а подобное не проходит легко и безболезненно. Волна эмоций переполняла девушку. Ликование. Обладание. Триумф. Он ее. Теперь - он только ее.

   Трехминутная запись реальной стрельбы в горах, найденная вчера в интернете, скоро должна закончиться. На слух Ани ничего такого в ней не было: больше мата, чем стрельбы. Боевики гораздо эффектнее, но ей требовался реализм.

   Саб затих. Аня еще несколько минут гладила его по лицу. Он слушал звуки гор. Аня сняла наушники. Потом спустилась и начала отвязывать. Мужчина лежал неподвижно. Повязку с глаз не убрал. Молодец. Аня сделала это сама и отступила. Посмотрим, что будет дальше.

   Она, отойдя к окну, вернулась на любимую скамеечку. Саб осматривался, но, встретив ее взгляд, отвел глаза.

   - Ко мне, - велела Аня.

   Саб неуклюже опустился на пол. Затекшее тело давало о себе знать. Медленно приблизился. А потом сел на колени рядом - по правую руку от нее. Аня улыбнулась. Да, она молодец.

   Ее рука в его волосах. Не то ласка, не то успокоение. Судорожный рваный вдох. И саб упирается лбом ей в бедро. Его тело сотрясается. Годами подавляемые эмоции вырываются наружу. Иногда, чтобы принять себя, нужно просто позволить стать собой. Проявить свою слабость.

   Аня просто перебирает волосы. Саб затихает. Потом сползает на пол и сворачивается калачиком. Аня все так же медленно гладит, но теперь по руке. Несколько минут - и он засыпает. Аня смеется.

   Вот что это было? Как понимать? Ему нужно подчинение, но просто для того, чтобы избавиться от груза проблем. Почему Аня общается именно с такими? Откуда этот дурацкий комплекс Матери Терезы? Дура. Она просто дура.

   Она выходит из комнаты, накатывает усталость. Первый раз всегда тяжело. Иногда почти нестерпимо. А потом приходит откат. Всегда приходит. За моменты власти и триумфа приходится расплачиваться слабостью. Все закономерно.

   Маленькая диванная подушка. Плед. Отнести сабу. Кружка воды. И самое неприятное - самой устроиться в Комнате. Конечно, можно разбудить и отправить домой, но сейчас это слишком жестоко. Горячая ванная.

   Полчаса релаксации при свечах и звуках льющейся воды. Умиротворение. Короткая ночная рубашка. Крем для лица.

   Звонок раздался неожиданно.

   - Да?

   Камера показывала пару мужчин в темной одежде. Ночью от видеодомофона такая польза, слов нет.

   - Олег у вас?

   - Да.

   - Он еще долго?

   - А вы кто?

   - Коллеги.

   - Страховка? - хмыкнула Аня. - Заходите.

   Открыла дверь и ругнулась. Как ее разозлил этот недоделанный. Сложно было сказать?! Хотя она сама виновата, не спросила. А от саба в таком состоянии толку мало.

   Поднялся только один гость. Около тридцати. С улыбкой на лице.

   - Коллеги? - не поверила Аня.

   - Он - всеми любимый босс, где еще такого найти?

   - Хм... неожиданно. Ладно. Тихо.

   Короткий коридор. Комната. Саб спал на полу, правда, завернувшись в плед.

   Аня жестом указала на входную дверь.

   - Как видите, жив и здоров.

   - А это? - гость несколько опешил.

   Видимо, ничего подобного не ожидал.

   - Это результат хорошо проведенной сессии. Выспится, уйдет.

   - Ясно. Тогда я пошел.

   - Удачи.

   - Вам того же.

   Аня проводила незнакомца, зевнула и пошла спать. Какой долгий день.

   Ночь прошла беспокойно. Саб несколько раз вставал. В первый Аня тоже села и спросила:

   - Ты как?

   - Не знаю. Можно? - негромкий голос.

   Еще саб.

   - Можно.

   Он сходил в туалет. Выпил воды. И, вернувшись,