Дикий соблазн - Тата Кит

К сожалению, меня он отчитывает часто. Остаётся только надеяться на то, что сегодня он не заметил моего опоздания.

А мне бы сейчас в душ. Вспотела, пока бежала. Блузка словно прилипла к спине и пропиталась потом насквозь.

— Тоже, что ли, замуж выйти? — Катя меланхолично рассуждала вслух, при этом глядя на меня.

— В смысле? Зачем? — не поняла я, вновь собирая в высокий хвост выбившиеся пряди.

— За оргазмами. Сколько замужних вижу, все бодренькие с утра пораньше. Видно, что мужья радуют кое-чем.

— Думаешь, в замужестве тебе гарантированы оргазмы? — я коротко усмехнулась и включила компьютер.

— Иначе какой смысл? — Катя повела бровью.

Ей уже за сорок, она не замужем и, похоже, никогда не собиралась и не собирается выходить замуж.

— Ты же всегда говоришь, что тебя замуж даже калачом не заманишь.

— Так то калач, а то оргазм, — глубокомысленно изрекла она. — Тут и подумать можно, как говорится.

— Не ведись, Кать. Оргазм в замужестве — как единорог на радуге.

— Не существует?

— Нафиг не нужен. Да и некогда на него смотреть.

— Почему?

— Долго. Пока тучи соберутся, пока дождь пойдёт, пока лучик солнца пробьётся, единорог, опять же пока прискачет… Долго всё это. А я к концу дня устала и спать хочу.

— То есть, я в начале каждого дня, можно сказать, немного замужем?

— Типа того, — согласилась я.

Рабочий день прошёл ровно. Обычный бумажный рабочий день специалиста отдела кадров.

Ближе к вечеру я написала Диме:

«Детей из садика заберёшь?»

Он прочитал почти сразу, но ответил только спустя полчаса:

«Я на работе.»

Я не стала ему ничего отвечать. Просто мысленно поругалась с ним.

Перед садиком заехала в магазин, чтобы не терпеть капризы двух детей у прилавка.

Мы зашли домой и обнаружили, что Дима уже вернулся с работы.

Он лежал в комнате на постели, играл в игру в телефоне и заметил нас только тогда, когда дети к нему обратились.

С пакетами я прошла в кухню. Дети переоделись в своей комнате и пришли ко мне клянчить что-нибудь сладкое. Судя по тому, что вместе с ними не пришёл Дима, стало понятно, что он всё еще на меня обижается. И делает это демонстративно. А судя по грязной тарелке на столе, он уже поужинал и оставил в сковородке щепотку макарон без единого кусочка мяса, похоже, полагая, что этим мы с детьми должны наестся досыта.

Пришлось отвлечь детей сладким, а самой на скорую руку готовить ужин.

Позже вечером, когда я поиграла с детьми и уложила их спать, муж ушёл в душ. После него пошла и я.

Сильнее всего в наших ссорах меня раздражает тот факт, что, когда мы с Димой ругаемся, он перестает общаться не только со мной, но ещё и с детьми. Даже если они сами тянутся к нему, он отталкивает их, говоря что-то вроде: «Идите к своей мамочке. Она же одна у вас хорошая».

Эти его слова чаще всего бетонной плитой давят на мою совесть, и я первой иду на примирение, успокаивая внутренний бунт тем, что это ради детей. Ради их благополучия в доме должен быть хоть один взрослый из родителей.

В этот раз весь вечер мы с Димой делали вид, что друг друга не замечаем. У меня игнорировать его получается лучше, чем ему меня. Дима любит изображать королеву драмы и всем своим видом подчеркивать и напоминать мне, что он всё ещё обижен.

Что странно, учитывая, что в обиженку должна играть я после сегодняшнего утра.

Но я просто включаю тотальный игнор и, честно, так даже проще проводить вечер.

После своего традиционного вечернего душа я, переодевшись в ночную сорочку, ушла на кухню, где поняла, что Дима стриг ногти, так как их огрызки лежали прямо на краю кухонного стола.

Пришлось прикрыть глаза и глубоко вдохнуть, чтобы не начать кричать прямо здесь и сейчас.

Я стрелой метнулась в спальню, где Дима сидел за столом и играл в компьютер. Толкнула его в плечо, да посильнее, чтобы он меня заметил.

Поставив игру на паузу и, резким движением руки стянув с головы наушники, он, нервно хмурясь, вопросительно дёрнул головой:

— Чё?

— Да хоть бы чё! — кричать приходилось шёпотом, чтобы не разбудить детей, хотя хотелось его ещё и ударить. — Ты когда-нибудь научишься стричь свои ногти в мусорное ведро? Или кто-то из детей должен ими подавиться, чтобы это произошло?

Дима шумно вздохнул, цокнул и, ворча себе что-то под нос, ушёл на кухню, откуда вернулся меньше, чем через минуту. Снова уселся за компьютер.

— Всё? Или ещё до чего-нибудь доебёшься? — бросил он нервно.

Я так устала за этот день, что даже не попыталась спорить дальше. Вернулась на кухню, где, протерев стол влажной салфеткой, налила кофе и спокойно села за книгу.

Вернулась в комнату через пару часов. Дима уже спал, компьютер был выключен.

Я аккуратно забралась под одеяло. Легла спиной к мужу и, облегченно выдохнув, закрыла глаза, надеясь как можно быстрее уснуть.

Но, стоило мне только расслабиться, как я почувствовала, что муж подкатился ближе и прижался к спине. Скользнул ладонью под сорочку и прижался губами к шее.

— Не трогай меня! — рыкнула я тихо, но строго. Поймала его руку под сорочкой и с силой, словно смахиваю паука, убрала от своей кожи.

— Да ладно тебе, — мурлыкал он довольным котом. — Снимай трусы, давай мириться.

Наверное, он ждал, что после этих слов я растаю, оценив шутку. Но нет.

— Отвали, — я демонстративно отодвинулась от него ближе к краю постели.

— Что опять-то не так?!

— Долго перечислять. Я устала. Да и ты всё равно не поймёшь. Спи, — резко бросила я и закрыла глаза, желая уснуть как можно скорее.

Глава 3

Сегодня у Димы выходной.

А это значит, что он не торопится вставать с постели и помогать мне на кухне или с детьми. Или с детьми на кухне.

Пришлось заманить детей в спальню, где он всё ещё нежился в кроватке с телефоном в руке, и внаглую втюхать ему дочку и сыночка, чтобы я могла хотя бы свой кофе выпить спокойно.

Хотя, кому я вру о спокойствии?

Ради экономии времени я решила ещё и подкраситься. Ничего экстраординарного. Я уже и не помню всех макияжных примочек. Тушь, едва заметные стрелки черными тенями, тональник, чтобы хоть как-то замазать темные круги под глазами от вечного недосыпа, и помада. Почти бесцветная. А ведь раньше я